Чтение онлайн

– Один?
– возмутился Бригадир.
– Да ты что совсем того?
– он покрутил у виска пальцем.

– Цена рыночная. Не хочешь, не бери.

– Ну, змей... Ну, мироед. Монополист хренов. Мне этот флакон - как слону дробина. Накинь ещё один.

– Ладно, бери, - сжалился Мареничев.
– И учти: это последний, больше у меня нет. Через два часа на острове вводится сухой закон и комендантский час.

– Ты что охренел?
– удивился Бригадир.

Он деловито рассовал флаконы по карманам и покинул пещеру. Первый флакон он осушил несколькими глотками и швырнул его за камни. Когда на душе захорошело, он двинулся к террасе, забрался на узкий выступ и разлегся в тени скалы. Жизнь снова казалась ему прекрасной. Он поднялся на локте, окинул взглядом пустынную долину, осторожно отвинтил крышку второго флакона и сделал глубокий глоток. Интересно, где Мареничев скрывает этот коньяк, размышлял он, ведь у модельера Быкова был целый кейс таких флаконов, Эльза когда-то рассказывала. Конечно, в той узкой пещере в середине террасы, где же ещё им быть, как он раньше не догадался. Потому Мареничев и не подпускает к ней никого. И мужикам голову морочит. Наверняка у него там не только коньяк... Бригадир поднялся и, покачиваясь, но решительно направился по галерее к разложенному для просушки вороху веток у входа во вторую пещеру.

Глава 32.

Скалистый берег с юго-восточной стороны переходил в полукруглую бухту. Она отделялась от пещеры, где обитали теперь спасшиеся пассажиры, грядой скал, почти отвесных в сторону океана и полого спускающихся к долине. Каменистые склоны были покрыты редким колючим кустарником и соснами.

Андрей, Самотокин и Донован, закончив осмотр этой части острова, один за другим осторожно пробирались обратно.

– Рифов там не видно, бухта глубокая и спокойная, - рассуждал Донован.
– Если кто-то иногда и появляется здесь, то скорее всего с этой стороны.

– Если бы самолет садился здесь, возможно он бы и уцелел, - сказал Самотокин.

– Все равно дежурить надо и с юга, и с севера...
– вмешался Андрей. И костры жечь - и там, и там.

– Как твоя спина?
– спросил Донован.

– Тьфу - тьфу не сглазить, кажется ничего.

– Мы сделаем так, - предложил Самотокин.
– Ты, Андрей, чтобы не делать крюк, пройдешь краем долины к галерее и подождешь нас. А мы пока зайдем за Мареничевым, заодно прихватим ещё веток.

– Я подожду у осыпи, - согласился Андрей.
– Могу пока перетащить хворост ко входу. Чтобы не терять время. А когда вы придете, подпалим.

– Можно и так... Согласен, Роберт?

– А куда нам спешить?
– пожал плечами Донован и посмотрел на свои массивные часы.
– До вечера далеко.

У края долины они разделились, и Андрей начал подъем к террасе.

Впереди уже показалась каменная осыпь, когда за ней прогрохотал мощный взрыв, гулкий звук его пронесся над долиной и отозвался затухающим эхо. С террасы к подножию скалы с шумом и грохотом рухнула груда камней, над ними поднялась туча пыли. Андрей бросился вперед, пространство перед пещерой и узкий вход были разворочены взрывом, дальняя осыпь сползла к самому краю террасы, внизу у подножия скалы на груде камней лежало распростертое тело Бригадира. Андрей не помнил, как преодолел пятиметровый спуск и оказался рядом с ним. Бригадир лежал навзничь, запрокинув голову. Грудь и камни рядом с ним аллели от крови, иссеченное осколками лицо было неузнаваемым. Из глубокой раны на шее сочилась кровь.

Андрей подложил ему под затылок свою ладонь и слегка приподнял голову. Под рукой почувствовал спутавшиеся, влажные от крови волосы. Внезапно Бригадир открыл глаза, взгляд его стал осмысленным.

– Потерпи. Сейчас наши придут, что-нибудь придумаем. Потерпи, повторял Андрей.

Бригадир с трудом пошевелил губами, силясь что-то сказать, взгляд его стал напряженным. Андрей наклонился к нему, Бригадир едва слышно прошептал:

– Мне уже не поможешь, парень. Передай Зине, пусть не поминает лихом...И все остальные тоже. И ты, парень. Ту бандуру, что ты искал, я вытащил. Цела она. На берегу есть два камня, плоские, как плиты. Она за ними, присыпана галькой. В Москве найди Беспалого... Пусть мои деньги и "Мерседес" отдаст племяшке и Зине. Деньги - пополам... Больно как, черт побери. Не могу...
– он вдруг заговорил громче, речь его стала бессвязной. Внезапно, закатив глаза, он вытянулся и затих.

Андрей поднялся и беспомощно огляделся, снизу из долины к ним бежали Самотокин, Мареничев и Донован.

Бригадира похоронили вечером на опушке сосновой рощи.

Грунт здесь был мягкий, песчаный, мужчины по очереди рыхлили его ножами и выгребали руками и котелками.

– Крест и надпись сделаем потом, когда нас найдут, - сказал Мареничев.

У изголовья насыпного холмика, безвольно опустив плечи, плакала Зинаида Васильевна. Всхлипывающая Эльза и печальная Нинико поддерживали её под руки.

– Может быть, его можно будет взять с собой, когда нас найдут... прошептала Зинаида Васильевна.

– Да, да и похоронить там, в Москве, а не на этом проклятом острове, встрепенулась Эльза.
– Тогда можно будет приходить к нему на могилу.

– Там будет видно, - дипломатично заключил Мареничев.

Они спустились к своему обиталищу, Андрей раздул едва тлеющий костер, Мареничев наполнил коньяком стаканы и обвел всех взглядом.

– Пусть земля ему будет пухом. Хороший был мужик.

Зинаида Васильевна опустила голову, стекающие с её щек слезы капали в стакан.

– А ведь он разминировал нам ту пещеру, - тихо сказал Донован Самотокину.

– Да, так оно и есть...

Эльза повернулась к Андрею:

– Он был моим единственным родственником. Я совсем одна теперь. Одна... Кошмар.

Завершив ритуал, отправились к озеру. Солнце зашло за скалистую гряду, неподвижная водная гладь потемнела и отливала стальным блеском.

Андрей сжал в кармане "черный талисман" и решительно направился к Нинико. Она единственная видела последний вариант имитатора, и, чтобы проверить слова Бригадира, требовалось пригласить на берег и её. Если Бригадир не напутал, Нинико узнает имитатор.

– Я хотел поговорить с тобой, пройдемся на берег?

– Уже поздно, - Нинико зябко повела плечами.

– Мы быстро.

Они прошли к перевалу и спустились на побережье. Солнце ушло за горизонт, и следовало торопиться. Андрей сразу увидел плоские камни, о которых говорил ему Бригадир: два огромных серых валуна, обточенных океаном, приваленных какой-то неведомой силой к подножию скалы. Он принялся разгребать руками едва заметный холмик из мелкой черной гальки; Нинико молча с удивлением следила за ним. Наклонившись, почти свесив голову за камень, он наконец разогнулся, в руках его была продолговатая, странно знакомая коробка. Он поставил её на камень и разорвал пленку. Нинико подошла ближе и сразу же узнала её, ту самую коробку из - под магнитофона, в которой Саватеев хранил имитатор. Она остановилась, в памяти снова всплыл его голос, его быстрый взгляд и улыбка.

– Это он, Нинико?
– глухо спросил Андрей.

– Да, это он, - прошептала она.

Андрей раскрыл коробку и увидел пластиковую пленку.

– Закупорен на совесть, - заметил Андрей, извлекая имитатор.

Он совершенно не был похож на прибор, который они собирали когда-то вместе со Спежовым: стал легче, компактнее, даже вошел в корпус из-под магнитофона.

– Женя готовился испытать его под водой... Видишь, запаял в пластик... Я едва успела вытащить из него твой "черный талисман"... А потом явился этот ужасный Виталий...

– Он-то как мог узнать о нем?
– Андрей говорил не глядя на Нинико, продолжая удивляться компановке имитатора. Все - таки Саватеев был головастый мужик, подумал он.

– Спежов навел каким-то образом...

– Стервец, разберемся с ним, когда вернемся, - Андрей сверкнул взглядом и повернулся к ней.
– Нинико, я не в целях... завоевать твое расположение...

– Да куда уж, - слабо улыбнулась Нинико. Она видела, что Андрей восхищен аппаратом, это было приятно: ведь его собирал Женя...