Чтение онлайн

Сеня и бровью не повел. Вообще Мартов излучал спокойное и сильное дружелюбие. Он располагал к себе и сразу понравился Сене.

– Расскажешь о своих достижениях? – спросил он, когда они уселись друг напротив друга.

– Ну… – начал Сеня. – Я окончил кафедру лингвистики в «МИСиСе». Но это было давно, работал в рекламе, еще где-то… В общем, я гуманитарий…

– Я тоже, – сказал Андрей. – Это не позорно.

– Ну… Я так понимаю, у вас айти-компания… Я только с декабря занимаюсь в «Черити». Вы видели мой шоурил…

– Да, меня впечатлило.

– Правда?

– Конечно, ты сам знаешь. «Черити» – платформа очень спорная. Очень мало толковых специалистов, тем более что появилась она совсем недавно.

Мартов, естественно, продолжал косить. Сеня из-за своего «стекла» глянул на Квантина, тот тоже изобразил на своем смазливом лице косоглазие. Это было низко, и вполне в его стиле. Сеня попросил его больше так не делать… Квантин пожал плечами.

– Ты ведь показал нам не все? У тебя есть гораздо больше?

– Как вы догадались?

– Все, кто ваяет в «Черити», делают «гораздо больше», – и он показал пальцами кавычки. – У всех синдром божества, только не обижайся. Но прошло меньше полугода. За это время ты не смог бы сделать и трети Москвы, не говоря уже о целом глобальном мире. Так ведь?

– Я делаю не совсем Москву. Я делаю «другую Москву».

– Да, я понимаю, точная копия у тебя бы и не получилось. Ты же не в «Гугле» работаешь. И все равно. Твой мир уже может немало стоить.

– Вы хотите купить?

– Почти. Я предлагаю тебе объединить свои усилия с нашими.

– Как именно?

– Я начну чуть издалека, – сказал Мартов. – Ты же знаешь, кто такой Даг Рудов?

– Конечно.

– Так вот, он был моим партнером. Мы работали вместе. Этот Полигон мы запустили в пятнадцатом году. В разгар ипотечного кризиса, так сказать.

– То есть Рудов действительно из России?

– Конечно, мы с ним были, ну… Как Джобс и Возняк.

– Бла, бла, бла, – заявил со своего стула Квантин. – Такая пошлая метафора, что просто пф-ф-ф…

– Джобсом, насколько ты понимаешь, был я. А он все придумал.

– Странно, – сказал Сеня. – Сейчас он демонстрирует в интернете как раз вполне Джобсовское поведение.

– Да мы вместе читали эту книгу, авторизованную биографию…

– Кажется, Уолтера Айзексона, – Сеня попытался поддержать разговор.

– Ты тоже читал?..

– Да, но, знаете… быстро надоело. Гигантское повествование, каждый мелкий шаг Джобса, к тому же я не пользуюсь техникой Apple. У меня был только iPod, и я считаю его вершиной творения компании. Помните, был еще фильм с Эштоном Кутчером? Так вот, там история тоже закончилось на «айподе». Короче, я предпочитаю «Андроид»…

Мартов демонстративно, но без пафоса выложил на стол свой «айфон», видимо, десятый.

– Я не хочу входить в секту, – улыбнулся Сеня беззлобно.

– Понимаю тебя, – ответил Андрей. – Это лишь вопрос символического производства. Я обязан носить «айфон», потому что я владелец компании.

– Вы здесь главный бенефициар?

– Да, тебя это смущает?

– Нисколько. А вы есть в списке «Фобоса»?

– Нет, слава Богу, они до меня не докопались, а то болтался бы где-нибудь в жопе. Только не «вы», а «ты», ОК?

– Ах, да, извини.

– Кофе хочешь?

– Да, капучино.

– Тогда пошли на кухню.

Они прошли по коридору и оказались в милом кухонном помещении. Здесь хлебал «дошик» из пенопластовой емкости гигантский мужик с волосатой спиной и лысым затылком в майке Megadeth. Он неразборчиво поприветствовал Мартова, тот улыбнулся.

– Это – Антон, это – Семен, – проговорил начальник.

Сеня сделал неопределенный жест рукой. Квантин, который не отстал, нагнулся к самому носу Антона и заглянул ему в рот. Покрутил пальцем у виска. Видимо, на лице Сени отразилась ухмылка.

– Люди меняются, привычки остаются. Тоха – здесь главный кодер.

Тоха лишь что-то пробурчал.

– Сахар? – спросил Андрей.

– Да, один.

Мартов колдовал у кофе-машины. Приличной кофе-машины, как в хорошей кафешке, а не дешевого капсульного ширпотреба.

– Денег у нас много. Не обидим, – сказал Андрей. – Зарплата, так скажем – почти любая, ну в разумных пределах. Устроит?

– Более чем. А делать-то что надо?

– Творить, – улыбнулся Андрей. – Творить в программе, похожей не «Черити».

– Это как? Я думал, я нужен вам для платформы Рудова.

– Платформа Рудова, и платформа «Полигона» – вышли из одной идеи и из головы одного кодера. Но в какой-то момент Вова решил, что ему не нужен Джобс, и он сам будет отвечать за визионерство и коммуникации. Так он покинул меня. К тому же он думал, что в России он ничего не добьется, что его тут сожрут. Вон ведь, Павел Дуров тоже сбежал из России.

– Но у Дурова есть брат.

– Да, а у меня нету. И у Вовы нет брата. Поэтому мы разделили программу поровну. Тот код, который был готов на момент его эмиграции в 17-м, достался и мне, и ему, ведь то, что он писал, я придумывал наравне с ним как идею. Юридически все чисто. Далее он выпустил «Черити» из Силиконовой долины. А у меня остался «Полигон».

Он поставил кофе на кухонный стол. Сеня вспомнил, что хочет курить. Но не решился попросить выкурить электронную сигарету в чужом помещении.

– Вы привлекли инвестиции? – спросил он.

– Частично, у меня было несколько бизнесов, со временем я их продал и вложился сюда. Теперь это – мое детище. Так что скажешь? Тебе интересно?

– Да, очень интересно.

Квантин тем временем бродил вокруг толстяка и постукивал пальцами по обеденному столу.

– Не нравится мне все это, – говорил он Сене. – Мутная контора. Могут кинуть…

– Без тебя знаю, заткнись, – огрызнулся Сеня, а Андрею сказал: – У меня будет какое-то тестовое?

– Не… – махнул рукой Мартов. – Все тесты ты уже прошел. Можешь заступить, а можешь подумать недельку для политеса.

– Давайте подумаю.

– Как хочешь. Я тогда дам тебе кое-что в виде промо-подарка, пошли.

Сеня быстро влил в себя остатки кофе.

Они оказались в комнате, которая, по-видимому, была кабинетом Мартова. Интерьер аскетичный и в то же время стильный. Длиннющий стол из темного дерева, деревом же обшиты стены. На стене – часы с логотипом «Бэнтли», а у другой стены – чучело животного: полосатого, с длинным хвостом, похожего на небольшую худую собаку…