Чтение онлайн

— Благодарю, сэр, — отозвался я. — Мы надеемся найти врача здесь, в городе, а также… мы постараемся помочь в расследовании дела.

— О, что касается врача, об этом не беспокойся, мой мальчик. Отправлю к вам в Уорстед моего личного лекаря. Я его уже вызвал. Обещаю, для вашего отца будет сделано все возможное.

Мне хотелось упасть перед ним на колени и благодарить, но это выглядело бы слишком по-детски, поэтому я ограничился поклоном.

— Еще раз спасибо вам, сэр. Я безмерно признателен за вашу заботу. Мы признательны, — поправился я, кивая в сторону Эстер, которая была готова вот-вот расплакаться: нижняя губа у нее дрожала, а глаза блестели от слез.

— Пустое, не о чем говорить, мой мальчик, — бросил Мэйнон, проявивший непринужденную щедрость человека с туго набитым кошельком. Он перевел взгляд на Эстер. — Так, значит, перед нами молодая хозяйка дома Тредуотеров? — Его тон, до сих пор напоминавший тон доброго дядюшки, который после долгого отсутствия встретился со своими подросшими племянниками, стал жестче.

От меня не укрылось холодное выражение, промелькнувшее в его глазах, когда он рассматривал Эстер. Я предположил, что судья Мэйнон пытается определить, нет ли у юной особы склонности к истерии или, возможно, она просто жульничает.

— Это моя сестра Эстер, — представил я.

— Да-да, конечно. И вы, мисс Тредуотер, готовы дать показания? — Густые брови Мэйнона сошлись на переносице.

— Готова, сэр, — пролепетала сестра.

Писк мыши и то прозвучал бы громче.

— В таком случае пройдемте в мой кабинет. Нам подадут закуски, и вы расскажете все, что вам известно.

Кабинет судьи на втором этаже, просторный и светлый, был хорошо обставлен. На стенах висели портреты людей, в чьих чертах угадывалось нечто общее, — прадеды и дяди Кристофера Мэйнона, одетые в костюмы своей эпохи и причесанные по моде своего времени, но у всех был одинаково высокий лоб и большой крючковатый нос, такой же, как у самого Мэйнона. Кроме портретов имелись и другие картины — несколько пейзажей и обрамленные в рамку большие географические карты.

Пока судья, усадив нас с Эстер на мягкие стулья, разливал по бокалам мальвазию [11] , я с интересом рассматривал портулан [12] — прекрасно выполненную карту Средиземного и Черного морей. Художник нанес на холст множество мелких деталей, но по мере продвижения на север, к ледяным просторам малоизученного побережья Скандинавии, карта становилась все более схематичной.

Резерфорд чувствовал себя в кабинете у судьи непринужденно. Устроившись на стуле рядом с Эстер, он принял от Мэйнона наполненный вином бокал и предложил его Эстер. Сестра отказалась, едва слышно пробормотав слова благодарности.

— Мы ждем моего секретаря, — сообщил Мэйнон, взглянув на изящные латунные часы, стоявшие на каминной полке. — Мистер Резерфорд, не могли бы вы узнать, почему он задерживается.

Резерфорд поставил бокал на край стола, поднялся и вышел из комнаты.

Мэйнон изучал лежавшие перед ним бумаги, я молча потягивал вино, а сестра, заметно волнуясь, перебирала складки на юбке. Вскоре судья поднял глаза и ласково посмотрел на Эстер.

— Я был знаком с вашей матушкой, моя дорогая. Она была доброй женщиной и необычайно красивой. У вас светлые волосы, а у вашей мамы они были намного темнее. Пожалуй, Томас гораздо больше похож на нее. Но, вне зависимости от внешности, как говорится, дочь — это всегда копия матери.

— Благодарю, сэр, — сестра, которой нечасто доводилось слышать комплименты, залилась краской.

— Скоро мистер Резерфорд и секретарь вернутся, и мы начнем, — добавил Мэйнон, попытавшись смягчить произведенное на Эстер впечатление. — Вы знаете, каков порядок дачи показаний подобных тем, что вы намерены сделать?

Сестра отрицательно качнула головой.

— Прежде вам приходилось давать показания?

Сестра снова покачала головой.

— Что же, в данном случае это говорит в вашу пользу, — заметил судья. — Не секрет, что люди иногда снова и снова обращаются в суд с обвинениями такого рода, — вздохнул Мэйнон. — Ну, чем чаще мальчик кричит «волки, волки», тем меньше доверия. Кроме того, применение черной магии очень трудно доказать, вот почему мы тщательно проверяем мотивы заявителя.

— Да-да, конечно, — несколько оживилась Эстер.

Но серьезное выражение на лице Мэйнона снова выбило ее из колеи и заставило умолкнуть.

— Сэр, если позволите, — вмешался я. — А самих обвиняемых уже допрашивали?

Мэйнон, пристально наблюдавший за Эстер, перевел взгляд на меня.

— Нет. Сперва мы стремимся собрать все возможные доказательства. Разумеется, мы отправим наших людей на место предполагаемого преступления. И, само собой, каждая женщина будет подвергнута медицинскому осмотру.

— Что за осмотр? — резко спросил я, представив перепуганное личико Джоан.

Меня возмутила сама мысль о том, что ее заставят снять одежду в какой-нибудь грязной комнатенке и незнакомый человек станет рассматривать ее и задавать кучу бестактных вопросов.

— Наша повитуха — она специально обучена этим вещам — осмотрит тело женщины в поисках определенных знаков, которые могут указывать на общение с дьяволом. Это стандартная процедура. И, уверяю вас, она будет сделана с уважением к подозреваемой.

— И после этого принимают решение, достаточно ли доказательств, чтобы перейти к судебному процессу?

— Да. Хотя может потребоваться время не только для подбора доказательств, но и на то, чтобы начать процесс. Это будет зависеть от того, насколько война повлияла на ассизы [13] . Пока не ясно, смогут ли они в этом году провести заседание в Норидже. Многим судьям по всей стране приходится самим собирать присяжных за свой счет, особенно если местное общество оказывает давление на судью. И я должен предупредить вас обоих: обвинительные приговоры по делам о колдовстве выносятся все реже и реже.

— Почему так? — спросил я.

Мэйнон криво усмехнулся.

— Возможно, потому, что мы переходим в более просвещенные времена. Или потому, что люди стали лучше разбираться в мотивах тех, кто выступает с подобными обвинениями. Не то чтобы я подвергаю сомнению ваше заявление, — добавил он, оборачиваясь к Эстер. — Мы внимательно рассматриваем каждый случай и разбираем дело по существу. — Судья с нетерпением перевел взгляд на дверь: — Особенно когда в нашем распоряжении имеются толковые секретари.

— Должен заметить, сэр, — кашлянув, начал я, — что хотя мне не приходилось встречаться с Криссой Мур и я не могу ничего сказать об этой девушке, а также о подозрениях сестры, кроме голых фактов — болезнь отца и какая-то инфекция, выкосившая почти все наше стадо, — но я прекрасно знаю семью Гедж, мать и дочь, и мне трудно поверить, будто они…

— Умоляю тебя. Том, не спеши. — Мэйнон поднял руку, заставив меня умолкнуть. — Я старик, и память у меня как дырявое решето. Поэтому, пока у нас не будет возможности должным образом записать твои слова, подожди. Но куда же запропастился секретарь?