Лепрозорий
Шрифт:
— Стоять, таракань! — рявкнула фурия, ухватив Еву за шиворот. Кружевная тесемка горловины натянулась, впившись в шею, и паучонок застыла на одной ноге. Подняла глаза и охнула.
Если бы и впрямь шагнула — распорола бы ногу об острый край кристалла. Ева покачнулась, встала ровно и, когда Люция убрала руку, поднялась на цыпочки, чтобы получше рассмотреть мир с другой стороны. Там тоже был лес. Яркий, сочный. Янтарно-рыжие деревья покачивались над изумрудной водой, осыпались огнями листьев. Сырой воздух дышал в лицо запахом тины и тонким, едва уловимым — орхидей, точь в точь, как духи телицы Мерура.
До чего красиво.
Не успела Ева даже прочувствовать целый букет незнакомых запахов, как Люция подхватила ее под мышки и ловко поставила по ту сторону кристальной границы.
— Идем, только тихо, — шикнула фурия, перемахнув через бортик. Подтянула ремешки колчана повыше и бодрым шагом полезла в болото. Принялась осматриваться, выбирая наиболее надежную тропу.
Но Ева только сглотнула и пошевелила ножками, поправляя задники туфелек. Если вода Люции по колено, то Еве она замочит панталоны. Что ж, выбора все равно не было. И, набрав в легкие побольше воздуха для храбрости, паучонок ступила в мерзкую прохладную жижу изумрудно-зеленого цвета.
***
Огромные бело-бурые крылья гарпии висели на двери генерала, пряча под собой ту практически целиком. Раун тщательно подметал пол, собирая выпавшие перышки и осыпавшийся пух, когда по его столу постучали. Ворон обернулся, подняв в руках коробочку с перьями, и вопрошающе вскинул брови.
У стола стоял советник императрицы, Хоорс, и нервно поглядывал на секретаря.
– Да, господин советник, - обратился к нему Раун, приветственно, но сдержанно, распахнув крылья. – Генерал сейчас в отлете. Я могу вам помочь?
– У тебя в руках ведь перья Люциферы, да? – как бы невзначай бросил Хоорс, с любопытством оглядывая перебинтованную ладонь секретаря. – Они нужны мне.
Раун повел плечом и закрыл доверху полную коробочку.
– Извините, я не могу вам ее отдать, - с сожалением развел крыльями ворон. – Что я скажу генералу? Пожалуйста, дождитесь его возвращения, может, он позволит вам ее забрать.
И, стараясь не смотреть, как удивление сменяется презрением на лице советника, прошел к столу и закрыл коробку в ящик, провернул ключ и спрятал в карман.
– Что-то еще, господин советник? – как всегда преданно и располагающе глянул на гостя.
Хоорс мялся, поглядывая на висящие на двери крылья и незаметно для себя постукивая каблуком по полу. Наверное, думал, когда стоит прийти и ощипать крылышки Люциферы. Но потом вдруг нервное напряжение сменилось в нем на слабую догадку, и он повернулся к ворону.
– Лион ведь не знает, сколько перьев исчезло с крыльев гарпии. А мне нужно совсем немного. И зачем ему об этом знать? – ласково проговорил он, и Раун едва сдержал эмоции. Хоорс всегда елейничал так с дамами, но чтобы с ним?! Определенно, не стоило давать ему ни перышка!
– Прошу простить меня, но я несу ответственность головой за все доверенное мне генералом. Никак нельзя, поймите, - нарочито виновато проговорил ворон.
С одной стороны, это и впрямь было так. А с другой – на двери были всего лишь крылья, а в коробочке – жалкие перышки, которые он собирался просто выбросить в окно. И даже сделал бы это, не явись советник! Их можно было отдать совершенно безвозмездно, но то, как себя вел гость, сильно отталкивало. Эта чертова поза – он встал именно так, чтобы выгодно себя подать, что ветер из распахнутого окна трепал волосы; сложил крылья роскошным шлейфом и словно даже набрал в грудь больше воздуха, расправил плечи. Будь Раун девушкой, купился бы. Или нет - Алиса вот всегда брезгливо, совершенно не стесняясь, морщила нос при виде советника. В любом случае, сейчас это чересчур раздражало.
Вот только если не отдать перья, тот сам их возьмет, а так была возможность поторговаться.
– Разве что нашлось быть хоть что-нибудь, способное умалить…
– Чего ты хочешь? – грубо оборвал его Хоорс и, уперев кулаки в стол, заглянул в глаза.
И Раун честно задумался. Если бы ему только удалось помочь генералу и подтвердить его догадки, это было бы замечательно. Но все, что касалось Люциферы, Лион взял полностью на себя. Оставалась глава Охотниц – Алиса, в которой генерал был совершенно уверен, а вот Раун – совершенно нет. И стоило доказать Лиону, как сильно он ошибается, пока не стало слишком поздно.
– Есть мнение, - осторожно начал Раун, отведя взгляд, - что отряд Хильды погиб не от рук Люциферы. Их убили, метнув в шеи ножи или скальпели – на трупах не осталось орудий убийства. Кто-то забрал доказательства. Лион перетряс весь отряд грифов, но никто из них ничего не трогал.
– От меня ты чего хочешь? Чтобы я тоже допросил грифов? – перебил его Хоорс, презрительно сдвинув черные брови.
– Вы были там, господин советник. Когда искали Люциферу, верно? – Раун прищурился и глянул советнику в глаза.
– Все ты знаешь, как там они тебя зовут – желтоглазая тень ястреба? Будут тебе ножи. Но если хоть одна душа узнает…
– Я понял. О вас – ни слова, - каркнул Раун.
– Умница, - губы Хоорса изогнулись в натянутой улыбке. Он протянул руку, но ворон успел бросить:
– Ножи вперед, - и чуть наклонил голову, ожидая решения советника. Тот повернулся на пятках и в два шага нырнул за окно.
Раун торопливо потер ладонь об угол стола – плоть чесалась неимоверно. Но легче не стало, и он зубами сорвал тонкие бинты и принялся царапать кожу. Остановился лишь когда понял, что подстриженными когтями водит по совершенно здоровой ладони. Такого просто не могло быть, и он с удивлением и ужасом уставился на руку. Только утром он так сильно рассек пальцы и ладонь, что даже не был уверен, что сможет написать хоть слово. Но ему это удалось, и ни капли крови не упало на священную книгу. Он подложил фолиант на стол Хоорса, пока тот был занят императрицей, и мигом улетел в госпиталь. Медсестра еще долго трогала края раны, бурча под нос про густую кровь, не вытекающую из таких порезов, и добротно замотала бинтом, пропитанным лекарством. Она сказала, что раньше, чем через неделю, заживления ждать не следует. Но на коже не осталось даже шрамов.
Может, всего этого просто не было? Ни голоса Самсавеила, ни книги, ни кристалла, ни исправленных строчек?
Вот только Хоорс, видимо, обнаружил книгу. И даже нашел закладку. Прочел тот самый ритуал, и решил применить. И для этого ему понадобились перья Люциферы.
Раун попытался вспомнить, что писала его рука, но в голове было совершенно чисто, никаких воспоминаний. Это пугало еще сильнее, а любопытство подстегивало. Более того, память отказывала показать ему даже страницу, даже иллюстрацию из книги.
Вдруг он забудет все, что сегодня произошло? А может, это будет не в первый раз. Как часто такое вообще случается? С ним ли одним?
– Вот, все шесть, - прервал его мысли вернувшийся советник императрицы. – Перья?
– Секундочку, - Раун мотнул головой, цепляясь разумом за реальность, и уставился на платок с императорским знаком. – Позволите? – одним движением руки вытащил из нагрудного кармана свой платок с генеральским символом, и, обернув им руку, достал все шесть ножей. – Алисы?