Чтение онлайн

Леший снова недовольно скривился, уже искренне.

— Говори же, иначе всю душу вытрясешь из меня, коли своего не получишь!

Не став вслух выражать свои сомнения по поводу наличия души у этого существа, девочка протянула ему конфеты.

— Помнишь Яромира? С которым мы встретили тебя в прошлый раз здесь, осенью?

— Молодого князя-то? Конечнось, помню, — кивнул леший. Забирая сладости и шурша целлофановым пакетом, достал из него первую попавшуюся, в обычной желтой обертке с изображением пасущейся на лугу коровы. Он внимательно рассмотрел рисунок и поднял черные глазки на девчушку. — Они из телушки, че ли?! Не, не буду такие принимать, не гоже мясо подопечных есть...

— Они из молока и карамели, коров никто ради них не убивал, — развеяла сомнения лесовика Мирослава, наблюдая, как у того быстро одни эмоции сменяют другие. Так недоверие затмилось благосклонностью и радостью.

— Да? Не поймешь вас, людей... — он настороженно развернул из обертки прямоугольную конфету, немного откусил, а затем, убедившись, что мяса в составе и, правда, нет, засунул и оставшуюся часть конфеты в рот. — И точно, молочные! — кивнул леший, говоря с набитым ртом.

— Ну так что? — нетерпеливо спросила Мирослава. Она уже совсем замерзла, и стоять на месте казалось самым опрометчивым решением.

— Ась? — не понял леший вопроса. Он завязал пакетик на узел и спрятал его куда-то себе за шиворот.

— Видел ты Яромира сегодня?

— А-а-а, князя... — протянул лесовик и сам поежился, обняв себя за плечи. Мирослава мигом стянула с себя вязанный бабушкой длинный широкий шарф и протянула существу. Он охотно принял вещь и завернулся в него почти весь. Выдохнув большой клуб пара, что в принципе девочке показалось странным, он покачал головой.

— Не’чего сегодня вам в лесу делать, плохая ночь!

— Как? — изумилась Мирослава, обдувая замерзшие пальцы теплым дыханием. — Я не могу уйти, мне найти его надо!

— Не надо! — стоял на своем леший. — Лучше уходи, ведьма, даже твои способности тебя не спасуть!

— От кого?! Яромир в опасности?! Мне нужно ему помочь, понимаешь?!

В лесу протяжно завыл волк. От его воя все словно проснулось, взмыли вверх птицы, покидая теплые нагретые гнезда, а по коже побежали мурашки.

— Видишь?! Давай я тебя выведу, иначе не сдобровати! — он потянулся своей мшистой лапой к яриловке, но она замотала головой. Тут же на ее плечо опустился ворон, переминаясь с лапы на лапу.

— Чудной это лес, Мирослава, в плохом смысле чудной, — прокаркал он, и леший удивленно посмотрел на птицу. — Мое имя Персей, будем знакомы, хозяин леса! — гордо сказал ворон рогатому существу.

— Рад тебе, гавран Персей! Меня звать можно Онисимом! — тут удивилась Мирослава, она вообще понятия не имела, что у леших есть имена. — Уводи ведьму, покудась не случилась беда!

Ворон глянул на девочку и как-то хрипло выдохнул, качая головой.

— Не уйдет. Просим защиты твоей, но молодца должны найти!

Онисим, как, оказалось, зовут лешего, почесал макушку с проплешиной и сам вздрогнул, когда раздался еще один волчий вой.

— Пока не пришлось нежданно гоньзнути, тады скорее идем сами, иначе все туть околеем!

Мирослава выпучила глаза, а Персей по-птичьи вздохнул и шепнул ей на ухо, что «гоньзнути» обозначает спасаться бегством. Леший тем временем развернулся и пошел по заснеженной тропинке, а Мирослава с Персеем на плече побежала следом, утопая валенками в снегу. Когда лес все не заканчивался, а на лбу уже выступила испарина, девочка поняла: что-то здесь не так.

— Мы идем искать Яромира? — уточнила она цель их маленькой прогулки.

— Надо скрыться, здесь опасно, — ответил Онисим, семеня между высоким соснами. — Бо'рзо, бо'рзо!

— Что? — не поняла смысла слов Мирослава, прочищая себе путь от острых голых веток деревьев, норовящих выколоть глаза.

— Быстрее, — пояснил Персей, крепко вцепившийся в толстую ткань тулупа.

— Весь лес уже побудил, не даеть покою всем, — проворчал леший и стал озираться.

Волчий вой раздался где-то совсем недалеко, и слышно его было в несколько раз отчетливее. — Ишь ты, выжлец!!! Пора нам спяти!!!

— Чего?! — снова округлила глаза яриловка, но тут же услышала пояснение Персея, что «выжлец» на старославянском это ищейка, а «спяти» означает сорваться с места.

И они пустились бежать еще быстрее. Увязая по колено в сугробах, Мирослава думала, что ее сердце точно не выдержит, а тело просто рухнет от усталости. Лишь чувство самосохранения и страха за жизнь подгоняло ее вперед. Тут они выбежали на поляну, которая показалась девочке смутно знакомой. И правда, из гущи леса показалась Избушка, которая так же не спала всю сегодняшнюю ночь.

— Где же… Яр… Яромир?! — очень сбивчиво спросила юная ведьма, продолжая путь. — Мы оставим его одного в лесу?! А если он умрет?! Идет охота за детьми из знатных родов! Я должна его отыскать!!! — уже в который раз за эту долгую ночь повторяла Мирослава.

— А его и не надо искать, — тихо сказал Онисим, остановившись и смотря куда-то вглубь Пущи. Теперь они стояли на середине поляны, ярко освещенной полной луной. А там, куда смотрел леший, среди деревьев светились два желто-зеленых глаза. Тут же послышалось совсем не приветливое рычание.

— Ох, ты ж, беги, Мирослава, — закаркал ворон прямо ей в ухо и, не увидев реакции, больно клюнул ту в нос. Будто очнувшись, яриловка побежала к другому краю леса.

— Избушка!!! — закричала она, задыхаясь и двигаясь уже из последних сил. — Избушка!!! Выручай нас!!! Беги сюда!!! Открывай дверь!!!

Та, в свою очередь, услышав подзыв, резко отряхнулась от снега и сделала большой прыжок, помчавшись на зов. Леший, Мирослава и ворон с одной стороны, Избушка на курьих ножках с противоположной, а огромный волк с третьей стремительно приближались друг к другу в единую точку.

Дверь в Избушке со скрипом отворилась и стукнулась о стену, а ворон, крепко схватив когтями девочку за тулуп, взмыл в воздух прям с ней. Леший ему помогал. Конечно, обычно он и сам ездил у кого-нибудь на шее, либо умел перемещаться только в одиночку и без груза, но, проявив не присущее ему благородство, летел и тянул юную ведьму к избе. Громкий волчий рык остался внизу, а трое преследуемых беглецов упали на грязные половицы. Избушка захлопнула дверь и сама зажгла свечной огарок на столе. По стенам забегали тени.