Чтение онлайн

— Ну, спрятала Настю. Хорошо. Но так ведь выздоровела твоя стерлядь! Давно с мужем и детьми уже! Все, заканчивай! Возвращайся в Клюквино! Будешь у матери под боком! Я рядом, опять же! До больницы от нас рукой подать! Нет… Заперлась в своей глуши, хоть кол на голове теши! Во! Уже стихами заговорил!

Ленка в ответ только рассмеялась.

— И ржет еще, етишкин корень! — Кадушкин и сам уже улыбался. — Ты же умная девка — ну, ехала быть жить в город. Пусть не в Бабылев, где Володя обосновался, так в другой… Но ты же не будешь рожать в Сумраково! Это даже звучит жутко! Там половина домов брошенные! Не деревня, а отрыжка лангольера.

Ленка удивленно посмотрела на Кадушкина. Подобных слов она от него еще не слышала.

— Ты меня с панталыку не сбивай! Тебе в город надо, говорю! — продолжал деревенский участковый свою тираду.— С моим даром — в город? Знаешь, сколько там призраков? А в больнице? Да для меня каждая поездка туда —испытание на прочность! А когда ребенок родится, — Ленка многозначительно показала на свой живот, — я бы хотела заниматься им, а не проблемами мертвых людей. Тем более что младенец их тоже будет видеть.

— Ну штопаный енот! Неужели и ребенку придется с призраками? Ну их в пень! Давай тебя в лесу где-нибудь поселим, а? — подмигнул участковый.

Ленка вдруг посерьезнела и погладила Кадушкина по плечу.

— Дядь Коль, я правда не знаю, как будет дальше и где мне рожать. Но мне надо, надо пока побыть в Сумраково! Я ведь и на могиле у папы еще ни разу не была. И потом, он же умер еще до моего рождения, я совсем ничего о нем не знаю… Ни о нем, ни об их отношениях с мамой. А мне сейчас это важно и нужно.

Кадушкин вздохнул, сжал Ленкину руку.

— Ну и… — Ленка замялась. — Вдруг смогу от проклятия избавиться?

— А когда твои эскулапы скажут, внука мне ждать или внучку? — сменил тему Кадушкин.

— Раньше двенадцати недель не скажут, так что набирайся терпения! — Ленка снова принялась за яблоко.— Ох, это сколько ждать! А я уж ползунки хотел покупать! Безобразие! И не угадаешь, розовые или голубые брать-то…

— Бери розовые. — Ленка не сомневалась в том, кто у нее родится, но вдруг передумала: — Нет, бери зеленые: они и мальчику и девочке подойдут, не ошибешься!

* * *

В темной однушке на первом этаже старой панельной пятиэтажки входная дверь никогда не запиралась. Ведьма Тетерина принимала посетителей в любое время дня и ночи. А лихие люди к ней не совались: все знали, что муж у Светланы Васильевны — рецидивист и сейчас мотает очередной срок в местах не столь отдаленных.

Тетерина никого не боялась и всегда была готова «выручить», особенно за деньги. Ну или за какую-нибудь будущую выгоду. Так, например, помогла она пару раз следователю Владимиру Широкову. Хоть он и не заплатил ей ни копейки, а иметь в должниках такого человека крайне выгодно. Ленка Лебедева опять же — деревенская дуреха, и денег-то у нее больших не водится, а тоже хорошо, когда твоя должница обладает особым даром видеть мертвецов.

Сама-то Тетерина многое умела, но вот таких способностей у нее не было. А жизнь длинная, неизвестно, как повернется. И она таки повернулась.

Ранним ноябрьским утром, когда ведьма еще не успела встать с постели, входная дверь пронзительно скрипнула, и в коридоре раздались тяжелые шаги.

— Хозяйка! — позвал прокуренный мужской голос. — Вставай! Вести тебе хорошие принес!

В комнату ворвался запах чужого потного мужика, который всю ночь курил и выпивал, как в последний раз. Тетерина опустила босые ноги на холодный пол и посмотрела на часы. Вряд ли хорошие новости приходят в шесть утра вместе с запахом перегара.

Она замоталась в махровый халат с леопардовыми пятнами, собрала растрепанные жидкие волосы в пучок и высунулась в коридор.

Вид пришельца снимал все вопросы: кисти рук забиты татуировками, коротко стриженные волосы, рыхлое красное лицо, дорогая кожаная куртка явно с чужого плеча — сиделец. Принесла нелегкая.

— Что смотришь как на врага народа? Разбудил? Так я говорю — хорошие новости принес! Давай-ка метнись на кухню, кофею сваргань.

«Видать, только вышел с зоны — и сразу в кабак, а как все деньги прогулял — ко мне приперся», — думала Тетерина, ставя на огонь турку. Ничего хорошего она от своего незваного гостя не ждала, хоть он и обещал какие-то там новости. За двадцать лет брака с уголовником ведьма была уверена, что оттуда — лучше бы вообще никаких новостей.

— Геннадий я, — представился сиделец, отхлебнул из чашки, которую поставила ему ведьма, и осмотрелся. В кухне было чисто, но очевидно, что эти стены уже и не помнили, что такое ремонт и запах новой мебели. Холодильник дребезжал так, словно собирался сам, на своих хромых ножках, потопать на помойку.

— Вижу, Светлана Васильевна, ты уже поняла, что я от мужа твоего. Вопросов лишних не задаешь. Это правильно. А вот я к тебе и с рассказом пришел, и с вопросиками.

Тетерина присела на табуретку и угрюмо посмотрела на Геннадия.

— Чалились мы с твоим благоверным в одной хате. Здоровье его в порядке, вот тебе и хорошие новости. А теперь задачка будет: должен мне твой Тетерин остался. Прогнал фуфло[1], пришла пора расплаты.

Геннадий уставился на Тетерину долгим тяжелым взглядом, растянув рот в недоброй улыбке.

— Сколько? — сухо спросила ведьма.

— Много. Много, Светлана Васильевна. Три лимона. — Геннадий сделал еще один глоток кофе.

— Ты мою квартиру видишь? Хорошо рассмотрел? Она вся столько не стоит. Где я возьму? — Внутри у ведьмы все вскипело, но она старалась держать себя в руках. Неизвестно, за что сидел этот Геннадий и кто у него кореша, кроме ее мужа-неудачника.

— Не мороси. Муженек твой напел, что ты достанешь. А где и как — не моя забота.

— Да я… — Ведьма подскочила, в голове заклубились мысли, не наслать ли на этого Геннадия порчу или еще чего…

— Знаю-знаю, Светлана Васильевна. Супруг ваш драгоценный предупредил, кто вы. И даже вот такую штукенцию мне выдал.

Геннадий залез татуированной лапой за пазуху и вытащил на свет старинную монету на кожаном шнурке — оберег, который ведьма делала для мужа. Такая «штукенция», как выразился Геннадий, защищает своего владельца от любой черной магии.

— В общем, Светлана Васильевна, жду бабульки. Все понимаю, поэтому срок вам даю большой: аж целых два месяца. До Нового года уж постарайтесь. И стимул вам: не уложитесь — муж домой вернется не весь. Без какой-нибудь ценной части тела. Да и вам я тоже… не завидую. Ох не завидую!

Не дожидаясь ответа ведьмы, гость встал и нетвердой походкой направился в коридор. Вместо прощания он бросил через плечо:

— Зачетный кофе!

И хлопнул входной дверью.

* * *