Чтение онлайн

– Ты же знаешь, почему я бросил журналистику.

– Да, знаю... Когда надо ехать?

«Золотой у меня старик», - подумал Станислав.

– Чем быстрее – тем лучше. В идеале – прямо сейчас, после нашего разговора. Собери вещи, оставь собаку соседям, запри дом и прямиком - на автовокзал. За тобой заехать?

– Не надо.

– На пластике у тебя есть достаточно денег. Завтра я перечислю еще…

– Ты там осторожнее, - попросил отец. Как-то робко.

У Станислава защемило сердце.

– Ну так – само собой! – эдаким бодрячком ответил он. – Я, па, жить хочу не меньше тебя!

Потом он набрал другой номер. Поскольку дома трубку никто не брал, пришлось звонить Карине на мобильный.

– Ты где? – буркнул Станислав.

– У Ленки.

– Какой еще Ленки?!

– Как это - какой?
– обиделась она.

Тут Полонский сообразил, что речь идет о сводной сестре.

– А, у Ленки...

– Ее муж бросил... Такая скотина!.. Я утешаю, как могу. Боюсь, она повесится.

Станислав с трудом удержался от смешка. Это Ленка повесится? Да она скорее своего мужа повесит!..

– Я скоро приеду, - сказал он.
– Сиди у нее дома, никуда не выходи и чужим дверь не открывай! Все ясно?

– У тебя все в порядке, милый? – спросила Карина.

– Не совсем. Приеду - расскажу...

– Я жду...

Глава пятьдесят девятая

Чтобы Ленка успокоилась и заснула, в нее пришлось влить пол-литра "Сальвадоре".

Потом Карина взяла ее за ноги, а Станислав за руки. Объединенными усилиями они перенесли пьяную женщину из кресла в гостиной на двуспальную кровать в спальне, стараясь при этом не шуметь. А то - не дай Бог!
– проснется и снова начнутся слезы, причитания и угрозы...

Пока Карина укрывала сестру, Полонский подхватил с журнального столика литровую бутылку с остатками вина, початую коробку шоколадных конфет, прошел на кухню и закурил.

Карина села напротив него, молча взяла сигаретку из пачки, лежавшей на столешнице, и только после этого спросила:

– Ну, что скажешь?

– Больше всего мне понравилось намерение найти беглеца, кастрировать тупым ножом, пожарить яйца и съесть, запивая коллекционным «бордо». Твоя Ленка – это женский вариант Ганнибала Лектора…

– Я не об этом.

– Ну, если коротко – Брюнет выставил меня на бабки. Я еще не посчитал, сколько он хочет, но могу сказать сразу – такие деньги заплатить невозможно.

– Какая мотивировка?

– Михей брал с меня пять процентов. Он считает, что я теперь должен платить тридцать. Но сперва обязан погасить задолженность за десять месяцев. Не управлюсь за неделю – поставит на счетчик.

– Это беспредел, - сказала Карина.
– Что думаешь делать?

– Ты когда-нибудь была в Чехии?

Она помолчала немного, потом сказала:

– С Михеем лучше разговаривать тебе.

– Ты права, но я не могу. Во-первых, я дал подписку ментам. А во-вторых, мой отъезд за пределы России Брюнет может воспринять как бегство.

– Верно, - сказала она. – Я не подумала… К Михею можно послать человека.

– Гонец должен быть очень надежным.

– Хочешь отослать меня, пока не закончатся неприятности?

«Правильно, девочка моя… - подумал Станислав. – Одним ударом я хочу заколбасить двух зайцев…». Но отвечать утвердительно было нельзя – тогда она точно останется. Из принципа.

– Кроме тебя, я больше никому не верю, - сказал он.
– Раньше доверял еще одному человеку - Генке…

– Ты не узнал, кто и за что его убил? – спросила Карина, рассматривая скатерть.

– Брюнет говорит, что достоверной информации пока нет.

– Ты ему веришь?

– В данном случае - да. Или он великий актер, или в самом деле не знает.

Она подумала немного и махнула рукой:

– Давай ложиться спать. Все равно сейчас мы ничего путного не придумаем – оба пьяные. А завтра трудный день…

– Ложись.

– А ты?

– Кому Генка из своих пацанов доверял больше других?

– Цыпе и Жоржику, - ответила Карина не задумываясь.

– Ты их телефоны знаешь?

– Они – конечно, пацаны нормальные… Но для Чехии не годятся. Уровень не тот.

– Это касается завтрашних похорон.

Карина молча написала телефоны на салфетке, поднялась и ушла в ванную. Когда за стеной зашумела вода, Полонский взял в руки мобильник и глянул на часы. Половина двенадцатого. Детское время…

Оба согласились встретиться прямо сейчас. Причем – с каким-то нетерпением.

«Что за черт? – подумал Станислав.
– Я ж их зову не для того, чтобы вручить миллион баксов…».

– Я возьму твою машину, - сказал он, заглянув в ванную.

***

«Форд» качнулся. Раз, потом – другой. Это в салон влезли Цыпа и Жоржик.

Цыпа – Евгений Цыпленков - был высокий, сутулый и худой. На лице у него красовались огромные очки в роговой оправе. Обычно его принимали за компьютерщика-программиста. Вот только Цыпа был настолько далек от современных технологий, что не сумеет даже включить писишку…

Фамилию Жоржика никто не знал. Станислав подозревал, что «Жоржик» - это лишь кликуха, а зовут этого высокого толстяка, судя по деревенскому лицу, Ваня, Вася или как-нибудь в этом роде. Зато, в отличие от Цыпы, он мог часами говорить о компьютерах и интернете…

Что и говорить – странные ребята. Закономерное порождение нашего не менее странного времени…

– Кто? – спросил Цыпа, едва они поздоровались.

– В каком смысле? – сказал Полонский.

– Ты узнал, кто грохнул Муху?

– Пока нет.

– Блин, - сказал Жоржик. – А мы думали, что ты нам хочешь фамилию назвать…

– Потерпи пару дней, - сказал Полонский. – А собрались мы по другому поводу. Завтра, как вы знаете, похороны. Возможны провокации или какая-нибудь иная фигня. Как на кладбище, так и на поминках… В общем, надо присмотреть за порядком.

– Об чем разговор, Станислав Алексеевич? – Цыпа пожал плечами. – Конечно, все сделаем. В лучшем виде.

– Как вы знаете, Генка был моей правой рукой, - сказал Полонский. – Теперь его нет. Я предлагаю вам – обоим - занять его место. Работы предстоит много.