Чтение онлайн

Она поставила пакет с морковью и посмотрела на меня.

На мгновение я был ошеломлен пронзительностью ее глаз. Так непохожа и похожа на Джину одновременно… Подумал я.

— Я думаю, что у парня, о котором идет речь, должно быть хорошее объяснение. — сказала она. — Если я когда-нибудь об этом узнаю. —

— А? —

Она встала и разгладила руками Бермуды, собираясь с мыслями. Это был знакомый жест, и я улыбнулся. Наконец она посмотрела на меня «изучающе». — Ты хочешь продолжить говорить об этом абстрактно. — спросила она, — или ты хочешь рассказать мне о себе и Джине? —

Я виновато покраснел.

Она просто склонила голову набок, а ее светлые волосы упали ей на лицо, когда она спокойно посмотрела на меня.

Поэтому я рассказал ей о встрече с Джиной в коридоре и о наших последующих встречах.

— Так вы все же еще друзья? — спросила она, когда я закончил.

— Да. — сказал я с облегчением в голосе. — Я знаю, что не один совершал ошибки, но я так много сделал не так... — Я замолчал и пожал плечами. — В любом случае, я не знаю, почему так важно, что мы все еще друзья, но я думаю, что это так. Ко мне и к ней. —

Кристи понимающе кивнула.

— Но дело в том. — продолжал я, — что я не хочу говорить об этом Кендалл. Она просто расстроится, и я не хочу ее беспокоить. Я имею в виду, я знаю, что никогда больше не буду вместе с Джиной. Джина тоже это знает. Но это не значит, что мы не можем быть друзьями. Мы были друзьями до того, как стали друзьями, так почему мы не можем быть друзьями после? —

— Действительно, почему? — Серьезно спросила Кристи.

— Но я чувствую себя виноватым, что не сказал об этом Кендалл. Я не люблю что-либо скрывать от нее (я подумал о Фелиции и почувствовал укол вины), но я не хочу причинять ей больше боли или обижать ее чувства. —

— Ты готов жить с чувством вины? — Многозначительно спросила Кристи.

Я на мгновение задумался.

— Исповедь полезна для души, но вредна для отношений. — сказала она в тишине.

Я вопросительно посмотрел на нее.

— Как ты думаешь, почему католики исповедуются? — спросила она. — Но со священником, а не с супругом. Это то, что мне нравится в церкви. Я могу исповедовать свои грехи Богу и получить прощение, не разрушая своих отношений. —

Я кивнул.

— Например, ты думаешь, я не чувствую себя виноватой из-за того, что провожу с тобой так много времени, когда должна писать Саймону? —

Я ошеломленно посмотрел на нее.

— Я знаю. — Она колебалась, нервно разглаживая шорты. — Мы с тобой больше чем друзья, — тихо сказала она, — и я провожу много времени наедине с тобой. Как будто... — она взволнованно покачала головой.

Я молча признал, что не думал об этом, и упрекнул себя за эгоизм.

— О, не волнуйся. — сказала она, заметив перемену в моем настроении, — я должна с этим разобраться. Это не грех иметь друга-парня, но я чувствую вину за то, что провожу с тобой так много времени. Но я никогда не расскажу об этом Саймону, потому что это только расстроит его. Он на самом деле не ревнивый человек, но зачем создавать неприятности на ровном месте? —

— Да… — серьезно сказал я.

— Ты в такой же ситуации с Джиной и Кендалл. Так зачем придумывать проблемы? —

— Но что если Кендалл узнает? — Спросил я, думая не только о Джине.

— Это риск, на который тебе придется пойти, если ты собираешься продолжать встречаться с Джиной. Но если Кендалл узнает об этом, тебе придется либо смириться с последствиями этого для твоих отношений, либо вообще перестать встречаться с Джиной. —

Я серьезно кивнул.

— Ни то, ни другое не является хорошей альтернативой, не так ли? — сказала она.

— Нет, не совсем. —

— Тогда, если ты знаешь, что Джина не угрожает твоим отношениям с Кендалл, тебе придется жить с чувством вины. —

— «Исповедь полезна для души, но вредна для отношений», — процитировал я, и она улыбнулась. — Так кому же мне признаться? — Спросил я. — Священнику? —

— Вот еще одна вещь, которая мне не нравится в католической церкви. — сказала она, ее глаза искрились веселым упреком. — Священник поклялся защищать святость исповеди, но я знала некоторых священников, которым не доверила бы свой размер лифчика, не говоря уже о моих сокровенных тайнах. Так почему бы просто не довериться кому-то? —

— Кому-то вроде тебя. — сказал я.

— Если ты мне доверяешь. — сухо ответила она.

— «Доверие – это не полумеры». — сказал я, цитируя ее во второй раз. — И я доверяю тебе. —

Она покраснела. И тихо добавила: — Спасибо. —

— Я также доверяю Рэн. — добавил я.

Кристи резко подняла голову. Когда она увидела мое понимающее выражение на лице, ее щеки порозовели, несмотря на золотистый загар. Она начала заикаться, но я успокаивающе поднял руку.

— Скажем так, у нас троих интересные отношения. — сказал я. — Если я расскажу что-нибудь одной из вас, другая скоро об этом узнает. — Я философски пожал плечами. — Но это ничего. У меня есть опыт общения с девушками, которые так же близки, как и ты. —

— Я предполагаю, ты… — начала Кристи.

— И кроме того, я не слепой. —

— Рэн сказала тебе? — спросила она.

— Я вроде как сам догадался, но да, мы говорили об этом. —

— Когда ты привез ее домой на весенние каникулы. — сказала она, скорее утверждая, чем задавая вопрос.

Я кивнул.

— Она не рассказала мне эту часть твоего диванного приключения. — сказала Кристи, печально улыбаясь.

— Ты не против, что я это знаю? —

Она покачала головой. — Думаю, я знала, что ты знаешь. — сказала она. — По крайней мере, в глубине души. Но я не признавалась в этом самой себе. Но ты прав, ты не слепой, и после твоих отношений с Кендалл и Джиной... — Она замолчала, а смысл ее слов был ясен. Потом она задумчиво улыбнулась. — А теперь ты обнаружил еще одну вещь, которая мне не нравится в Католической Церкви. —

Я подавил мысленный образ ее и Рэн, лежащих вместе, обнаженных, растрепанных и полностью удовлетворенных.

— Откуда ты так много узнал обо мне? — Спросила Кристи, не ожидая ответа. — Так много глубоких, темных тайн... —

— Я не думаю, что они темные. — сказал я, овладевая своим коварным воображением. —Глубокие… Может быть, но это потому, что большинство людей не понимают их. —

— А ты понимаешь? —

— Я не понимаю насчет Лоуренса. — откровенно сказал я, внутренне поморщившись, когда я увидел боль в ее глазах. — Я никогда не терял того, кого любил. Но я понимаю, как Трип справляется с этим, и я могу учиться у него. И когда дело доходит до других вещей... —

— Ты имеешь в виду, когда мы с Рэн занимаемся сексом. — сказала она, полностью снимая завесу двусмысленности.

Я кивнул, посмеиваясь. — И когда дело доходит до этого, я все понимаю. Может, я и испортил свои отношения с Джиной. — сказал я, — Но это не значит, что я ничего не понимаю в том, как развлекаются девушки. А вот применять эти знания – совсем другое дело. — Добавил я с самоуничижительным смешком, — не говоря уже о том, чтобы прислушиваться к собственным советам. Но... — Я беспомощно пожал плечами.