Чтение онлайн

Последнего пирата я нагнал почти у места взрыва. Мужик будто почувствовал что-то. Обернулся, увидел меня и махнул рукой на люк-черепаху, а сам полез в шахту.

Я притормозил, хватаясь за стены, и подгреб к люку. Здесь уже столпилось больше десятка пиратов. Они дружно ухватились за стальные поручни и, упираясь ногами в стены, пытались тянуть стальную крышку на себя. Прям как репку в сказке.

Присоединился к ним и тоже стал тянуть, изо всех сил пихаясь в разные стороны. Цель у меня была простая, не люк достать, а попасться на глаза всем, кто рядом. Примелькаться, что я свой, помогаю, общее дело делаю.

Мы копошились и пихались в полной тишине. Кто-то размахивал руками, явно что-то крича, но никто ничего не слышал. Связи в скафах не было, как и воздуха в коридоре. Через какое-то время вернулись пираты из шахты, присоединились к нам, но нас стало так много, что новые люди только мешались.

Ещё через какое-то время кто-то приволок переносную лебёдку и лазерный резак. Сразу же дело пошло веселей. Луч лазера сверкнул пару раз. Прорезал камень, и люк дёрнулся к нам. Коридор тут же наполнился красными шариками — кровью погибших часовых.

Пираты зашевелились. Активней замахали руками. Подключили лебёдку, и люк вырвался из плена камня, а меня чуть не стошнило. Вид погибших охранников напоминал кашу.

Я отвернулся, согнулся, стараясь сдержать рвотные позывы, и смотрел по сторонам. Пыль почти улеглась. Некоторые пираты, в основном в таких же, как и у меня скафах, тоже сгибались в три погибели. Визоры у них заляпало изнутри.

Юнги, сразу понял я. Не видели ещё таких картин. Повезло мне, что и я также среагировал, ведь остальные корсары были в других скафах. Более технологичных, тонких и удобных. Хоть и старых, но явно боевых, и я не дал бы сто процентной гарантии, что смогу одолеть их всех.

Блин, надо было тесак себе оставить….

Долго сгибаться нам не позволили. Я не заметил, когда пираты извлекли тела часовых. Почувствовал, как меня похлопали по плечам и шлему. Увидел, как также хлопаю остальных юнг, а затем нас погнали назад ко входу в отсек.

Толпой мы проплыли обратно. Набились в предбанник. Дождались, когда он станет гермитичным, и в него закачают воздух, и только потом перешли в огромный жилой отсек.

Здесь нас уже ждали. Сотни полторы пиратов без скафандров, в обычной одежде, но с оружием в руках толпились в центре отсека и смотрели в нашу сторону. Кто-то что-то кричал, кто-то кинулся к нам, к мешкам, в которых принесли погибших часовых. На лицах многих появилось скорбное выражение.

Всё происходило так быстро, что я не успевал рассмотреть детали. Да я и не выглядывал их. Подмечал только необходимый минимум.

Хорошо, что под скаф я надел обычный комбез со склада. Сойду за своего, когда скину этот саркофаг. Плохо, что у меня на голове гарнитура. Она штатная, от общинников, и точно выдаст меня с головой. Хах, каламбур, однако.

В суматохе я пристроился в конец группы пиратов, с которыми пришёл. Аккуратно отстегнул перчатку скафандра и, отщелкнув одно из креплений шлема, просунул под него ладонь.

Всё вокруг наполнилось шумом и криками, а я двумя пальцами ухватился за гарнитуру на ушах, и потянул её с себя. Оцарапал лицо, но вытащил её и незаметно откинул в сторону.

— А ты молодец, — заставив вздрогнуть, обернулся ко мне один из пиратов в боевом скафе. — Обзорный щиток не заблевал, как эти сосунки, — он махнул рукой в сторону других юнг.

— Стараюсь, — как и он, говорил я на английском языке. Как же хорошо, что на курсы в своё время записался.

— Чего? — не расслышал он, — да сними ты шлем, тут воздух есть.

Но я его не слышал. Пальцы дрожали и соскальзывали с оставшихся креплений шлема, а глаза смотрели на приближавшегося к нам «невидимку».

Средний доспех в полтора раза выше и мощнее моего, шёл сквозь расступающуюся толпу, как ледокол сквозь льды арктики. Всё в нём, и броне листы, и щитки, да абсолютно весь дизайн, буквально кричало о мощи и агрессии.

В этот момент я резко пожалел, что отказался от своего доспеха и полез сюда в этом недоразумении, ошибочно названным скафандром. Как?! Скажите, как мне справляться с этим без моего доспеха?!

— А ну тихо! — гаркнул через усилитель «невидимка», и пираты замолчали. Наступила тишина. — Те кто покидал отсек, а затем вернулся, построиться в линию, — продолжил брит.

— Задолбали эти бриташки, — прошипел пират передо мной, — пойдём, малой не дрейфь, он только с виду страшный.

Все с кем я был в коридоре выстроились в шеренгу. Я постарался встать в серёдку строя, но меня вытеснили к остальным юнгам.

— Сейчас будем проверять, не прорвался ли к нам лазутчик.

«Невидимка» прошёл через всю толпу и остановился напротив меня.

— Снять шлемы скафандров!

Слова «невидимки» пронзили током. Меня тряхнуло, взбодрило. Сердце застучало часто-часто, отдалось в висках, накачало руки и ноги силой, а из груди, захватывая тело и прочищая разум, волнами разошлась какая-то исступлённая решимость.

— Меня раскрыли? Так быстро? Как так? — мелькнули и тут же исчезли в голове несущественные вопросы. Они были не важны. Совсем. Вместо ответов на них правая рука стала медленно подниматься к шлему, будто кто-то поставил покадровый показ видео. Ноги слегка подогнулись, приготовились к выходу в боевую стойку, а глаза, подмечая малейшие детали, забегали по бриту в среднем доспехе.

Огромный, в два раза выше меня в моём «гардамарине», «невидимка» стоял буквально в паре метров. Никогда раньше я ещё не видел его так близко живым и в готовом к бою состоянии. Хотя, вру, вот же, несколько часов назад дрался с таким в открытом космосе. Но тогда просто некогда было приглядываться, а тут, как на выставочном стенде стоит и красуется.

Цельный шлем обтекаемо вытягивается вперёд и походит на морду хищной твари. Щёлки визора на оба глаза горят красным. Шею и плечи прикрывают огромные наплечники. Опускаются почти до самых локтей, прикрывая более слабую броню над переплетением сервоприводов. Тех самых, которые дарят доспеху небывалую силу.

А нагрудные бронеплиты! Огромные, обещая надёжную защиту от прямого попадания среднего калибра, они выдаются вперёд. Закругляясь по краям, плавно переходят в мешанину нанокомпозитных наслоений, прикрывающих живот и бока. Эти наслоения дают доспеху подвижность. Позволяют крутиться и нагибаться, и кажутся менее прочными. Кажутся слабым местом.

Так оно и есть на самом деле. Каждая из маленьких, чуть шире ладони пластин, легко пробивается выстрелом из современной винтовки. Именно поэтому их ставят внахлёст, как на древнейших пластинчатых доспехах. От такого подхода слабое место становится чуть ли не крепче нагрудной брони. Правда, и менять пластины приходится чаще. Расходник, одним словом….