Чтение онлайн

– Просьба гостя, да ещё такого неожиданного - закон для меня, Сергушов набросал в тетради сообщение и поднялся: - Я отнесу дежурному, он передаст. Так годится: по информации, полученной из ФСБ?

– Вполне, - согласился Самотокин.

– И ещё я добавил, чтобы осмотрели прилегающую территорию на предмет поиска машины. Они же не пришли пешком. Впрочем, она будет, наверняка угнанной.

– Но хоть хозяину вернут, - заметил Самотокин, Сергушов начинал ему нравится.

Через минуту хозяин кабинета вернулся и сел напротив Самотокина:

– А теперь я весь внимание. Рассчитываю на ответную любезность и информацию.

– Эти трое направлялись к жилому дому и показались нашим сотрудникам подозрительными. Наши наблюдали за одной из квартир. Речь могла идти о крупной партии наркотиков. Вот и решили проследить за ними. Неизвестные вскрыли квартиру номер 45, вошли в нее, их попытались задержать. Тогда преступники открыли огонь из пистолетов. В перестрелке все трое убиты. Пистолеты преступников находятся у нас. Что еще? Кажется все.

– Хозяин квартиры установлен?
– спросил Сергушов.

– Да. Некто Безуглов.

– Андрей Николаевич?

– Он самый.

– Тьфу ты черт, а я думаю, откуда мне адрес знаком. Он проходил у нас свидетелем по делу о "Карате", ваш помощник звонил, я просветил в общих чертах. Причем активный свидетель. Лично обезвредил бандита, за ним охотились, так что...

– Не могли ему мстить за это?

– Давайте начистоту, Олег Сергеевич... Мне бы не хотелось снова поднимать старое дело. Мы его завершили довольно благополучно... Вы искали поставщиков наркотиков, вот вы их и нашли. В перестрелке они погибли. Солдаты криминального бизнеса, мир, как говорится, их праху. Даже, если их личности установят, то связи - вряд ли. А копать в обратную сторону, к этому "Карату"... Вы знаете, там было 14 трупов... Связать все вместе конечно можно. В принципе все, что вокруг творится, можно увязать друг с другом в одно огромное дело. Только кто его возьмется распутывать, а? Согласны?

– Ладно, - Самотокин кивнул.
– Вернемся к Безуглову... Ваше впечатление о нем?

– Неординарный человек. Воевал в Афганистане. В 25 лет, перед самым выводом войск был ранен в голову. Уволен по ранению. Конечно с заскоками Вспыльчивый, неосторожный. Но в целом - неплохой. Сейчас...
– Сергушов потянулся к сейфу, порывшись извлек фотографию Безуглова, протянул Самотокину.
– Вот... В свое вpемя мы рассылали оперативку для поиска.

– Хорошо, - заключил Смотокин, возвращая фотографию.
– Я доложу начальнику о наших предложениях... Думаю согласиться. Я позвоню, - он поднялся и, протянув руку, добавил: - Рад был познакомиться.

Вернувшись на Лубянку, Самотокин заглянул к Казанцеву.

– Присаживайся. Докладывай, - Казанцев отложил в сторону пухлую пачку "Нью-Йорк - Таймс".

Самотокин коротко изложил события дня.

– Что предлагаешь?
– спросил Казанцев.

– Установлением личностей погибших пусть занимаются МВД и прокуратура. Они уже начали расследование, Результатами поделятся, контакт есть...

– А Безуглов? А эти головорезы в его квартире?

– Скорее всего, старые следы... Он проходил по делу о "Карате".

– Не повторяйся, это я понял. Зачем им было ждать целый месяц, чтобы снова взяться за Безуглова?

– Месяц не такой уж и большой срок, - возразил Самотокин.

– Что связывает бывшего боевого офицера и этого, так называемого журналиста от науки, Донована? Что их связывает? Я чувствую, что-то здесь не так. Подкоркой чувствую, - Казанцев постучал себе по виску.

– Если каждый раз пытаться отвечать на все вопросы, Юрий Иванович, никакой подкорки не хватит. И даже коры. Лучше не задавать. Дальше в лес, больше дров.

– Вот именно. А делать будем вот что. Установить наблюдение за Безугловым, прямо завтра, с утра. За Донованом оно выглядит бестактно, а за своими в самый раз. Тем более оснований больше, чем достаточно. "Хвост" он не заметит, это не Донован. Раз они приятели, в поле зрения может попасть и американец. Действуй.

Оставшись один, Сергушов развернул блокнот и отыскал номер телефона машины Безуглова.

– Слушаю, - осторожно ответил Андрей.

– Это Сергушов. Есть срочное дело, ты где?

– У банка.

– Давай ко мне. Я закажу пропуск.

Разглядывая спустя полчаса спокойно сидящего перед ним Андрея, Сергушов не мог не подумать, что этот парень родился в рубашке.

– Ты знаешь, что в твоей квартире сейчас работает следователь и лежат три трупа?

– В моей?
– поразился Андрей.
– Вы не ошиблись?

– ФСБ следила за тремя подозреваемыми в сбыте наркотиков. И вот эти ребята спокойно открывают твою дверь, заходят, ФСБ - за ними, началась стрельба. Три трупа. ФСБ не пострадала.

– Та-ак, дайте, соображу, - Андрей покачал головой.

– Не води меня за нос, Андрей Николаевич. Ты снова наступил кому-то на хвост. Прекрати, я тебя предупреждаю. Ничего ты с ними не сделаешь. А врагов уже нажил. Ты понял?

– Понял.

– Дай слово.

– Как я могу дать слово ничего не делать, если у меня в квартире три трупа?

– Позвони им, извинись, скажи, что все понял и больше в их дела нос не сунешь.

– Вот это я сделаю, - согласился Андрей, - даю слово. Но, если они снова полезут в мою квартиру, вы уж, извините, Анатолий Семенович...

– . ФСБ заинтересовано это дело закрыть. Поэтому от тебя никакой информации. Никому. Знать ничего не знаешь, ведать не ведаешь. Господи, чего я с тобой только нянчусь, - вздохнул вдруг Сергушов.

– Вопрос такой, мы с вами встречались сегодня или нет?

– Нет. Ты ничего не знаешь. Приедешь вечером домой, а там по обстановке: явится следователь, ответишь на его вопросы, не будет - вымой все, как следует, а утром загляни в милицию. Скажешь, что, по-твоему, в квартире шел бой. Они все объяснят. Меняйся квартирами, не везучий там подъезд.

Глава 17.

В последнее время Саватеев уже привык видеть Мишина постоянно встревоженным. Однако сегодня, судя по его виду, произошло нечто из ряда вон выходящее.

Мишин осунулся, побледнел, глаза его лихорадочно блестели.

Саватеев выглянул в приемную и бросив Нинико: "Меня нет, ни для кого", замкнул на ключ дверь.

– Катастрофа, Женя, это катастрофа, - Мишин достал сигарету, ткнул её в рот и торопливо прикурил.

– Не паникуй, давай все по порядку, - спокойно предложил Саватеев.