Чтение онлайн

14 октября 1943 года.

Пока тихо.

Уборщица рассказывает мне о жизни Кронштадта, о своем житье-бытье:

— Нас предупредили о вашем приезде — мы вас ждали, протопили. Тепло ли вам? Живем понемногу, уже по пятьсот грамм хлеба получаем! Стираю белье, зарабатываю. Дочка у меня растет… Прибежит: «Мама, нет ли покушать?» Вот и приходится подрабатывать.

Показывает разъеденные щелоком руки с распухшими суставами. Вспоминает голодную зиму…

В 8 утра был в ОВРе[139]. Беседа с командирами… Сейчас ОВР — главное воюющее соединение… Тралят у Тютерса (одновременно выходят по сорок тральщиков). Противник от активных операций уклоняется. У всех очень бодрое настроение…

Вечернее радио. Штурмом взято Запорожье, идут бои в Мелитополе. В двух местах наши войска перерезали железную дорогу на Мелитополь… Гитлеровцы отброшены более чем на тысячу километров от волжских и кавказских рубежей.

Ночной лунный Кронштадт, темнеет громада Морского собора… Старые места — давние дела…

15 октября 1943 года.

В Кронштадте пока тихо. Тише, чем в Ленинграде…

Выступил в Доме флота. Переполненный моряками зал. Говорил с подъемом… Ряд откликов, приглашений.

16 октября 1943 года.

Солнечно… С утра сильнейший обстрел Кронштадта. Наш ответ — по южному берегу.

Был в отделении «КБФ». Звонил С. К. — телефон не отвечает.

Днем — в штабе бригады морской пехоты. Она получает знамя, просят это событие отметить, дать статью о морских традициях… Взял историю бригады, надо изучить.

Вечером — на форт «Риф». Ночной Кронштадт, ехали лесом, мимо старого кладбища. Здесь похоронен И. Зельцер.

На форту познакомился с артиллеристами — полковником Терещенко, командирами дивизионов и др. Народ хороший, боевой. Узнал, что В. Суворов направлен на Сескар замполитом коменданта острова.

Под грохот канонады отметили 32-ю годовщину «Рифа». (Батареи фортов бьют по Петергофу.) Оживленно беседовали на темы дня. Вспыхнул разговор о будущем Германии. Мне было интересно послушать товарищей-офицеров. Большинство за крайние меры возмездия. Товарищ Терещенко рассказывал о письмах с Украины. Тяжко слушать. Потом отвлеклись, шутили, пели старые флотские песни. Наблюдал за людьми: очень прочные — это кадр! Думают о движении на запад, готовятся. Все время начеку: чуть выстрелы — ушки на макушке.

17 октября 1943 года.

В 10.30 утра — в бригаде морской пехоты. Выступил в их клубе (перед офицерами), говорил о ходе войны, остановился на некоторых задачах подготовки, о традициях. Слушали хорошо, но часто говорить на ту же тему мне уже как-то трудно…

Не успеваю все записывать…

18 октября 1943 года.

Был на телеграфе, послал С.К. телеграмму. Прошелся по городу. Он все такой же — старый, задумчивый Кронштадт… Памятники укрыты, обшиты досками, в щелях прорастает трава…

В 3.15 дня на катере — в Ораниенбаум. Внимательно всматриваюсь. «Марат» весь закамуфлирован под кирпичную стенку…

Осень стоит мягкая, солнечная. Видимость на заливе отличная. Вот Петергоф, — не верится, что там немцы… Гляжу на море, на природу вокруг — и человеческие дела кажутся такими преходящими!

В Ораниенбаумском порту стоит «Аврора». Вся изранена осколками. Ветер шевелит флаг и гюйс. Придет день — корабль опять займет свое место на Неве, — это будет хороший в[оен-но]-м[орской] ист[орико]-революционный] музей.

Мимо парка, по береговому шоссе. Сосновый лес, море, зловещая тишина… Бурые поля, иногда ярко-красный кустарник.

К вечеру прибыл в Н-ское соединение — выступил.

Усталость…

19 октября 1943 года.

Встали рано. Бодро, дружно… Люблю фронтовую, флотскую среду! Все осмотрел и поехал дальше, в Н-ский укрепленный сектор. Там встретил члена Военного совета генерал-майора Вербицкого, начальника тыла КБФ генерала Москаленко и командующего КМОРом[140] контр-адмирала Левченко. Побеседовали… Уже намечается ряд мероприятий по выдвижению баз и складов на запад.

— Мы еще вернемся — и вы, товарищ Вишневский, с нами — по старой дороге в Таллин.

Сделал в клубе доклад — на этот раз о методах пропаганды, о листовках и радиопередачах для немцев. Здесь в этом плане — широкое поле деятельности.

Вечером с М. И. Москаленко на машине — обратно в Ораниенбаум, затемно на катере — в Кронштадт. Ночная Балтика, ветер — в лицо… Очень хорошо!

Ужинали у контр-адмирала Левченко…

Прослушали вечернюю сводку. На витебском, могилевском и гомельском направлениях операции несколько замедлились. Киевская группа наступает, взят Вышгород. Овладели Пятихатками. Упорнейшие бои за Мелитополь.

В Италии «неторопливые» действия 5-й американской и 8-й английской армий.

Ночью на катере — в Ленинград…

Поездкой доволен: кое-что посмотрел, выступал у моряков в нужное время.

20 октября 1943 года.

В Москве. Совещание трех министров иностранных дел.

16—17 октября был VI пленум Славянского комитета…

Идет передвижка войск по всему Ленфронту… Срочное обучение всех шоферов управлению иностранными машинами: немецкими, американскими и пр. «Если фронт двинется — на две-три недели всех заберем, возить нас будете…» (Мой шофер Смирнов сдал экзамен досрочно.)

Просмотрел текущие дела, корреспонденцию… Усталость…

Ночью — канонада.

21 октября, 1943 года.

Читаю Ленина, и прибавляются новые силы, светлеет на душе. Какая воля, какая энергия! Праздничная энергия!

Написал для ПУРККА листовку к Октябрьской годовщине. Работал весь день…

В 5.30 поехал в Дом партактива почитать свежие материалы…

22 октября 1943 года.