Летопись моей музыкальной жизни
Шрифт:
По возвращении в Петербург я застал жену мою больною опасным воспалением горла. Вскоре заболел и сын Андрей. Весна прошла в беспокойстве и страхе [376] . На ле-то переехали мы снова в Нежговицы. Мать моя (87 лет) чувствовала себя крайне слабою, тем не менее, пожелала жить с нами, и я перевез ее на дачу.
Перед летом мне удалось, между прочим, наоркестровать финал бородинской «Млады» для издания, а ле-то все я занят был оркестровкой своей «Млады», которую имел в виду окончить осенью [377] . Работа подвигалась.
376
13. О настроениях Н.А.Римского-Корсакова в этот период можно судить по его письму к С.Н.Кругликову от 9-10 мая 1890 г.: «В квартире все перевернуто, дети разбросаны по разным домам; надо собрать и приготовить все, чтобы поскорее, на днях же отправить их на дачу по добру по здорову…» И далее: «Нынешний год у меня крайне несчастный: я не выхожу из опасностей, сильных ощущений и передряг, и все это обрушилось на мою несчастную „Младу“, которая, вероятно будет моим последним сочинением…» (Архив Н.А.РимскогоКорсакова в РНБ. Письмо частично опубликовано —см.: А.Н.Римский-Корсаков. Жизнь и творчество Н.А.РимскогоКорсакова. Вып. С. 81 и 82).
377
14. Из письма Н.А.Римского-Корсакова к С.Н.Кругликову от 3/X 1890 г.: «Оркестровую партитуру „Млады“ я кончил совершенно на днях. Четвертое действие завтра или послезавтра пойдет в Лейпциг к Редеру. Три действия поочередно посылались туда по мере изготовления, а третье действие уже вернулось назад в виде корректуры» (Архив Н.А.РимскогоКорсакова в РНБ).
Редер —известная нотопечатня в Лейпциге, основанная Карлом Редером в 1846 г., обслуживавшая издательство М.П.Беляева.
В августе пришлось перевезти мою мать в Петербург, чтобы иметь возможность пользоваться медицинской помощью. Тем не менее, она быстро угасала и вскоре тихо скончалась [378] . Похоронив ее на Смоленском кладбище, мы провели последние дни в Нежговицах и переехали в Петербург. Невзгоды в семействе продолжались: в декабре заболел и скончался маленький Славчик, а потом захворала и Маша [379] .
20 декабря 1890 года [380] истекало 25-летие моей композиторской деятельности (со времени исполнения 1-й симфонии). Товарищи мои постановили праздновать мой юбилей: Беляев соорудил концерт из моих сочинений в зале Дворянского собрания под управлением Дютша и Глазунова [381] . Исполнялись:
378
15. С.В.Римская-Корсакова скончалась 30 августа 1890 г., не дожив двух недель до 88 лет.
379
16. Сын Римского-Корсакова Святослав скончался 7 декабря 1890 г. На полях рукописи у последних двух абзацев стоят пометки: 1) «Ле-то 1890 г.» и 2) «1890-91 г.»
380
17. В рукописи описка: следовало —«19 декабря 1890 г.»
381
18. Экстренный «Концерт в честь 25-летия музыкальной деятельности Николая Андреевича Римского-Корсакова» состоялся 22/X1890 г.
1-я симфония, «Антар»[* Между прочим, А.Г.Рубинштейн, слушая «Антара», выразился: «Это балетная музыка!»], фортепианный концерт (Лавров), «Воскресная увертюра» и т. д., а также романс «Ель и пальма» (Фриде), незадолго перед тем оркестрованный мною и изданный сюрпризом для меня в партитуре [382] . Публики было довольно много; были многочисленные вызовы, подношения, речи, венки и проч. Ко мне на дом являлись с поздравлениями и адресами. Меня приветствовала консерватория с Рубинштейном во главе, Балакирев с капеллой и т. д. В ответ на эти чествования для более близких людей мы устроили у себя обед. Гостей было много, и обед прошел оживленно и непринужденно. Не принял приглашения только Балакирев, с которым, как раз после чествования в капелле, у меня произошла по какому-то пустяшному поводу размолвка. Когда я пришел звать М.А. к себе, он жестко и холодно ответил: «Нет, к вам я обедать не пойду». Отношения наши с тех пор начали все более и более ухудшаться и привели впоследствии к полному разрыву [383] .
382
19. На автографе партитуры стоит дата: «25 октября 1883 г.»
383
20. Подробнее об отношениях между Римским-Корсаковым и Балакиревым в этот период см.: А.Н.Римский-Корсаков: Н.АРимский-Корсаков. Жизнь и творчество. Вып., гл. — С. 54–56.
Зимой или весной 1890 года [384] Чайковский приезжал в Петербург довольно надолго, и с этого времени началось его сближение с беляевским кружком и, главным образом, с Глазуновым, Лядовым и мной. В последующие годы наезды Чайковского становятся довольно частыми. Сидение в ресторанах до 3–4 часов с Лядовым, Глазуновым и другими обыкновенно заканчивает проведенное вместе время. Чайковский мог много пить вина, сохраняя при этом полную крепость силы и ума; не многие могли за ним угоняться в этом отношении. Глазунов, напротив, был слаб, быстро хмелел, становился неинтересен. В обществе их все чаще и чаще начал появляться и Ларош. Я избегал Лароша по возможности и, в общем, крайне редко проводил время в ресторанах, обыкновенно ранее других уходя домой. Начиная с этого времени, замечается в беляевеком кружке значительное охлаждение и даже немного враждебное отношение к памяти «могучей кучки» балакиревского периода. Обожание Чайковского и склонность к эклектизму, напротив, все более растут. Нельзя не отметить также проявившуюся с этих пор в кружке наклонность к итальянско-французской музыке времени париков и фижм, занесенную Чайковским в его «Пиковой даме» и позже в «Иоланте». К этому времени в беляевском кружке накопляется уже довольно много новых элементов и молодых сил. Новое время —новые птицы, новые птицы —новые песни.
384
21. П.И.Чайковский пробыл в Петербурге с 10/Xпо 10/X1890 г. в связи с первой постановкой «Пиковой дамы» на сцене Мариинского театра. См.: «Дни и годы П.И.Чайковского. Летопись жизни и творчества». С. 507–510.
Во время приезда своего в 1890 году Чайковский был у меня однажды вечером; Беляев, Глазунов и еще некоторые были тоже. Появился незваный Ларош и просидел весь вечер. Но Надежда Николаевна настолько сухо обошлась с ним, что посещений своих он более не возобновлял.
23 октября 1890 года наконец поставлен был «Князь Игорь», разученный недурно К.А.Кучерою, так как Направник отказался от чести дирижировать оперой Бородина. Оркестровкою и добавлениями своими мы с Глазуновым остались довольны. Сделанные дирекцией со временем сокращения в действии оперы значительно ее испортили. Бесцеремонность Мариинского театра дошла впоследствии до того, что стали и совсем пропускать действие. В общем, опера имела успех и привлекала к себе горячих поклонников, особенно между молодежью.
В одном из шести Русских симфонических концертов 3-е действие моей «Млады» вновь было исполнено [385] . Изданная Беляевым «Млада» была мною представлена директору театров Всеволожскому. Он тотчас же согласился на ее постановку, заинтересовавшись декоративной стороной, и беспрекословно обещал выполнить все мои условия: не делать купюр, приобрести все необходимые музыкальные инструменты и вообще следовать в точности моим авторским указаниям.
Весною 1891 года я принялся за «Псковитянку» [386] . Первая юношеская редакция ее меня не удовлетворяла, вторая —еще того менее. Я решился переработать оперу мою, в общем не отступая от первой ее редакции, не увеличивая ее в размерах, но заменив коечто, совсем не удовлетворявшее меня, заимствованиями соответствующих мест из второй редакции. Из таких заимствований на первом месте стояла сцена Ольги с Власьевной перед въездом царя Ивана. Четвертка Терпигорев второй редакции долженствовал исчезнуть, Никола Салос —тоже, а равно и калики перехожие. Грозу и царскую охоту я намеревался сохранить, но лишь в качестве сценической картины перед G-dur'ным хором девушек. Разговор царя со Стешей во время угощенья должен был войти в мою обработку, последний же хор я оставлял первоначальный, имея в виду лишь несколько большее его развитие. Вся оркестровка второй редакции с натуральными медными не годилась, и опера должна была быть оркестрована на новых основаниях, местами с глинкинским составом, местами —с вагнеровским.
385
22. См. прим. 9 к этой главе.
386
23. Партитура первой картины первого действия «Псковитянки» в новой редакции датирована 22 апреля 1891 г., интермеццо между первой и второй картиной —17 апреля того же года.
То тот, то другой оперный сюжет в течение всей моей композиторской деятельности привлекал время от времени мое внимание, не вызывая, однако, своего осуществления в действительности. Таким образом, сюжеты «Царской невесты», «Сервилии» и «Садко» не раз проносились передо мною и соблазняли приняться за них. Перед летом 1891 года занимал меня сюжет «Зорюшки» (Ночь на распутье), но ненадолго; тем не менее, кое-какие музыкальные мысли, пригодившиеся мне впоследствии, начинали возникать по поводу этого сюжета.
Ле-то 1891 года [387] мы провели за границей, чего потребовала болезнь Маши. Мы провели его в Швейцарии: на Зонненберге близ Люцерна, в Энгельберге, Лугано и снова на Зонненберге [388] . Все ле-то я не работал вовсе, если не считать пробу оркестровки некоторых романсов, впрочем, не удавшуюся. Поездка за границу не принесла пользы нашей девочке…
В течение сезона 1891/92 года [389] постановка «Млады» не состоялась. Хоры разучивались, но с прочим водили за нос. К тому же заболел Направник. Чтобы не задерживать дело, я предложил ему лично сделать корректурные репетиции с оркестром, и, с его согласия, таковых состоялось две. Декорами уверяли, что между сценами Чернобога и Клеопатры нельзя сделать чистой перемены декорации, как значилось по партитуре. Я, чувствуя утомление и неспособность более работать по сочинению «Млады», просил Глазунова сочинить интермеццо на мои темы, чтобы не прерывать музыки во время перемены декорации. Глазунов согласился и сочинил искусно интермеццо, ловко подделавшись под мою манеру [390] .
387
24. Здесь на полях рукописи сделана пометка: «Ле-то 1891 г.»
388
25. Римский-Корсаков допустил неточность. Вторично на Зонненберге он не жил; там оставалась только семья его, сам же он, возвращаясь из Лугано, расстался с семьей в Люцерне 3/15 августа 1891 г., так как кончался отпуск. Н.А.РимскийКорсаков вернулся в Петербург один 6/V, чтобы заменять по капелле М.А.Балакирева, и должен был неоднократно ездить в «Петергофскую тюрьму» или «казарму», по его выражению, где летом обычно находилась капелла. К этому времени желание уйти из капеллы у Николая Андреевича значительно усиливается.
389
26. Здесь на полях рукописи проставлено: «1891-92 г.»
390
27. Автограф сочиненного А.К.Глазуновым «Интермеццо» между сценами Чернобога и Клеопатры в третьем действии «Млады» хранится у Н.Н.Штейнберг.
Впоследствии это интермеццо, однако, не пригодилось, так как декорацию нашли возможным переменить моментально, и мое первоначальное намеренье было сохранено. Направник выздоровел, но постановка «Млады» была отложена до следующего года. Вместо того в Великом посту в концерте дирекции импер. театров было исполнено третье действие целиком под управлением Направника и особого успеха не имело [391] . Тут же шел и направниковский «Дон Жуан» —скучное, неинтересное и длинное сочинение.
391
28. В концертах дирекции Мариинского театра третье действие «Млады» было исполнено трижды: 2, 4 и 5 марта 1892 г.
Русские симфонические концерты шли своим порядком [392] . Я занимался «Псковитянкой» [393] и, сверх того, наоркестровал вновь всю вторую картину «Бориса Годунова» (Венчание на царство), что и послужило краеугольным камнем для дальнейшей моей обработки произведений Мусоргского, предпринятой мною впоследствии. В конце сезона я выполнил еще одну работу: я переделал оркестровку своего «Садко»
(музыкальной картины). Этою переделкой я закончил все расчеты с моим прошлым. Таким образом ни одно из моих больших сочинений периода до «Майской ночи» не оставалось непеределанным [394] .
392
29. Русские симфонические концерты состоялись 30/X1891 г. и 25/1 1892 г.
393
30. Из письма Н.А.Римского-Корсакова к С.Н.Кругликову от 22/V 1892 г.: «О себе скажу, что я довольно много поработал над „Псковитянкой“, коей партитуру почти что кончил: остались увертюра, последний хор и разные мелочи». На автографе партитуры второй картины первого действия стоит дата: «11 апреля 1892 г.»; второй картины второго действия —«26 декабря 1891 г.»; первой картины третьего —«26 декабря по 26 января 1892 г.»; второй картины того же действия до заключительного хора —«7 апреля 1892 г.»; заключительный хор имеет дату: «2 апреля 1894 г.»
394
31. В письме к С.Н.Кругликову от 22/V 1892 г. (после строк, цитированных выше, в прим. 30) Римский-Корсаков писал: «…затем я сделаю клавираусцуг [„Псковитянки“], и тогда пошлю оный при письме в петербургскую и московскую дирекции, и тогда пусть ставят, если хотят. Наоркестровал и почистил две 2-е картины „Бориса Годунова“, принялся за переоркестровку „Каменного гостя“. Все это намерен выполнить в сравнительно недалеком будущем. Сверх того, я переоркестровал „Садко“ и послал для печати Юргенсону. Словом, нового (!!!!) ужасно много сделал и сделаю» (Архив Н.А.Римского-Корсакова в РНБ).
Мое знакомство с В.В.Ястребцевым, великим почитателем моим, относится приблизительно к этому времени. Познакомившись со мною в концерте, он мало-помалу стал все чаще и чаще бывать у меня, записывая, как оказалось впоследствии, беседы со мною, высказываемые мною мысли и т. п. в форме воспоминаний [395] . Имея в библиотеке своей все мои сочинения в партитурах и собирая мои автографы, он знал на память чуть не каждую их нотку, во всяком случае каждую интересную гармонию. Время начала и окончания каждого из моих сочинений было у него тщательно записано. В обществе своих знакомых, постоянных и мимолетных, он являлся ярым пропагандистом моих сочинений и защитником моим от всякого рода критических нападений. В первые годы нашего сближения он был также ярым берлиозистом. Впоследствии это пристрастие значительно в нем ослабело и уступило место почитанию Вагнера [396] .
395
32. См.: В.В.Ястребцев. Мои воспоминания о Николае Андреевиче Римском-Корсакове. СПб., 1917. Вып. 1 и 2. Эти выпуски охватывают период с 15/11 1886 г. по 27/Ш 1895 г. Рукопись «Воспоминаний» В.В.Ястребцева, включая и неизданную их часть (доведенную до дня смерти композитора), хранится в НИТИМ (архив Н.А. и А.Н.Римских-Корсаковых).
396
33. Здесь в рукописи проставлена дата написания: «Флоренция, 8 августа [1906 г.]».