Чтение онлайн

Как мне представляется, картина выглядит все же не столь однозначной. По выявленным мной данным, из 39 членов ЦК партии прогрессистов к дворянам принадлежали 29 человек, к потомственным почетным гражданам 9, сословная принадлежность одного члена ЦК неизвестна. Из 29 дворян 9 человек принадлежали к высшей титулованной знати, из них 4 имели придворные звания; 8 были тайными, действительными статскими и статскими советниками. 14 дворян являлись землевладельцами, из них 11 крупными. Из 9 потомственных граждан было 7 домовладельцев и один крупный землевладелец. 12 членов ЦК так или иначе были связаны с различными сферами торгово-промышленной и финансовой деятельности 227 .

Скорее всего, это был «союз» представителей помещиков, стремившихся сохранить свою частную собственность, но желавших так или иначе модернизировать ее применительно к современным условиям, а также представителей мира промышленности и бизнеса, которые делали ставку прежде всего на собственные «таланты и капиталы» и в меньшей мере рассчитывали на поддержку государства.

Делая ставку на победу на выборах в IV Думу и создание в ней «прочного конституционного центра», прогрессисты решились конституировать собственную партию на «широкой» платформе и с не менее «широким» охватом разнородных элементов. По их мнению, это должна была быть типичная парламентская партия. Предполагалось, что их партия, в отличие от кадетов, будет «свободна» от «интеллигентских иллюзий» и одновременно «очистится» от «наследия» традиционного «помещичьего либерализма». Однако на практике прогрессистским лидерам удалось создать такую «организационную конструкцию», которая мало чем отличалась от партийных конструкций октябристов и кадетов. Прогрессистским лидерам пришлось «работать» с тем же социальным материалом, который был в распоряжении других либеральных партий, ибо другого просто не было.

Опыт революции 1905–1907 гг. убедительно показал, что «господские» классовые партии не могут претендовать на лидерство в освободительном движении. Такой шанс имела лишь кадетская интеллигентская партия, стремившаяся к выражению и отстаиванию общенациональных интересов развития страны. Эта позиция кадетской партии, внедряемая либеральными идеологами и политиками в сознание широких общественных кругов, ориентированных на ближайшие перспективы капиталистического развития России, позволила ей удержаться «на плаву» и в бурные дни Февральской революции 1917 г., и даже в кратковременный период пребывания у власти.

Важной составляющей либерального организационного поля являлись думские фракции, которые, с одной стороны, выполняли самостоятельную функцию, обусловленную спецификой парламентской деятельности, а с другой – являлись частью общей структуры либеральных партий, находились под контролем их центральных органов. При всей декларируемой лидерами думских фракций независимости они действовали в едином русле общепартийного политического курса. В условиях организационного кризиса думские фракции нередко брали на себя роль хранителей затухающего «общепартийного костра». Они делали это и путем ярких выступлений с думской трибуны и при помощи непосредственных контактов со своими избирателями. Думские фракции взяли на себя весьма трудоемкую работу по подготовке и изданию ежегодных отчетов, их систематической рассылке избирателям. Пользуясь депутатским иммунитетом, члены фракций совершали регулярные поездки для встречи со своими избирателями, во время которых подробно рассказывали о положении дел в Думе вообще и собственном участии в разработке законопроектов, работе в думских комиссиях и т. д. в частности.

Специальный анализ состава думских либеральных фракций позволяет исследователям корректировать свои представления о социальной природе соответствующих политических партий.

В отечественной историографии проблема состава думских либеральных фракций находилась в центре внимания многих исследователей (С. М. Сидельников, В. В. Светлакова, Е. Д. Черменский, Л. М. Спирин, В. А. Патентов, В. А. Козбанеко, Д. Б. Павлов, В. Ю. Карнишин и др.). Из зарубежных исследователей эта тема получила отражение в работах Т. Эммонса, Ш. Галая, Б. Ц. Пинчука, Дж. Уэста и др. При этом историки использовали, как правило, различную методику при обработке сведений о депутатах, чем и объясняются некоторые разночтения, встречающиеся в отечественной и зарубежной литературе.

При подготовке третьего издания энциклопедии «Государственная дума Российской империи. 1906–1917 гг.» (Челябинск, 2013) отечественным исследователем В. А. Деминым впервые была произведена обработка сведений о депутатах по единой методике. Это позволило ему воссоздать более объективную картину состояния всех думских партийных фракций и групп, включая и либеральные, на всем протяжении деятельности Думы. На мой взгляд, эти данные (дифференцированные по фракциям и думским сессиям, а также итоговые данные за весь период деятельности Думы) представляются на данный момент наиболее репрезентативными.

Опираясь на результаты работы, проделанной Деминым, а также на итоги собственных изысканий, в данном разделе сосредоточу внимание на рассмотрении вопросов динамики численности и состава думских либеральных фракций, их организационных связях с центральными органами соответствующих партий. Такой комплексный подход представляется важным для осмысления единства деятельности этих структур как единого партийного организма.

Конец ознакомительного фрагмента.