Чтение онлайн

— Лена, вы что-то сказали? — В руках у вдовы был кофейник со свежезаваренным кофе и пустая чашка. —Я принесла вам взбодриться. Хотите?

За спиной у Марины снова возник из воздуха еле заметный в солнечном свете мертвец. Он с нежностью положил руки на плечи своей вдове, вдохнул запах ее волос и стал на мгновение как будто плотнее и ярче. И Ленка решила, что о Насте она подумает в другой раз.

— Он рядом с вами, — сказала она Марине. — Ваш Сережа у вас за спиной.

— Да? — У Марины затряслись руки, и Ленка поспешила забрать у нее кофе и чашку.

Марина повернулась к мужу лицом. Хотя она и не видела его, буквально всем телом ощутила близость Сергея и закрыла глаза.

На лице вдовы отразились испуг, а потом облегчение.

— Прости меня, — сказала Марина, и из-под густых накладных ресниц выкатились слезы. — Прости, Сереж, я не знала, что Костя…

Он обнял ее, потом посмотрел на Ленку.

— Я не виню ее. Я виню себя. Я игрок. Умел зарабатывать деньги, но так любил покер, что мог проиграть за вечер пару лимонов. Поэтому и бизнес у меня был дырявый — частенько отдавал карточные долги за счет активов или кредитов, взятых на фирму. И Костика давно надо был брать в полноценные партнеры. Может, он перестал бы ненавидеть меня…

— Он не винит вас, — сказала вдове Ленка. — Ни в чем. И даже Костю вашего не винит.

— Скажи ей, это Костик ссудил мне эти деньги, — добавил Сергей, — чтобы помочь мне, продал свою квартиру, потом в бывшие мамкины «хоромы» переехал на окраину города.

— Я поняла… — Ленка кивнула. — Это многое объясняет. Я передам Марине.

— Я же перед своей смертью опять играл. Проигрался, поругался с партнерами по игре, они угрожали, потому и несся домой на бешеной скорости, ну и вот… Не доехал, разбился.

— Что теперь будет? Что же теперь будет? — спросила вдова, ища глазами Сергея.

— Пусть Маринка живет как человек. Дом этот продаст, вернет мой долг Косте и едет в какой-нибудь большой город. Найдет себе еще нормального мужика… — Призрак грустно улыбнулся.

— Это тоже передам, — согласилась Ленка.

— Ну раз так, пусть Маринка дурочке этой… ну, секретарше моей бывшей… перстень этот злосчастный подарит. Я при жизни его фартовым считал, а видишь, после смерти он против меня сыграл. Секретарше это, правда, знать необязательно. Пусть Маринка скажет ей только одно: что это моя последняя воля.

Ленка снова кивнула.

А призрак поцеловал свою вдову в лоб и исчез, на этот раз навсегда.

И Марина почувствовала это. Губы ее дрожали, она подошла к столу и налила кофе сама себе.

— Я знаю: Сережа теперь свободен. По-настоящему свободен. Верно ведь, Лен? — спросила она и сделала маленький осторожный глоток.

— Верно. Он просил сказать вам, что…

— Не надо. Не надо сейчас. Скажешь, что он передал, но чуть позже, ладно? Я так ему благодарна. Я такое облегчение чувствую…

Ленка принесла еще две чашки и налила кофе себе и Тетериной. Они втроем пили его в тишине, наслаждаясь терпким вкусом и ароматом. Правда, ни Ленка, ни Тетерина даже не догадывались, что эти полчаса на самом деле станут для них последними минутами спокойствия на ближайшее время…

* * *

Едва Тетерина вернулась домой с деньгами, заявился Геннадий.

Без стука, дыша перегаром и сияя некрасивой улыбкой, он ввалился в квартиру и одним своим присутствием заполнил ее всю, как едкий запах туалетного освежителя заполняет собой коридор и кухню в маленьких хрущевках.— Ну что, Светлана Васильевна, как дела твои? Все колдуешь?

— Ты пьешь — я колдую, каждому свое. — Тетерина отвернулась от сидельца и принялась варить кофе.

— Ох дерзишь, Васильевна, ох дерзишь. Видать, деньги нашла, раз такая смелая. Верно говорю?

Тетерина промолчала.

— Ты, Васильевна, бабулечки-то давай! Неси на базу… Я кофе твой пить не буду. В прошлый раз у меня от него кишки крутило, так что я больше из твоих рук ничего съедобного не приму. А вот деньги — очень даже. Они, как говорится, не пахнут!

Геннадий заржал и приземлился на скрипучую табуретку.

Тетерина сняла турку с огня и вышла в комнату.

— На! — Вернувшись, она не глядя кинула своему вымогателю пакет, набитый купюрами. — Проверяй и проваливай. И мужу передай, что после отсидки может не возвращаться. Пусть себе другую дуру ищет, которая его долги отрабатывать будет. Всю жизнь он по тюрьмам, а мне вертись тут, зад его прикрывай…

— Ой зря ты так, Светлана Васильевна… — Довольный урка не мог отвести глаз от содержимого пакета. — Ой зря! Не соврал твой муженек: видать, и правда ты колдовать умеешь. Что ж сама живешь в этой халупе? Смотри, какую сумму подняла в такой короткий срок. Могла бы и себе на хлеб с черной икрой заработать.

— А это не твоего ума дело. Деньги получил? Все, вали отсюда! — Тетерина встала у двери, ожидая, что и ее шантажист сейчас поднимется с табуретки.

Геннадий сунул пакет в штаны, под ремень, потом и правда подошел к двери, но выходить не стал. Вместо этого он ударил ведьму в челюсть.

Перед глазами потемнело. Тетерина через весь коридор улетела на пол, ударившись головой о табуретку, на которой минуту назад сидел Геннадий.

— Поднимайся, поднимайся, Светлана Васильевна… — Уголовник подошел ближе, протянул руку и с деланой заботой помог Тетериной подняться, намочил холодной водой полотенце и подал, чтобы она приложила к щеке. Тетерина, наклонившись к раковине, сплюнула кровь и обломки зуба. Боль пронзала ей не только челюсть — била в висок и дальше, через всю голову до самых шейных позвонков.

Она не стала спрашивать, за что ей прилетело. Как говорил муж, пока жил на свободе: «Было бы за что — убил бы!»

— Похоже, благоверный твой — терпила по жизни. Под каблуком у тебя ходил, так?

Тетерина не ответила.

— Ну молчи, молчи. Был бы нормальным мужиком — давно бы такую смышленую жену использовал по назначению. Правильно говорю? Вон ты как под легким прессингом-то хорошо работаешь! И я тут подумал: а давай-ка мы с тобой продолжим сотрудничество?

Геннадий развернул Тетерину лицом к себе, вытер кровоподтек у нее на подбородке, взял ее маленькую сухую кисть в свою огромную сильную руку и слегка, как будто по-дружески, сжал.

— Славно у нас с тобой выходит, а? Ладненько! И по закону не придраться! Верно?

— Я к тебе не нанималась, — простонала Тетерина.

— Да? А кто нанимался? Может, эта молодая ведьмочка, с которой ты к вдове ездила? — с приторной лаской в голосе спросил Геннадий.

У Тетериной загудела голова. Дура! Он же следил за ней! Ну конечно!

— Знаешь, очень мне ваш подход понравился. Странно, что вы на этом еще бизнес не построили, а вроде бабы неглупые. Поди, не только у покойного Сереженьки деньги-то припрятанные остались?