Чтение онлайн

Где жить? Здесь проблема. Пока училась, обреталась в общежитии, а потом мы с Дашей сняли одну на двоих квартиру в новостройке в центре. Теперь ее нет. Сначала ушла я, перебравшись к Максу, а вскоре устроилась и Хвостова, нашла себе хорошего «спонсора», как она его называла. Тот поселил ее в коттеджном поселке и щедро осыпал благами (Дашка, например, смогла открыть свой парикмахерский салон и планировала создать еще один). Сейчас она в отъезде, но даже когда вернется, маловероятно, что пустит меня пожить у нее. Да еще и это заявление, что пускаюсь в свободное плавание… Положение, черт побери, обязывает. Обращаться к ней за помощью (контакт Илоны не в счет) унизительно.

Нужно констатировать: настал день, когда пожалела, что подруг у меня просто нет. Не считала их наличие важным, в некоторых случаях даже рассматривала как соперниц да и одной всегда было проще, выстраивание и поддержание взаимоотношений ведь требует времени и сил, то и другое предпочитала тратить на более значимые цели. Теперь я в беде, и у меня нет того, кто протянет руку…

Или есть?

Перед мысленным взором вдруг возникло лицо Лекса, его светлая улыбка, смешливый блеск в серых глазах, крепкая рука, обнимающая меня в танце. Романов так давно рядом, всегда поддерживал меня, почему сразу не вспомнила о нем?

Потому, что он не знает, кто я на самом деле. Для него я — обычная девушка, да, с высокими запросами, но вполне святая, счастливая гражданская супруга богатого капризного мужика, устроившая свою жизнь и просто ищущая, чем бы ее разнообразить. И как бы мне хотелось продолжать поддерживать этот миф! Откуда-то появлялась мысль: Романов разочаруется, когда узнает меня настоящую, нашей дружбе настанет конец. Если буду жить у него, он обязательно узнает. Поймет.

Так что делать? Снять гостиничный номер, найти жилье — это не подходит, не хватит средств, чтобы и устроиться, и протянуть. Рискнуть дружбой с Лексом — тоже плохо. Будет так больно в итоге потерять его… Что называется, между сциллой и харибдой.

Но если путь очерчен, если все изменила, и изменилась сама, чтобы пройти по нему, нужно чем-то жертвовать. Что важнее: мое благополучие или дружба с Лексом? Первое, несомненно, второе в любом случае недолговечно, людей разводит если не разочарование, то, например, изменившиеся обстоятельства: переезд, женитьба, недостаток свободного времени.

Решение было принято, но позвонить Романову я все не решалась. Бродила по пустеющему автовокзалу, сидела, смотрела ролики и новости в телефоне, но так и не смогла открыть контакты и нажать на набор номера. А потом миновала полночь, и подумала, что для таких звонков, как мой, уже поздно. Нужно ждать утра.

Борясь со сном, желая убить время, я направилась пешком в район, где Лекс жил. Помнила, что он снимал жилье в хрущевке, где-то в Черемушках. Весьма неблизкий путь, да еще и на каблуках… Часам к двум совершенно выбилась из сил, нашла лавку в каком-то дворе, села отдохнуть.

Возможно, в иных обстоятельствах воспринимала бы это как приключение, все же дух авантюризма был мне не совсем чужд. Но не сегодня, не этой ночью, когда дрожь по телу пускала прохлада, осознание того, что, по сути, бездомная и беспомощная, когда горечью в желудке жгли мысли о Решетникове, едва не изнасиловавшем меня, о том, что потерпела неудачу и как же от этого больно…

Кое-как протянула до половины шестого утра, а потом смело достала мобильный и открыла список контактов. Знала: Лекс рано встает, поэтому сильно не потревожу.

Он ответил после пятого гудка, когда уже хотела сбросить вызов.

— Рин, что-то случилось? — спросил хрипловатым голосом.

— Привет, — замялась я. — Извини, что разбудила.

— Да ерунда. Что произошло?

— Я… Мне не по себе от того, что хочу сказать, но ты моя последняя надежда…

— Мне теперь тоже не по себе, Марин, — в его голосе зазвенела тревога. — Просто скажи, что случилось.

— Я могу к тебе сейчас приехать? И все расскажу.

— Сейчас? То есть ты уже не спишь и полностью собрана?

— Да, все так.

— Приезжай. Айвазовского, 75. Буду ждать тебя внизу.

Город только просыпался, поэтому добралась до нужного адреса быстро. Где-то через четверть часа спустя такси зарулило во двор, и я увидела высокую худощавую фигуру друга, стоявшего у одного из подъездов пятиэтажки. Расплатилась, подхватила сумку и вышла.

Лекс был все еще лохматым после сна, в мягких домашних брюках и мятой футболке. Нахмурился, едва наши взгляды встретились.

— Ты ушла от него, — констатировал, шагнув ко мне, забрал сумку.

Кивнула, опустив глаза. Врать Романову очень не хотелось, но придется.

Романов снимал двухкомнатную на третьем этаже. Много хлама, слегка пыльно, непрезентабельная мебель, еще и паласы на полу — все будто шагнуло из восьмидестых-девяностых прошлого века, забальзамировалось и осталось, ни на сантиметр не меняя место расположения.

Лекс повел меня на кухню и начал готовить кофе. Наблюдала за ним, сидя на табурете, оглядывая широкие плечи, мускулистые руки, не торопилась начинать разговор.

— Голодная? — спросил он, заливая в турку воду из фильтра.

— Немного.

— Значит, вместе позавтракаем.

Когда на столе появились бутерброды с колбасой и плавленым сыром, а также чашки с горячим кофе, от которого поднимался парок, и упаковка сливок для меня, Лекс уселся напротив, испытующе посмотрел на меня.

— Я жду, рассказывай.

Набрала в грудь воздуха.

— Ты правильно понял, мы расстались. Скажем так, мы внезапно обнаружили, что абсолютно по-разному смотрим на наш союз. Я собрала вещи и ушла.

Пристальный взгляд серых глаз. Губы поджались. Да, стоило ожидать, что Романов мне не поверит. То ли легенда плоха, то ли он такой проницательный.

— Резко ушла, — он рассматривал кардиган, который не стала снимать, выглядывавшее из-под него платье. — Прямо в том, в чем в тот момент была. Собрала лишь самое необходимое. Иными словами, ты сбежала. И, наверное, сбежала поздно вечером, сидела всю ночь где-то на вокзале или на улице. Так?

— Нет, что ты!

— Он тебя бил? Угрожал? Сделал больно?

— Нет, конечно. Лекс, слушай… — накрыла его руку ладонью. Взгляд друга стал еще более жестким и холодным, куда только делось обычное спокойствие и тепло?

— Сними кардиган, Марина, здесь жарко.

— Черт, — тихо ругнулась сквозь зубы, стиснула челюсти. Вот же прицепился. Как не поймет, что в некоторых случаях лучше не докапываться до сути, чтобы не будить демонов.

Я порывисто расстегнула три крупных пуговицы, дернула кардиган с плеч, бросила его на подоконник (очень тесная все-таки кухня), вскинула голову: