Чтение онлайн

– Пока я не увижу дна этой тарелки – ты никуда не уйдёшь, – не оборачиваясь сказала Килли.

– Я могу разгрести еду к краям посуды, и тогда ты увидишь дно, – он неуклюже улыбнулся.

Килли повернулась, улыбнулась в ответ и подошла к мужу, повиснув у него на шее.

– Ты же знаешь, мне нравится твоё чувство юмора, – она поцеловала мужа в губы, после чего вновь стала серьёзной, – но пока ты не доешь эту дрянь, то можешь забыть про выход из дома, и никакой старик Декарн тебя не спасёт. Считай, что это моё чувство юмора.

– Ты жестока.

Она вернулась к своему занятию, а Бракас с обидой продолжил есть невкусный завтрак.

– Чего вылупился? – наёмник посмотрел на мальчишку, – Иди без меня, я подойду через пару минут… Ну возможно через десять, если конечно не попрошу этой замечательной добавки, Глор её забери.

***

Как уже подметил Асторн, в гильдии и впрямь было достаточно людно, особенно учитывая тот факт, что помимо новых жильцов, Декарн отменил все заказы гильдии, и на данный момент все наёмники находились здесь. Это сделано ввиду того, что в любой момент деревушка может подвергнуться нападению тёмных наёмников Крикса, а возможно и солдат Мейборна, если драконид всё-таки замешан во всём этом непростом деле. Приоритетом является защита Лайлы, которая к удивлению Марка, оказалась не простой девчонкой из пещер, а самой настоящей наследницей княжеского трона.

В этот раз он не стал уходить в выделенную ему комнату, а решил остаться вместе со всеми в главном зале на первом этаже гильдии, заняв один из круглых столиков, уткнувшись носом в мамину книжку с антийскими сказками. Само собой, он не читал, да и не хотел читать, а взял её лишь для формальности, чтобы изобразить хоть какую-то деятельность, дабы избежать ненужных расспросов, а также жалостных взглядов в свою сторону. С тех пор, как Декарн раскрыл всем сущность мальчишки, почти каждый третий не упускает возможности выразить свои соболезнования. Однако он не понимал, в чём заключается их жалость. В том, что у него нет души? Ну и что с того? Марк и раньше не особо верил во все эти сказки про духовную сущность, так что многого он не потерял. А способность к бессмертию и вовсе должна была обрадовать антийца. Но что-то его пугало. От этой истории прямо-таки веяло опасностью, и плохие предчувствия никак не покидали его. В тот день старик что-то сломал внутри мальчишки, что-то, что давало ему сил жить дальше. Целые дни он находился в раздумьях, а та загадочная худощавая девушка с голубыми глазами больше не появлялась в его снах. Марк посмотрел на книгу своей матери, до сих пор не понимая каким образом его пугающая знакомая смогла перенести её из снов в материальный мир. Когда он рассказал об этом старому чародею, тот лишь кивнул, но не задавал вопросов. Декарн что-то знает, но не хочет делиться ни с кем информацией.

Пока мальчишка рассматривал страницы потрёпанной книги, в помещении стало ещё больше народа. В дальнем углу расположилась парочка убийц – Жак и Нака, и занимались тем, что увлечённо рисовали или чертили что-то в маленькой записной книжке. Марка вообще удивляли их отношения и скорее были непонятны, так как всё время, что он их видел, они постоянно молчали, даже не переговаривались друг с другом. Весьма скрытные личности. За барной стойкой расположился Сантилий, который общался с Лайлой и исхудкой Орадой, угощая их фруктовым соком. На одном из диванов, раскинувшись на всю его длину, дремал Фимало, в то время пока Каил-Бони сидел на другом и, видимо всё придумывал как бы наиболее пакостно разбудить чародея и, спящую по левую руку, Дэни. Даркли как всегда сидел за одним из малых столиков и что-то записывал в толстую книгу, автором которой сам и являлся, а другие наёмники, такие как, Яи, Минас, Асторн, Фридас, Имперец и Милона расположились за длинным обеденным столом. Каждый о чём-то перешёптывался друг с другом, поэтому в помещении стояла относительная тишина. Ильва, способная изменять цвет частей своего тела, сейчас находилась в лазарете, наверное, использовала на Шиле свой очередной эликсир, пытаясь заставить маску лика регенерировать с нуля. За все эти двадцать с лишним дней, Шила так и не очнулась, и никаких улучшений не наблюдается, и только зелья Ильвы не дают ей умереть.

Всё сильнее погружаясь в раздумья, он не заметил, как к нему за столик кто-то подсел, и краем глаз он увидел белоснежную, покрытую румянцем, кожу старшей исхудки. Малия с интересом рассматривала его книжку со сказками, но пока что молчала. Сейчас Марк был такой же, как и она в первый день его прибытия в гильдию. Замкнутый и депрессивный мальчишка.

– Привет, – наконец поздоровалась она, поняв, что от Марка не дождаться первого слова, – что читаешь?

– Неважно, – он быстро закрыл книгу и отодвинул на край стола, надеясь, что Малии не придётся объяснять, что в ней написано, – всякая чепуха, которую не стоит читать.

– Если это так, тогда зачем читаешь?

– На самом деле я и не читал. Время от времени могу немного полистать её, но не более. Зачем я это делаю? Сам не знаю. Это всё что осталось у меня от матери.

– Твоя мать оставила тебе настолько неинтересную книгу? – искренне удивилась исхудка, – Быть того не может. Наверное, всё-таки ты просто не хочешь разговаривать?

– Это антийская книга, – сказал Марк, тем самым подумал, что ответил на её вопрос.

– И?

– Тебе это ни о чём не говорит?

– В Белые долины до нас редко доходили новости с юга, поэтому я не совсем понимаю, что ты имеешь ввиду. Я лишь знаю, что Ант – это самая южная страна, и в ней живут люди, которых все очень недолюбливают.

– Всё верно, – подтвердил Марк, – прочитаешь эти сказки и поймёшь почему. Так что советую воздержаться…

– Ты очень грустный, Марк, – резко сменила тему Малия.

– Интересно же почему? Не догадываешься? Я шёл сюда с крайнего юга, чтобы получить ответ на вопрос «почему плакальщики не трогают меня?». И я его получил. Так что кто знает, почему я такой грустный?

– Твой сарказм не уместен. Сейчас ты произнёс слов больше, чем за последние десять дней и наконец-то не сидишь в своей закрытой комнате, погружаясь в бесполезные раздумья. Тебе стоит почаще находиться рядом с остальными, поверь тебе станет легче.

– Ты не можешь этого знать, – помотал он головой, – чтобы понять, что для меня будет лучше, нужно узнать, что я за человек, какой жизнью жил, да и вообще ради чего живу. Знаешь в чём проблема? Я и сам не могу ответить на эти вопросы. С тех пор, как Декарн вонзил мне магический клинок в сердце, внутри меня, что-то сломалось, но я не знаю, что. Я потерял всякое желание жить, меня больше ничего не интересует… Быть может это и была та самая душа? Ах да, совсем забыл, у меня её не было.

Выслушав слова Марка, Малия стала немного грустнее, опустив свой взгляд. Неловкое молчание продлилось недолго, после чего исхудка вновь обратилась к нему.

– После того, как мы с сестрой бежали с севера, преодолев горы, поселились в городке Шитра, что в Красной Империи. Там нас согласился принять хозяин трактира, где мы, в обмен на ночлег и пропитание, убирались и подавали еду посетителям… – она на мгновение замолчала и посмотрела в глаза мальчишке, – Ты ведь в курсе, что там произошло?

– Да, – он не посмотрел в ответ, – мне рассказывали.

– Меня взяли против моей воли, перед этим нанеся множество увечий. Меня, наивную девочку с Белых долин, которая всю жизнь считала алькаров самыми жестокими существами. Но ни один алькарский мужчина не опустился бы до такого… Стражники считали, что меня повесят, и покойница вряд ли сможет что-либо рассказать, но случилось иначе. Теперь я сижу здесь перед тобой с ребёнком у себя в утробе и даже понятия не имею, кто из трёх моих насильников является отцом. Я не собираюсь избавляться от малыша, когда он родится. Это моё дитя, и он не виноват в том, что его отец поступил так с его матерью. Мне придётся жить с ним, воспитывать его, но каждый раз вспоминать тот кошмар, когда буду смотреть ему в глаза… Не у одного тебя здесь проблемы, Марк. Возможно твои являются хуже моих, но боль доставляют одинаковую.

Малия неожиданно взяла его за руку, и он почувствовал сильный холод, который источает её ладонь, но те тёплые чувства, что он испытывал были намного сильнее.

– Понимаешь, что я хотела сказать? Жизнь не заканчивается, она будет идти к своему логическому концу, и твой явно не наступит здесь. Если хочешь я помогу, поддержу тебя, а ты взамен поддержишь меня. Поверь, мне тоже плохо, но ради сестры я не показываю этого. Так может и тебе стоит стараться ради других? Пообещай, что не будешь избегать кого-либо, просто находись рядом.