Чтение онлайн

— Вот, дорогая Ирина Александровна, все те же лица, в тех же позах, — сказал Архаров, присаживаясь на край ее рабочего стола.

— Попрошу вас, — сказала заведующая ярилы и жестом показала пересесть на стул.

Мужчина неохотно встал, но на стул не сел.

Мешает ему в одном месте что ли что-то? — подумала Мирослава, опустив голову, и истерично хихикнула. Явно сдавали нервы.

— Причина драки та же? — спросила Поднебесная, заправляя темную гладкую прядь за ухо. Она стучала пером по столу, явно раздраженная.

— Ага, — выглядя очень довольным, ответил Георгий Владленович.

Повисла тишина, от чего звук тикающей стрелки больших напольных часов стал бить Мирославе по голове, словно удары колокола. Ирина Александровна принялась что-то спокойно писать и ничего не говорила. Девочки неохотно переглянулись, когда молчание затянулось. Архаров стал нервно оглядываться, ожидая вердикта. Наконец, когда спустя пять долгих минут заведующая все-таки оторвалась от писанины, то заговорила:

— Идите в медзнахарские палаты, шрамы девочкам не к лицу.

Георгия Владленовича будто ударило током, так резко он подскочил на месте.

— А наказание?! Если честно, эти драки за последние полтора месяца меня уже доводят до белого каления!

Ирина Александровна внимательно посмотрела на коллегу и поджала губы.

— Тогда сходите и вы к медзнахарям, пускай вам выпишут умиротворяющий отвар. Вы и правда какой-то нервный в последнее время.

Мужчина подавился воздухом от возмущения, открывая беззвучно рот.

— А вы, дамы, — спокойным тоном продолжила молодая женщина, — берите своего кавалера и с этого дня на протяжении двух недель снова моете посуду по уже знакомой вам схеме. А замечу следы магии феи, будете мыть посуду и после завтрака, и после обеда до самого Карачуна. (Примечание — Карачун — это языческий новый год, день зимнего солнцестояния, ориентировочно выпадает на 22 декабря). Ясно?

Девочки кивнули.

— Тогда свободны.

Школьницы вышли, а мужчина оперся о стол ладонями, чуть нависая над коллегой.

— Да они после такого наказания чхать будут хотеть на какие-то правила!

Ирина Александровна откинулась на спинку стула и тяжело вздохнула. Видимо, усталость брала свое.

— Пока они вопрос не решат самостоятельно, так и будут эти драки продолжаться! Или что прикажете с ними сделать? В подвалах за руки их железными цепями приковать и истязать? Пускай сами со своим Яромиром разбираются, надоели.

— Ядрена кочерыжка, так давайте, может, вообще все наказания им отменим? На каждой перемене кулачные бои среди малолеток устраивать будем, ставки делать, а выживших женить, раз они так этого хотят! — злился мужчина, совершенно не понимая логику.

— Поверьте, само пройдет, перебесятся. Возраст у них влюбчивый настал, — спокойно говорила заведующая. — Да и не желаю я, чтобы в конце концов сюда Полоцкий-старший явился. Владимир и так всю школу на уши поставил с этим расследованием, а Борислав Мстиславович от нее и ровных стен не оставит, снесет подчистую за сыночка.

— Не случалось лично встречаться с этой семьей, — мотнул головой Георгий, распрямляясь.

— Яромир сам проблему решит, вряд ли и он хочет внезапной встречи с главой семьи.

— А что так? — удивился мужчина и уставился на коллегу.

— Роман Тургенева «Отцы и дети» в квадрате. В общем, Георгий Владленович, у меня бумаг еще целая гора, давайте на том и оставим все, — женщина снова взялась за перьевую ручку и, вчитываясь в текст на одном пергаменте, делала заметки в другом.

— Под вашу ответственность, — сухо сказал мужчина и вышел из кабинета, с шумом закрывая за собой дверь.

А Ирина Александровна подняла голову от бумаг и улыбнулась, о чем-то думая.

— Ох уж эти Полоцкие...

??

Выйдя из кабинета заведующей общиной ярилы, девочки направились в школьные медзнахарские палаты. Стараясь не смотреть друг на друга, чтобы не разжигать новый скандал, они, молча, шли по коридорам, слушая только тяжелый стук каблуков форменных сапог. Тут из-за поворота вышел Никита с книгой по «Превращениям» в обнимку, при этом с хрустом жуя сочное красное яблоко. Заметив, что кто-то на него идет, он чуть сдвинулся в сторону, а только потом оторвал глаза от страниц.

— А ну-ка, стоять, Морозыч! — сказал парень и захлопнул учебник. Он осторожно взял одногруппницу за подбородок и цокнул языком. — Яромиру нельзя болеть, ты без его присмотра сразу вляпываешься в неприятности.

— Отстань... — у нее совсем не было желания оправдываться. Ее раздражало очередное упоминание о влиянии друга на ее жизнь.

— Их надо бы еще и в одну комнату заселить! Мало ли что за ночь может произойти, а так всегда будут рядом! — саркастично высказалась София, светя ему подбитым глазом и расцарапанной щекой.

— Да катала я тебя на санках, Мирская, с твоими намеками! — фыркнула Мирослава, кипя от злости.

— О-о-о, — протянул Вершинин и улыбнулся. — Красота, Морозова, так этой даме и надо! Знаем мы таких. Вам палец в рот не клади.

София тут же на него замахнулась, но парень быстро отскочил, одновременно с этим оттаскивая Мирославу в сторону.

— Фу-фу-фу, какая вредная! Ребята дружат, а тебе все лишь бы опошлить! — погрозил он пальцем. — Морозыч, ты только скажи, я быстро выведу ее из строя, — нарочито громко шептал яриловец, стоя полубоком к девочке.

— Я и сама с этим справляюсь, — буркнула Мирослава, гневно глядя на Софию.

— По твоей разбитой роже незаметно, — парировала София, сложив руки на груди.

— Как писал Сэлинджер: «Если ты должен кому-то дать в морду и тебе этого хочется, надо бить!» — сказал Никита, непонятно кому адресуя эту фразу. Он обнял одной рукой, в которой держал книгу, Мирославу за плечо.

— Какой же ты скучный, Вершинин! — фыркнула София, глядя на парня презрительным взглядом и скривив губы.