Лето. Бывший. Новый год
Шрифт:
— Ну вот, — Матвей расстроенно надул губы. — Мне уже не терпится показать Кириллу мой планшет!
— Понимаю, солнышко. Ещё покажешь. А пока тебе пора умываться и ложиться спать.
— Ну ма-ам! — протянул сын. — Я же не Мирослава! Мне можно лечь и попозже!
В гостиную вошёл Гордей.
— Уснула? — спросила я.
— После второй сказки. Потребовала ещё одну про принцессу, но отключилась почти в самом начале.
Он подошёл к Матвею и взъерошил ему волосы:
— А тебе, кажется, уже тоже пора в кровать.
— Пап, и ты туда же! — возмутился сын. — Я уже большой! Мне пять лет! И вообще, я хочу встретить Новый год вместе с вами!
Гордей посмотрел на меня с вопросом. Я пожала плечами:
— Может, разрешим в этом году?
— Ну пожалуйста! — подпрыгнул Матвей.
— Хорошо, — согласился Гордей. — Но сначала умыться и надеть пижаму.
— Идёт! — сын рванул в ванную.
Мы продолжили накрывать стол, и ближе к двенадцати разместились за ним на диване. Матвей устроился между нами с Гордеем, в пижаме с динозаврами и с бокалом сока в руках. Мякиш и Соня дремали на другом конце дивана, свернувшись клубочком.
Когда часы начали отсчитывать последние секунды уходящего года, я закрыла глаза, но не торопилась загадывать желание.
Потому что у меня уже было всё, что нужно для счастья.
Шесть лет назад я загадала желание, устроив безумный Новый год летом. И получила гораздо больше, чем просила. Настоящую шумную семью, с любящим мужем, двумя замечательными детьми и двумя усатыми друзьями, которые из заклятых врагов превратились в неразлучную пару.
Я открыла глаза и встретилась взглядом с Гордеем. Он смотрел на меня так, будто я всё ещё была той девчонкой из университета, в которую он влюбился когда-то навсегда.
Губы сами растянулись в улыбке. Муж улыбнулся в ответ и, обняв, притянул нас с Матвеем к себе.
За окном взорвались первые фейерверки, окрашивая небо в золотые и алые всполохи.
— Ура! Смотрите, смотрите! — подпрыгнув между нами, сын ткнул пальцем в окно, которое словно превратилось в огромный экран праздничного шоу, где один за другим взрывались гигантские цветные вспышки, от которых невозможно было оторвать взгляд. Даже прожив здесь шесть лет, я всё ещё замирала от восторга каждый Новый год.
— С Новым годом! — поздравил нас Гордей, целуя сначала Матвея в лоб, потом меня — в уголок губ, задерживаясь чуть дольше.
— С Новым годом, — улыбаясь, сказала я.
Из коридора послышался топот маленьких ножек, и в гостиную вошла сонная Мирослава, сжимая в руках плюшевого зайку.
— Мама, гломко! — пожаловалась она, протирая глаза кулачком.
— Иди сюда, солнышко, — я протянула руки, и дочка потопала к дивану.
Гордей подхватил её и посадил между нами. Мирослава прижалась ко мне, зевая, а Матвей обнял сестрёнку за плечи.
«Спасибо», — мысленно прошептала я, не зная точно, кому. Лиле с её безумным ритуалом? Мякишу, который в ту ночь привёл меня к Гордею? Или самой судьбе за то, что дала нам с ним второй шанс?
Не важно.
Главное, что я здесь. С родными любимыми людьми. И больше мне ничего не нужно.