Чтение онлайн

— Что ты здесь делаешь? — Спросил я.

— Я только что закончила лекцию по западному гражданству, которое дальше по коридору. —

— Я с английского. — сказал я, решив вести себя нормально. Потом скорчил кислую гримасу. —Наш профессор – это бывшая хиппи, которая…—

— Профессор Феллер? —

Я нахмурился. — Да. Она у тебя была? — Не раздумывая, мы пошли в ногу, направляясь к лестнице.

— Нет, глупыш. — сказала она, закатывая глаза.

Ее красивые, темные, полные, влажные глаза... Так стоп!

— Я все время слышала, как ты о ней говорил. Да. — Она усмехнулась, чтобы заглушить боль в своих словах.

— А, ну да. Извини. Во всяком случае, она все твердила и твердила об элитарности Рэнда. Клянусь Богом, Джина, я был готов к тому, что она начнет использовать такие слова, как «пролетариат». —

Она рассмеялась. — Дай угадаю, ты читаешь «Атлант пожал плечами», верно? —

Я кивнул.

— Мне это никогда не нравилось. Я имею в виду, мне нравятся идеи Рэнд об индивидуализме. — сказала она. — Но я думаю, что она сама создала общество, чтобы заставить свои теории работать. Ты должен прочитать «источник». Она написала его до «Атлант пожал плечами», но у него много тех же идей. Думаю, тебе понравится. —

— Зачем? —

— Потому что речь идет об архитекторе, который не хочет соответствовать обществу. —

Я почувствовал, как мое лицо исказилось от досады.

Джина засмеялась.

Моя грудь сжалась, когда я понял, что скучаю по ней больше, чем думал.

— Я не это имела в виду. — сказала она, подавляя естественное желание протянуть ко мне руку. — Но теперь, когда я думаю об этом...— Она усмехнулась.

— Ладно, ладно. — сказал я. — Хватит дразнить бывшего парня. —

— Ладно, я ухожу. —

Я искоса взглянул на нее.

— Думаю, книга тебе понравится. Возможно... — Она запнулась, но затем продолжила более уверенным голосом: — Может, у Кендалл есть копия. —

Я кивнул, но мое настроение стало подавленным.

— Как она? —

Я не хотел ранить чувства Джины, тыча носом в счастье Кендалл, поэтому я уклончиво ответил. — С ней все в порядке. —

Джина знала меня достаточно хорошо, чтобы понять мои колебания, поэтому она сменила тему. Пока мы шли к общежитию, мы говорили о других вещах, все они были безобидными. Когда мы достигли Каррика, мы остановились и смущенно посмотрели друг на друга.

— Рада была тебя видеть. — сказала она наконец.

— Я тоже был рад тебя видеть. —

Она робко улыбнулась.

Я улыбнулся в ответ, хотя, вероятно, выглядел так же неловко.

— Окей... что ж... Увидимся. — сказала она.

— Да. Увидимся. —

Мы задержались на мгновение, прежде чем она повернулась, чтобы уйти. Я смотрел ей вслед, но она не оглядывалась. Я видел, как напряглись ее плечи, как напряженно она их держала, борясь с желанием оглянуться. Я задумчиво улыбнулся про себя и направился в свой номер.

Не хочу в этом признаваться, но два дня спустя я вышел из класса английского языка и слонялся без дела, вглядываясь в лица, бегущие по коридору со стороны класса Джины. Увидев ее, я поспешно опустил глаза и сделал вид, что изучаю часы.

— Привет. — сказала она прямо передо мной.

Я посмотрел на нее с притворным удивлением.

Она криво усмехнулась. — Не пытайся меня одурачить. — сказала она. — Я слишком хорошо тебя знаю. —

— Неужели это было так очевидно? — Спросил я, краснея.

— Может быть, немного. Но... —

Я вопросительно посмотрел на нее.

— Ладно, может, я надеялась, что ты будешь здесь. —

— Ты надеялась?! — Я поспешно собрался с мыслями и откашлялся. Затем, беззаботно сказал: —я имею в виду... ты и вправду искала меня? —

Ее темные глаза сверкнули.

Я рассмеялся, признавая свою вину. — Хорошо, ты меня поймала. —

— Ну, и что мне с тобой делать? — лукаво спросила она.

Потребовалась вся сила воли, чтобы не сказать ей, о чем я на самом деле думаю: что я хочу, чтобы она приняла меня обратно. Но я знал, что она этого не сделает. Что еще более важно, я знал, что наши отношения изменились, и что мы никогда не сможем все вернуть. Я не хотел признаваться в этом, но был слишком честен, чтобы обманывать себя. Поэтому я ничего не сказал и увидел в ее глазах молчаливую благодарность. Я кивнул, и она улыбнулась.

— Ты возвращаешься в Каррик? — спросила она, меняя тему.

— Да. И ты тоже? —

Она кивнула, и мы пошли. По дороге мы говорили о ее работе в больнице и о моих планах на дом. Наши прощания в коридоре были не такими неловкими, как раньше, но все еще нерешительными и незнакомыми.

В следующий понедельник я даже не притворялся, что делаю что-то еще, пока ждал ее. Когда она увидела меня, ее глаза загорелись, и мы пошли в ногу. Наш разговор был немного легче, менее натянутым и искусственным. Мы говорили о ее профессоре химии и футболе. Добравшись до прохода, мы немного помедлили, а затем попрощались, пообещав увидеться через два дня.

Я не сказал Кендалл о том, что провожу время с Джиной, так как знал, что это только вызовет проблемы. Джина и я были друзьями слишком долго, чтобы просто выбросить все это прочь в мгновение ока.

Я понимал, почему мы не можем быть друзьями, но, думаю, я не хотел отказываться от ее дружбы. В каком-то смысле я жаждал этого. Я определенно все еще любил ее, но она мне тоже нравилась. Я знал, что она все еще любит меня, но к концу наших отношений я был не очень внимательным, и я хотел наверстать упущенное.

Сначала я беспокоился о том, чтобы сделать это по неправильным, эгоистичным причинам. Но потом я понял, что искренне хочу, чтобы Джина была счастлива. И знание того, что я не был озлоблен или обижен, помогло мне в этом. Поэтому я подавил свою тоску и душевную боль и дал ей то, что она хотела: «дружбу» без всяких условий и скрытых мотивов.

Но видеть ее днем было тяжким бременем на моей совести. И это заставило меня думать о Фелиции. Мне не нравилось скрывать что-то от Кендалл, но я также не хотел видеть ее разочарование или, что еще хуже, ее гнев.

Чтобы усложнить ситуацию, я мог бы привести хороший аргумент для обеих сторон: говорить ей или не говорить ей. Думая о каждом из них, я усмехнулся – мир не был таким черно-белым, как я когда-то думал. Я видел оттенки серого вокруг себя, от моих собственных действий с Джиной и Фелицией, до таких людей, как Ти-Джей и Риган.

— Что тут смешного? — Спросила Кристи, опускаясь на колени перед холодильником.

Я начал было врать, но потом решил не делать этого. Вместо этого я решил повзрослеть, прежде чем все испортить, и попросить у нее совета. — Ты бы расстроилась, если бы узнала, что твой парень разговаривает со своей бывшей? —