Чтение онлайн

Посмотрев на маму вблизи, Ли-фанна поняла: Хэла и легионер, который помог им сбежать из Гройвуда, сказали ей правду. Сигма Лотье была копией Верховной ведьмы Эфарленда, Оррайны, портрет которой она видела в галерее Эймара. Только мама была старше, чем чародейка, изображенная на портрете. А точнее, это тот самый портрет был очень похож на маму Ли-фанны. На Оррайну.

Стоило только Ли-фанне подойти к маме и Иринке, сестренка сразу же кинулась обниматься:

– Ли-фанна! Как же я рада, что ты вернулась!

– А уж я-то как рада!
– Ли-фанна тоже обняла сестру и посмотрела на Оррайну.
– Здравствуй, мама.

Она кивнула с грустной улыбкой.

– Здравствуй. С победой тебя, дочка.

– Не с чем меня поздравлять, мам.

– Как - не с чем?
– подняла голову Иринка.
– Ты же мир спасла!

– Не все так просто, Ир...

– Надо полагать, ты уже все знаешь?
– спросила Верховная ведьма.

– Не все. Но про тебя - знаю. Только я одного не понимаю... мам, почему нельзя было рассказать нам все? Сразу? Просто узнавать правду от какого-то легионера, а потом от Хэлы как-то... не очень приятно.

– Правду? Какую правду?
– Иринка непонимающе переводила взгляд с сестры на мать.
– Вы о чем?

– Я дома расскажу тебе все, Ириночка, - тихо сказала Оррайна.
– Вам обеим. Я хотела сказать тебе обо всем. Ли-фанна. Если бы ты не сбежала из дома, узнала бы обо всем уже через пару дней. Прости, что молчала раньше. Я просто хотела, чтобы мои дочери хоть какое-то время пожили спокойно, не опасаясь ничего.

– Я понимаю, мам,- сказала Ли-фанна. Она давно уже поняла, что не хотела бы с самого детства знать о существовании, например, Легиона. Или Левиафана.
– И я даже рада, что все сложилось именно так.

Оррайна улыбнулась.

– Все равно ничего не понимаю, - мотнула головой Иринка, отчего ее пшеничные косички взлетели вверх.

Ли-фанна тоже улыбнулась, и погладила сестренку по голове. Иринка привычно отклонилась: она никогда не любила чужих прикосновений к своим волосам. Ли-фанна переглянулась с мамой.

– Ну, идем домой?
– спросила Оррайна.
– Расскажешь обо всем, что с тобой было.

– Можно подумать, ты этого не знаешь, - фыркнула Ли-фанна.

– Я знаю только в общих чертах, - не стала отпираться Оррайна.
– Но всю историю целиком можешь рассказать только ты. А Иринка не знает вообще ничего.

– Ну, только ради Иринки, - весело ответила Ли-фанна.

Но уйти просто так, ничего не сказав друзьям, было бы неправильно. Она вернулась к Эвану и Альке, с трудом лавируя в толпе. Интересно, как долго их будут вот так вот почитать, как героев?

– Ну что?
– спросила Алька, когда ей все-таки удалось до них дойти. Они с Эваном ухитрились найти местечко в отдалении от толпы, где их не могли видеть, так что можно было спокойно поговорить.

– Да ничего особенного, в общем-то. Мама домой зовет. Я пойду, пожалуй, - она вопросительно взглянула на Эвана. Он чуть заметно кивнул.

Почему она не сказала, что ее мама оказалась Верховной ведьмой Эфарленда? Наверное, потому, что ей и самой требовалось время, чтобы осознать это. А рассказать об этом друзьям она всегда успеет. Времени у них теперь полно. И уже не надо никуда торопиться.

– Я тоже пойду, наверное, - сказала Альнора.
– Ужас, как домой хочется. О, а вот и родители!
– радостно воскликнула она, посмотрев куда-то вправо.

Ли-фанна обернулась в ту же сторону, и, хотя раньше она ни разу не видела господина и госпожу Вирт, сразу узнала их: Алька была точной копией матери.

– Тогда и я пойду. В академию, - сказал Эван.
– Или домой, к Теллусу. Он точно будет рад меня видеть.

– Когда в следующий раз встретимся?
– спросила Альнора.

– Давайте завтра, - предложила Ли-фанна.
– Где только?

– Давайте где-нибудь здесь, - сказал Эван.
– Нравится мне у вас тут.

– А говорил «деревня»!
– подловила его Алька.

– Так мне этот ваш район, может, этим и нравится, - не растерялся он.

– Тогда лучше всего встретиться у Восточных ворот, - произнесла Ли-фанна. Она твердо решила показать друзьям свой секретный уголок у подножия Бронзовой горы.

– А почему бы и нет? В шесть вечера, - сказала Алька.

– Заметано!
– откликнулся Эван.

– Ну, я пошла тогда? Пока, что ли?
– Альнора немного растерянно взглянула на них, потом махнула рукой и направилась к родителям.

– Как-то даже странно расходиться вот так, - сказала Ли-фанна Эвану.

– Ага. Хорошо, что это ненадолго, так ведь?
– спросил вдруг он.

Он вдруг обнял ее, крепко прижал к себе, а потом, отстранившись, весело подмигнул ей, и пошел по направлению к центру города.

Ли-фанна почувствовала, что краснеет. Ох уж этот князь Ориманский! Никогда не знаешь, что от него ожидать... но именно это ей в нем и нравилось.

И, постаравшись хотя бы на время отогнать от себя мысли об Эване (получилось, честно говоря, не очень), Ли-фанна пошла к маме и сестренке. Впереди ее ждал дом. Дом, в котором она, кажется, последний раз была целую вечность назад...

Она и не подозревала, что так соскучилась по восточной окраине Дарминора! Убегая из дома за приключениями, она точно не думала, что будет так рада возвращению. Она вообще не задумывалась тогда о возвращении. Как же это все-таки было давно... почти в прошлой жизни.

– Пошли домой, мам,- сказала Ли-фанна, снова подойдя к Оррайне.
– Устала я от всех этих приключений...

Эпилог.

В круглой комнате с деревянными стенами ярко горел огонь в камине. Уютно потрескивали поленья, а блики от огня весело прыгали по стенам. Или все-таки по одной стене?..

Другого источника света здесь не было: на огромном окне шторы были плотно задернуты, и в помещении царил таинственный полумрак. В нем с трудом можно было различить лица четверых мужчин, удобно расположившихся в креслах за круглым столом. Это были учитель Сойрен, хозяин замка Эймар, а также Рэй и Рональд. Все четверо сидели молча, словно ожидая кого-то.

Никто из них даже не шелохнулся, когда на полу рядом с камином сам собой возник яркий огненный круг. В нем, словно из языков пламени, возникла фигура женщины в алом платье. Это была Оррайна.

– Рад тебя видеть, - сказал учитель Сойрен, когда та уселась рядом с ним.
– Хотя раньше ты была более пунктуальной.

– Уж как получилось, - буркнула Верховная ведьма. Она явно была чем-то недовольна, и вдобавок, встревожена.

– Все настолько плохо?
– осведомился Рональд, видя ее настроение.