Чтение онлайн

– Я люблю тебя, Ханна Эллингтон. Нет никого дороже тебя, ты всегда будешь со мной…

– Всегда с тобой… Всегда вместе.

Всю ночь мы занимались любовью, насытиться которой было крайне невозможно. Ибо все, что мы не делали, все сводилось к нашей искренней экспансивности. И уснуть мы смогли не раньше четырех утра, когда город постепенно начинал оживать и вчерашний день запечатлелся в шкатулке самых незабываемых вещей в моей жизни.

Первый пункт из моего списка дел гласил именно так: рассказать всем про Лондонский колледж.

На следующей неделе настанет срок сдачи экзаменов, к которым я упорно готовилась все эти дни. После начинается практика, где я проведу последние свои две недели рядом с моими близкими людьми. По правде говоря, принять такое решение было крайне тяжело, учитывая материальное положение нашей семьи и некоторые уязвимые точки, не дающие мне сформулировать в своей голове все возможные варианты решения. Как выяснилось в последний мой визит в деканат, колледж предоставляет мне возможность пройти срез знаний, от которого очень сильно может зависеть мое дальнейшее расположение: на стипендии или же предстоит откуда-то взять деньги, поэтому в моих силах сделать все возможное, потратить время и пожертвовать своим здоровьем, чтобы достичь результата.

Ну, по крайне мере я надеялась именно так поступить.

Я уделяла много времени учебе, концентрировалась на важном, только Эрик считал наоборот. Доставал, щекотал, возбуждал, оставлял без дозы, издевался, шептал не пристойные слова, на занятиях все время писал, - делал все, чтобы довести меня до помешательства на нем. Это раздражало и в то же время радовало, что он был со мной рядом.

После того инцидента в клубе, я окончательно порвала связи с профессором и могла лишь сидеть на его парах, как хамелеон, прячась за спинами людей или применяя краски мебели. Я не желала с ним идти на контакт и, по всей видимости, мистер Эндрюс тоже решил оградить от тебя это бремя. Зато наши отношения с Эриком стали совсем иными. Если полтора месяца назад нас связывала похоть и страсть, то сейчас мы оба смотрим на наш союз как нечто важное, от которого будет трудно отказаться. Каждый из нас не может оставить друг друга хотя бы на одну секунду, ибо это и есть целая вечность. Возможно, были некоторые нестыковки с нашими мнениями и идеями, что порождало бурю, перетекавшая в бурное противостояние наших душ. Сложно сосчитать, сколько раз мы набрасывались друг на друга, жаля, но уверена, в рейтинг мы попали. В остальном все на своих местах.

Но это не самое главное, над которым время от времени я думала. Главнее - ответственность, лежащая на мне, разъедала клетки. Я очень часто стала нервничать, так как подобрать лучшего момента и правильный разговор сводилось к паникующим последствиям в моем воображении. А что если девочки станут переубеждать меня? Что если я не смогу сказать, потому что они посчитают, что никто из нас не должен расставаться? Если они расплачутся? Какая реакция будет у Эрика? Убьет, задушит, не отпустит? И так миллион вопросов, доводящий разум до помешательства на волнении.

Захлопываю ежедневник, который стала вести не так давно, кладу в сумку и задумчиво гляжу на парковку за окном. Страшнее терять людей по сравнению с признанием. Так твердит мне мама, напоминая не забыть рассказать всем о возможности получить квалификацию в известном модном доме. Уф. Я должна.

– О чем задумалась?
– чарующий голос вырывает меня из оков задумчивости.

Парень целует меня в щеку, трехдневная щетина колит мою нежную кожу, затем обнимает за талию, давая понять, что будет нелегко выбраться из жарких объятий.

– О том, что… - Поворачиваюсь к нему лицом, встречаясь с глупой улыбкой, украшающая пухлые губы Эрика, и обнимаю за шею.
– Очень сильно соскучилась.

– Мы виделись всего час назад, Ханна. И я еще сильней соскучился, - с подкупающим тоном вымолвил он.

Потерся носом об мой нос, вызывая какие-то необъятные ощущения в грудной клетке, от чего становится трудно дышать, будто кислород стал форвакуумным. Вчера нам из-за наших открытых милых сцен сделали выговор по поводу нарушения личного пространства и перебор развратных вещей. Поэтому сочла нужным немного обуздать порыв Эрика как минимум до того, пока не окажемся за пределами университета.

– У тебя сейчас есть пара?
– поинтересовалась я, рукой поправляя воротник черной рубашки. Впервые в жизни он облучился в мрачную одежду: черные брюки, ботинки, и блузка. В довершении всему этому серебряная цепочка, похожая на цепь. Вылитый гроза своего района.

– Ну, не совсем пара, просто нас потащат в библиотеку, где будем изучать скучные и унылые книжки.

Эрик сказал так, будто в этой библиотеке для большей разрядки нужен человек, за счет которого легко будет спастись от скуки.

– Скучные.

– Да.

– Унылые.

Поцеловала кротко в губы, пока он не совсем счел нужным понять, что происходит, и углубить поцелуй. С порхающим весельем договорила:

– Книжки. Не думаю, что там будет так уж ужасно.

– Если ты хочешь прийти мне на помощь, я буду только рад.

Ущипнул меня за задницу. Взвизгнула, но Росс рокочущее и простодушно посмеялся. Ударила его в ответ.

– Увы, у меня по расписанию обед, - пожала невинно плечами, пытаясь выпутаться из его объятий и сделать вид, словно наш разговор меня наскучил.
– Ничем не могу помочь.

– Можешь, - поддакнул он, кивая. Я машинально за ним стала кивать, когда моя улыбка натянулась до ушей. Естественная и такая воздушная.
– Еще как можешь. Приходи со своей едой в библиотеку, думаю, найдется укромное местечко, где мы хорошо отобедаем.

Закатила глаза. Мы только успеваем изучить все места этого заведения, применяя практику вместо теории. И сказать, такая подача материала куда интереснее и креативнее, прячась от преподавателей. Порой страшно, но когда-то наступает момент, что от этого получаешь адреналин. Тогда последующие наши увлечения берут вверх неба, забывая все вокруг.

– Я подумаю, - закусила губу, нагибаясь назад.

– Не надо думать, - утвердил Эрик, тем самым завершая нашу перепалку.
– Приходи туда через… - посмотрел на электронные наручные часы, - двадцать минут. Только ты будешь меня кормить из ложечки.

– Эрик, ты же не маленький ребенок, - посмеялась я, хватая сумку и встав по направлению столовой.
– Сам умеешь себя кормить, поить, одевать и мыть.

– И что? Все равно покормишь.
– Отвернулась, качая головой от бессилия перед этим парнем.
– Вот и договорились.

Неожиданно берет меня за руку и целует тыльную сторону ладони между костяшек. В этом месте начинает жечь, как жжет от прикосновения водки с раной, только совсем в другой реакции. Ток медленно поднимается вверх по руке, касается локтя, плеча, груди и уходит в глубину чувств.

– Увидимся чуть позже, детка.

Озаряет белозубой улыбкой с капелькой торжества, идет спиной в сторону лестнице, не переставая смотреть на меня. Когда он, наконец, исчезает с поля зрения, гулко выдыхаю.

Это шанс рассказать ему наедине. Он должен знать, но какого вероятность того, что после этого он не разломает большую часть мебели в библиотеке? Ее нет.