Чтение онлайн

– Как странно, – сказал Томас.

– Когда поживешь здесь какое-то время, – сказал Макфи, – все это кажется более чем осмысленным.

Они отошли от берега и двинулись по песчаной улице с шаткими бамбуковыми домами, крытыми жестью. В конце улицы стояло более крупное строение. Над входом была облупившаяся выцветшая надпись, сделанная красной краской: «Отель „Экватор“».

– Вот мы и пришли, – сказал Макфи, открывая перед ним дверь.

Внутри за стойкой сидел толстый островитянин. У него были глаза навыкате и расплывшееся мясистое жабье лицо. Он бесцеремонно поздоровался с Макфи.

– Значит, твой гость приехал, – сказал он.

– Да. Мы оба переночуем здесь сегодня, – сказал Макфи. – Мы уезжаем завтра.

– Я дам ему комнату рядом с твоей, – сказал владелец гостиницы. Он встал из-за стойки. На нем был только саронг, и, встав, он начал вертеть руками что-то похожее на спичку, каким-то образом прикрепленную к его огромному животу. Томас заметил, что он крутил ее даже во время ходьбы. За основным зданием был ряд хижин, крытых пальмовыми листьями.

Хозяин открыл дверь одной и ушел, сказав, что обед будет подан через час.

Томас вошел в свою хижину и положил чемодан. В комнате были только бамбуковый стул, крючок для одежды и железная кровать с москитной сеткой, нависавшей над ней, словно клочья облаков.

Отдельная хижина служила общественным душем и туалетом. Томас сразу же принял душ. Посмотрел на себя в старое испорченное зеркало и увидел, что на его щеках – такая же щетина, а рубашка столь же грязна, как и у Макфи. Пока он брился, его донимали москиты и множество маленьких ос, которым, судя по всему, ничего не стоило проникнуть сквозь бамбуковые стены душевой хижины.

Когда он наконец попал в столовую – еще одну дырявую хижину с несколькими бамбуковыми столами и стульями, – Макфи уже ждал его. Они пили теплое пиво прямо их бутылок, пока владелец не подал ужин, состоявший из консервированного тунца и консервированной картошки на мятых жестяных тарелках.

Когда ужин был на столе, Томас спросил Макфи о спичке, прикрепленной к животу владельца.

– Вы не захотите слушать про это, пока не закончите ужинать, – сказал Макфи.

Томас не настаивал. Еда была такой же неаппетитной, как и на «Иннисфри», но он был очень голоден с дороги.

Макфи съел всего несколько ложек, а потом выпил еще одну бутылку теплого пива.

– Это единственная жидкость, которой я здесь доверяю, – сказал он.

Потом закурил сигарету и рассказал Томасу немного о себе. Австралиец с юридическим образованием. Ему захотелось более интересной жизни, чем в адвокатской конторе, поэтому последние десять лет он работает агентом различных судовых страховых компаний и сыскных агентств – таких, как агентство Джеггарда. За эти годы он побывал на всех островах, даже на самых отдаленных, которые лежат на морских путях. Он выдохнул и обвел комнату рукой.

– Все это, – сказал он, – возможно, не очень вам нравится. Но, поверьте мне, это просто рай по сравнению с некоторыми местами, где я побывал. – Слова его были окутаны дымом, как будто их произносил дракон. – И вы удивитесь, сколько иностранцев остаются навсегда в этих забытых богом уголках мира. Я слышу о них в путешествиях. Со многими я знаком. Как с Роулендом.

– Значит, вы знаете его? – спросил Томас.

– И неплохо, – сказал Макфи. – Он спускается в город регулярно, как часы, чтобы встретить почтовый пароход. И однажды я был у него в гостях там, в горах. Он знает о людях с этих островов больше, чем кто-либо, кого я знаю. Я послал ему письмо в горы, когда Джеггард связался со мной. Он знает, зачем вы приехали к нему. Он нас ждет.

– Так значит, он не здесь, не в городе? – спросил Томас. Он-то надеялся быстро покончить со всем этим. – Он живет недалеко?

– О нет, если бы так, – сказал Макфи. – Он живет достаточно далеко.

– А мы увидим его завтра?

– Это невозможно, – сказал Макфи. – Его дом – высоко в горах, и чтобы туда добраться, нужно два дня. Как я уже сказал, я был там однажды и не пошел бы туда снова, если бы Джеггард мне за это не платил.

– Почему? – спросил Томас.

– Тяжелый маршрут, – сказал Макфи. – Довольно сложная местность. Но самое главное – некоторые туземцы могут оказаться не слишком доброжелательны…

Они вышли из хижины-столовой и пошли на террасу над лагуной, где некоторые островитяне ловили рыбу при свете фонарей – уже было очень темно.

Хозяин принес еще пива и зажег свечу на столе. Томас опять заметил, как он покручивает прутик на животе. Когда он ушел, Томас снова спросил об этом Макфи.

– Ладно, теперь я расскажу, не рискуя испортить вам аппетит, – сказал Макфи. – Это «гвинейский червь».

Томас никогда о таком не слышал.

– Глист, которого можно заработать, если пьешь неочищенную воду, – сказал Макфи. – Поэтому я и предпочитаю алкоголь. Черви могут вырастать длиной до трех или четырех футов. Иногда они высовывают голову наружу. Островитяне пытаются вытянуть их, наматывая на палочку и вытаскивая понемногу каждый день. Обычно это не помогает. – Он заметил ужас на лице Томаса. – Теперь вы понимаете, почему я не стал рассказывать за столом, пока вы не закончили, – сказал он. – Будьте осторожны здесь с водой. И то же самое с фруктами и овощами – никогда не ешьте такого, что нельзя очистить от кожуры. Вода и еда – ваши враги. – Он затянулся. – Я курю эти сигареты только для того, чтобы отгонять москитов! – Его смех потонул в клубах дыма.

Томас все еще думал о глистах.

– По-моему, это страшно, – сказал он.

– Говорят, хуже всего самки, – сказал Макфи. – От них сложнее всего избавиться. Если у мужчины в этих местах плохая жена, ее называют «гвинейской глистой». – Он улыбнулся. – В такой ситуации говорят, что «глиста» взяла все в свои руки, и муж может только иногда высовывать голову.

Пока Томас думал об этом, Макфи пустился в рассуждения о разных опасностях для здоровья, с которыми он сталкивался за время работы, в том числе – о проказе. Еще он говорил о рискованности путешествий в непрочных лодках во время тайфунов, и о том, что он называл «недружелюбным обычаем» некоторых людей, с которыми вынужден был иметь дело.

– Вы женаты? – спросил Томас, которому было интересно, какая женщина может мириться с такой жизнью. – У вас есть жена?

– Жена? – Макфи выдохнул сигаретный дым, закашлявшись. – Никогда в жизни. – Он сплюнул и засмеялся. – Если только она не голландская.

«Голландская жена»! Опять эти слова! Их произносила мать Томаса. Их произносил судья, ее отец. Их произносил Роуленд. Но Макфи, похоже, имел в виду что-то другое.

– Вы о чем? – спросил Томас.