Чтение онлайн

А ведь, ко всему прочему, мы все еще очень похожи. У всех детей моего отца были густые темные волосы и светлая кожа. Плюс к этому – большие глаза, а в дополнение к ним – почти не сходящие с лиц широкие улыбки. Да и все жены отца были весьма похожими друг на друга, если не считать того, что цвет их волос включал в себя гамму оттенков от седого до золотистого.

Иногда, если мне приходилось объяснять кому-то, кто есть кто в нашей семье, я называла бывших жен моего отца буквами А, Б и В – для простоты объяснения. Мэри – мать Анджелы, Марио и моя, была А. Мать Тьюлии, Диди, я называла Б. Линда, мать Софии, становилась в моих объяснениях В. Так действительно было проще, особенно если учесть, что неприятный для меня переход от Б к В обычно сопровождался лишением некоторого количества волос. Диди и Линда работали в разных салонах и приходили на еженедельные собрания в разные пятницы. Моя мать вообще не ходила на них.

Она поселилась вдалеке от нас и вернулась в школу, чтобы стать социальным работником – это случилось сразу после того, как она ушла от отца, что, в свою очередь, произошло после того, как он начал обманывать ее с Диди, его будущей второй женой.

Сейчас отец выглядел очень элегантно. Это могло означать, что где-то поблизости расправляет крылья его будущая четвертая жена. Мне оставалось надеяться лишь на то, что, если она будет работать с нами, то по крайней мере ей известно, что такое приличная стрижка.

– И где же это мы сейчас были? – спросил отец.

– Еще нигде, – ответила я.

– Анджела, – вновь заговорил отец. – София. Вернее, я хочу сказать Белла. Ты красивая девчонка, но тебе нужно научиться следить за общим разговором, смотреть на то, как двигается босса.

– Он имеет в виду рот, это по-итальянски, – шепнул мне Марио.

Я ткнула его в бок локтем.

– Ну ладно, а как обстоят наши дела в отделе бабла, Тодди? – со смешком поинтересовался отец.

– Неплохо, совсем неплохо, – отозвался Тодд. Когда дело доходило до политических ошибок и раздражающих прозвищ, на которые был так щедр его тесть, он становился многословен и начинал издалека. – Большинство наших клиентов перед уходом из салона сразу записываются на следующий раз. Но мы можем заработать еще и на распродаже.

– Клиентам не нравится платить по счетам, – заявила Анджела. – Проект «Рануэй» [7] сослужил нам плохую службу. Как нам убедить людей, что лак для волос «Аведа» стоит тех денег, которые мы за него просим, если по телевизору они слышали восхваления двухдолларовому флакону «Файнесс»?

– Ну не знаю, – сказала я. – Я могу работать по-разному. Всем, к примеру, известно, что тушь для ресниц «Мэйбеллин» самая лучшая, но я закрашиваю золотую этикетку снаружи, чтобы мои клиенты думали, будто я пользуюсь только дорогой косметикой.

– Ты правда это делаешь? – воскликнул Марио. – А я и не знал. Отличная идея, между прочим.

Я подбоченилась.

– И попрошу не забывать, кому она пришла в голову.

– Да-да, совершенно верно, – кивнула Анджела.

– Белла все знает, – промолвила Тьюлия. – Она еще не говорила вам об этом?

– Конечно, знает, – подтвердила Анджела. – На этой неделе она даже умудрилась буквально в одно мгновение нанести распылителем тон на лица целой толпе.

Я спросила себя, во всех ли больших семьях творится такое, когда они собираются вместе. Но вот что я действительно знала наверняка, так это то, что мне необходимо подождать и не заглотить их наживку. Еще немного и они переключат внимание на кого-нибудь другого. А пока мне лучше держать мой большой рот – босса – крепко сжатым. Но тут я как на грех посмотрела на Софию. Как же мне захотелось стереть самодовольную усмешку с ее лица!

– Да, – сказала я, – я действительно знаю немало. Между прочим, кое-кто спрашивал меня на этой неделе, нет ли у меня желания создать специальный набор косметики… – Я помолчала, подбирая нужные слова. – Ну такой набор, для… продажи…

– Ты говоришь о том парне, который клеился к тебе на университетской ярмарке? – спросил Марио.

– Вовсе он ко мне не клеился, – возразила я. – Просто ему пришло в голову, что я талантлива.

– Естественно, – сказала Анджела.

– А что, неплохая мысль, – заметил Тодд. – Бьюсь об заклад, мы сумеем уговорить какие-нибудь компании прислать нам образцы своей продукции. Я хочу сказать, что для них это будет бесплатная реклама. Боже мой, да они скорее всего будут готовы даже заплатить за то, чтобы мы воспользовались их товаром!

– А что если нам добавить в эти наборы еще и реценты? – предложила Анджела. – Знаете, такие специальные рецепты для спа?

Отец снова забарабанил пальцами.

– Мне это нравится, – проговорил он после продолжительной паузы. «Набор красоты "Салона де Лючио"»! Все такое приятное, в римском духе. Может, набор стоит и перевязывать как-нибудь по-особому, как тогу. А когда они откроют коробку, то у них будет ощущение, что они умерли и попали в Италию.

– Послушайте, – вмешалась я.

– София сможет добавить что-нибудь из косметики, которой пользуются знаменитости, раз уж ей приходится работать с такими высокопоставленными клиентами, – проговорил мой братец-предатель Марио.

– Думаю, стоит добавить в набор также соли для ванны и масла для массажа, – предложила Тьюлия. – А еще мне очень нравится гель, который нагревается, когда вы растираете его руками.

Похоже, меня вообще никто даже не слушал! Я вскочила с места.

– Алло-о! – крикнула я.

– Кстати, у меня есть отличный рецепт лимонного майонеза, – вспомнила Анджела. – Его можно использовать в средствах для волос. Ну и, конечно, есть его тоже можно.

– Хватит!!! – завопила я. – Хватит! Стоп! Стоп! Стоп!

Все недоуменно замолчали.

– Я уже устала от того, что вы все время отнимаете у меня что-то, – услышала я собственный голос. – Это мой набор красоты. Это моя жизнь! Это мой… – я посмотрела на Софию, – муж, – договорила я.

И выбежала из салона.

Слезы, которые я едва сдерживала, высохли в один миг, едва я увидела на стоянке Крейга.

Заметив меня, он тут же завел своей «лексус».

Я наклонилась и подобрала с земли камень.

Торопясь убраться со стоянки салона, мой бывший муж так ударил по газам, что запахло паленой резиной. Не думаю, что это пошло на пользу его маленьким, взятым напрокат, покрышкам.

– Вали отсюда и возьми напрокат мозги! – крикнула я ему вслед. Выяснилось, что разбудить в себе грубиянку довольно весело, а потому я уверенно бросила камень в его машину. Тот с приятным звуком отскочил от таблички с номером лицензии. Я была довольна. Потерев руки, я направилась к собственному авто. Надпись на окне салона словно потешалась надо мной: «Летний взрыв страстей». Ха!

– Они не твои дети, Белла, – сказала я своему отражению в зеркале заднего вида. – Забудь о них.

Выехав со стоянки, я повернула направо. Мысленно я повторяла эту фразу снова и снова, как заклинание, с тех пор, как Крейг сказал мне ее.

Потому что его слова серьезно меня задели. Я клянусь, что я выбросила из головы Софию, и Крейга гоже. Но я не была уверена в том, что смогу когда-нибудь забыть о детях. Ведь почти десять лет я проводила ночи на среду и каждые вторые выходные с детьми Крейга. А также каждые вторые праздники, школьные каникулы и половину лета. Я заражалась от них гриппом и помогала им делать уроки. Мы с Крейгом проводили с ними почти все наши отпуска. Отчасти именно из-за них мы решили не заводить собственных детей. Хотя нет, не отчасти – почти исключительно из-за них. Мы не считали справедливым, когда отец уходит от одного «комплекта» детей к другому.