Чтение онлайн

Когда мы нашли фургоны наших родителей, они были в поле зрения подъездной дорожки президентского комплекса. Я поцеловал Джину, и она вернулась к машине своей семьи.

—Как выглядели ваши комнаты? — Спросила мама, когда я села на заднее сиденье нашего универсала.

Я описал комнаты. —А так как моя комната только на четвертом этаже. — сказал я, — я думаю, мы можем просто перетащить вещи наверх, если не возьмем тележку. В смысле, у меня не так много вещей. —

— Кроме 90 килограмм твоих гантелей. — сказал Папа.

—О, да. Ой. —

— Все в порядке, сынок. — сказал он. — Мы справимся. —

—У вас тоже так было, когда вы учились в колледже? — Спросила Эрин.

Мама с папой переглянулись и улыбнулись.

— Вроде того. — ответила мама. — Мы не знали друг друга, когда впервые поступили в университет. —

Мы с Эрин кивнули. Мы оба знали эту историю. Папа был в Университете Флориды. Его наставником в высшем классе был мамин старший брат Хэнк. Дядя Хэнк познакомил маму с папой, а остальное уже знакомая нам история.

— Это было двадцать лет назад. — продолжала мама, — Поэтому людей стало меньше. Но да, это было почти то же самое. —

— Помнишь то синее платье, в котором ты была в нашу первую встречу? — Спросил ее папа.

— О Боже. — сказала она, — не напоминай мне. —

— Расскажи нам, что случилось. — попросила Эрин.

— Эрин, Господи, — пожаловалась я. — Ты слышала эту историю миллион раз. —

—Да? Я все еще хочу услышать это снова. —

—У твоей мамы было отличное синее платье. — сказал Папа, игнорируя мой протест. — Оно было узким, коротким и очень подчеркивало ее фигуру. Когда Хэнк привел меня домой на ужин в первый раз, она была в нем. —

—Но в тот день я слишком сильно загорела, — добавила мама, — и мама намазала мне спину и плечи лосьоном, чтобы они не высохли. —

—Когда я пожал ей руку. — сказал Папа, — бретелька платья соскользнула с ее плеча. —

—Ты никак не мог решить, смотреть мне в лицо или на грудь. — рассмеялась Мама.

— Черта с два. — сказал Папа. — Я был гардемарином четвертого класса, а мой наставник стоял у меня за спиной. — Затем он повернулся к нам. — Ты думаешь, я собиралась пялиться на грудь его сестры? —

—Да, пап. — сказала Эрин. —Ты, вероятно, так сделал. —

— Они слишком хорошо тебя знают. — с улыбкой сказала мама папе. — И смотрел ты на мою грудь или нет, когда мы впервые встретились, за ужином ты не мог отвести от меня глаз. —

—А что я должен был делать? — Спросил Папа. — Твое платье все время падало. Я не смог увидеть ничего такого, но я посмотрел на довольно хорошее шоу. —

—Поэтому ты пригласил меня на свидание? — спросила она.

— Нет, конечно, нет. — сказал папа с притворной настороженностью. Потом он посерьезнел. — Твой брат хотел, чтобы я присматривал за тобой после. —

Дядя Хэнк был на три года старше мамы, но его F-4 был сбит в 1966 году. Несмотря на то, что он и его офицер благополучно катапультировались, Хэнк был позже убит северо-вьетнамскими захватчиками. Но перед этим шесть лет он провел у них в плену. Мама с папой мало говорили о Хэнке, но я знал, что они все еще думают о нем. Мама, даже держала его фотографию в летном костюме, и его фотография стояла у нас дома на комоде.

—Я все еще скучаю по нему. — тихо сказала она.

— Я тоже. — эхом отозвался папа.

—Каким он был? — Спросила Эрин.

Не знаю почему, но ей нравилось слушать, как мама говорит о нем.

Следующие двадцать минут мама с папой рассказывали нам о Хэнке, смеясь и вспоминая, как хорошо они провели время вместе. Эрин и я слышали большинство историй, но пересказ их, казалось, поднял настроение мамы. И я должен был признать, что это хороший способ скоротать время. Наконец мы приблизились к маленькой стоянке для общежитий Кэрриков.

— Ладно. — сказал Папа, — теперь нам нужно найти место для парковки. —

—Пойду проверю, на месте ли все. — сказал я.

— Я могу идти? — Спросила Эрин.

—Конечно. —

Джина и Лия вышли из машины Коултеров.

— Проверь на стойке регистрации, твое имя близко к началу списка. — сказал я Джине. —Я проверю здесь. — сказала я, указывая большим пальцем на Норт-Каррик.

—Окей. —

Когда мы с Эрин подошли к доске, я был разочарован. Имена были: Визмейер, Сент-Джордж, и Брайтон. Но когда я уже собрался уходить, какой-то парень поставил тележку на стол.

—Визмейер! — закричал директор зала мгновение спустя. — Линдон Визмейер! —

Когда Линдон Визмейер укатил со своей тележкой, директор зала стер его имя. Волнение охватило меня, когда он написал на доске «Хьюз». Затем я удивился, когда он немедленно стер его.

— Зачем он это сделал? — Спросила Эрин.

К нашему удивлению, директор написал на доске «П. Хьюз».

— Думаешь, это ты? — Спросила Эрин.

— Думаю, что да. Прекрасно. —

На улице Джина выглядела разочарованной.

—Они сказали, что это займет еще час.

— Все в порядке. — сказал я. — Я третий в списке. —

Пока мы были внутри, папа нашел место для парковки. И пока мы смотрели, вспыхнули задние фары пикапа. Крис подождала, пока грузовик отъедет, и остановилась на свободном месте.

— Ладно. — сказал Папа, когда обе семьи собрались у нашего фургона, — каков план? —

— Я третий в списке. — сказал я. — Значит, это ненадолго. Но моя комната только на четвертом этаже. Просто ожидание лифта занимает десять минут. Я имею в виду, я смогу подойти, неся большую часть своих вещей. — Потом я посмотрел на папу. —Кроме гантелей, конечно. —

— Да, кроме гантелей. — согласился он.

— Со всеми нами. — сказал Крис, — это не займет много времени. —

—Нам все равно нужно поставить кого-нибудь в вестибюле, чтобы мы могли взять тележку, когда назовут имя Пола. — сказал Папа.

Крис кивнул.

—А потом. — продолжал папа, — мы можем воспользоваться тележкой, чтобы отнести вещи Джины в ее комнату. — Затем он повернулся к ней. —На каком этаже твой номер? —

—На шестом. — сказала она.

— Да, я определенно не хочу тащить вещи вверх по шести лестничным пролетам после четырех. — сказал Папа. — Даже со всеми нами, это, вероятно, займет два или три рейса для каждой комнаты. —