Чтение онлайн

Я люблю Эрика. И прежде всего я слушала не себя, а сердце, и оно на удивление перестало носить на себе невидимый груз.

Эрик завернул на улицу, в которой стены зданий сгущались, затем рассеивались, открывая вид на открытое небо Бруклинских улиц из-за большого парка «Проспект». Машина притормозила на обочине, место которое было штраф-стоянкой после истечения определенного времени. Рассчитан час, после - фиксируется штраф.

Мы вылезли из машины и направились в центр парка. Росс сам поймал мою руку, не позволяя мне сбежать от него, и не отпускал весь оставшийся путь. Губами поцеловал каждую костяшку, что колючие ощущения захватили мою руку. С ним просыпается не только физические реакции, сколько душевные, что улыбка расцветает на моих губах.

Свернули с центральной тропинки, продвигаясь между деревьев, листья которых разбрасывались красками или же падали нам на головы. Пугающая тишина царило между нами, и развеилась, когда Эрик первым заговорил:

– Мне сложно поверить в то, что ты со мной, - признался честно и сильнее сжал руку.
– Не сон ли это?

Потянулась к нему навстречу, оставила на губах легкий, но такой трепетный, поцелуй и пошла нога в ногу вместе с ним.

– Не думаю, - посмеялась я.

– Это хорошо, - улыбнулся глазами Росс.
– Кстати, ты до сих пор сохранила мой подарок…

Ох, признаться, я даже забыла про него, видимо, полностью поддавшись пустоте и боли. Можно сказать, я его попусту не ощущала на своей коже, как холодное золото соприкасается, согревается за счет теплоты тела, навевает воспоминания, болтается в воздухе, цепляясь за мою шею, чтобы не упасть.

Рука произвольно потянулась к груди, но я тут же вспомнила, что на мне пальто и перевязанный шарф, так что рука упала обратно вниз.

– Я думал, ты захочешь выкинуть его, - ровно парировал Эрик, хоть и слышались нотки печали.

– Да, я бы выкинула его, - призналась, от чего дыхание перехватило.
– Только забыла про него. Я думаю, это хорошо, что так произошло, ведь твой подарок мне очень ценен. Ты подарил его мне от всего сердца, наконец, обретшее покой среди света; таким образом, сказал намного больше, чем мог бы представить.

– Ты права. Я именно тогда признался тебе в своих чувствах, лежа рядом с тобой и смотря на тебя.

Росс остановился, притянул меня к себе и поцеловал, вызывая внизу живота целое цунами фееричных ощущений. Бабочки ожили, не давая друг другу спокойствие, и причиняли сумасшедшую боль от желания оказаться с ним голыми в его постели. До умопомрачения целоваться. Смеяться во весь голос. Дышать друг другом. Биться в конвульсиях в объятьях любимого, когда наслаждение обволакивает. Открываться глубже и не бояться испачкаться. Восхитительно!

– Не думаю, что мы сможем нормально погулять. Я уже…

– Что?
– игриво спросила, делая вид, что не понимаю, о чем он. Эрик погладил меня по щеке, я на мгновение прикрыла глаза и утонула из-за покалывающего ответа кожи.

Он прижался ко мне, от чего сквозь плотную ткань смогла почувствоваться бугор. Ох, я сама на волоске.

– Ну, мистер Росс, вам нужно быть терпеливее. И вообще, я хочу задать тебе вопрос.

– Какой же?
– Наклонил голову набок, облизал чересчур медленно пухлые губы, будто специально провоцируя мои нежные нервы. Ему меня не провести.

Мы стояли посреди небольшого поля, по краям обросшего кустарниками и некоторыми деревьями, что помогали скрывать от лишних любопытных глаз наши недомолвки. На улице было холодно, ветер со всех сторон приносил с собой пронизывающую тело скованность, к тому же небо заволокло серыми тучами, но в душе царило настоящее жаркое лето, которое не сравниться ни с какими странами Африки.

– Что у тебя с этой…Мишель?
– задала вопрос, выделяя среди слов язвительно имя девушки, смакуя на вкус и морща нос, будто это имя - фальшивая нота.

Эрик ухмыльнулся.

– Да ничего, - весело заявил он, забавляясь моим настороженным вниманием.
– Честно, ничего. Она моя старая знакомая, попросила помочь ей в одном проекте, поэтому часто вместе тусуемся.

– Сегодня вы обнимались…

– И я видел, как ты мило ревновала.
– Победоносно улыбнулся, что улыбку тут же захотелось смыть с этого красивого лица. Ах, он поддонок!

– Ты специально ее обнял, - договорила я за него.
– Провоцировал меня и тем самым упивался.

– Ну знаешь, кровь так приливает к члену от одного вида твоих грозных туч в глазах, а как ты напрягла свои алые губки, что я тут же захотел тебя поиметь на том подоконнике.

– Фу! Я бы не стала трахаться с тобой, где вы стояли. Нет!
– огрызнулась я и вцепилась в его предплечья.
– Какой ты засранец, Росс!

– Оу, ты еще мало обо мне знаешь, - блеснул белозубой улыбкой и клюнул в нос.
– Но говоря первый и последний раз, я не спал и не стану спать с кем либо. Я хочу тебя единственную.

Обмякла в его объятьях, как только он произнес последнюю фразу. Собственнически, эгоистично, бессовестно. Сердце пустилось в пляс.

– Ладно, ты прощен.

– Уже лучше.

Он засмеялся, за что получил удар в грудь.

– Бьет, значит, любит, ведь так, детка?

– Бьет, значит, достал.

– Как бы не так, - с долькой лукавства заметил он и посмотрел в сторону открывающегося вида на воду.

Гладь речки переливалась мелкими бороздами, создавая эффект гармошки. Видимо, вода пыталась передать мне какие-то звуки музыки, то плавно перетекала, то крутилась вокруг оси на определенной точке, то умиротворенно стояла, отображая серое небо.

Простояв так пару минут, мы все же решились разомкнуть объятья и направились дальше, следуя к мосту, которого прозвали «мост любви» многие пары Нью-Йорка.

– Та-ак, снова моя очередь задавать вопрос.

– Вся во внимании, - опустила глаза на землю и стала наступать на следы людей, ходивших до нашего прибытия.

– Что у тебя с этим профессором Эндрюсом? Мне не нравится, как он на тебя смотрит…

– Ты ревнуешь, - выдала скорее утверждение, нежели вопрос, подняла голову и заприметила на дне зрачком разнузданную неприязнь от одной мысли обо мне и этом мужчине.
– И ревнуешь сильно.

– А как быть, если этот мужик хочет мою девушку?
– Пусть он говорил с непрекословной равнодушием, только тело выдавало вовсе иные изречения: его рука вцепилась в меня мощнее, чуть ли не ломая кости под давлением раздраженности.
– Да ты даже не пытаешься его поставить на место…

– Он преподаватель, - выдохнула я, - между нами ничего и так не может быть. Алекс признался мне в своих чувствах…

– Алекс? Признался в чувствах?!
– взревел Росс, неожиданно остановившись, что я впечаталась ему в грудь. Подняла свои глаза и столкнулась с раскосым взглядом, сулящий немало молний.
– Да вы издеваетесь!
– зарычал и дернулся.