Чтение онлайн

Выйдя в комнате адептки, демон встретился со злобным взглядом кота, устроившегося на постели Сари.

Одноухий полосатый кот, выгнув спину дугой, поднял в боевом настрое ворс шерстки. Издав нервное шипение, стал лихорадочно бить хвостом по серому покрывалу. Черные вытянутые зрачки его глаз стали расползаться, поглощая радужную оболочку. Растопырив подушечки лап, кот выпустил острые, похожие на кинжалы когти…

— Вот это прием… Да ты прям краса… — Саверлах не успел договорить. Разъярённый кот, подпрыгнув, стремглав бросился на него. Демон молниеносным движением руки успел перехватить за холку разъяренную тварь, едва не вцепившуюся ему в лицо своими длинными, слегка закрученными когтями.

— Мать твою за ногу! — сорвалось у него само собой красноречивое выражение, часто слышанное из уст адептки Шторм.

Нахмурившись, Саверлах наблюдал, как кот истошно орет и шипит, пытаясь вырваться из сильного захвата.

— И что мне с тобой прикажешь делать, вражина? — ноздри носа демона расширились. Он стал принюхиваться к коту, но тот не давал приблизиться, норовя вцепиться когтями в лицо.

Запах от шерсти кота был едва уловимым. Можно сказать, он отсутствовал. И это было странным, ведь, на первый взгляд, животное выглядело грязным, уставшим и старым. Но самым необычным было то, что от кота веяло древностью, да такой, что Саверлах в оторопи чуть не разжал пальцы рук.

Демон перешел на магическое зрение, но это ничего не дало. Очертания кота расплывались, словно на нем стояла какая-то защита, о которой принц совершенно ничего не знал.

— Да ты, оказывается, зверушка с сюрпризом. И куда мне тебя деть?

Саверлах решил не оставлять бешеную тварь в комнате адептки Шторм. Не успел он подумать о портале, как тот уже проявился перед ним. Держа покрепче кота, демон шагнул в сияние и оказался на кухне своего дома в академии.

— Верно. Нужно тебя покормить. Кто ты такой, не знаю. Но едва ли устоишь перед деликатесом слабой обжарки. Мясо остыло, разогревать положение не позволяет, выкидывать жалко, а тебе в самый раз.

Взяв со стола тарелку, принц поставил ее на пол. Посмотрев на кота, все еще пытающегося достать его своими когтями, Саверлах ухмыльнулся и направился к двери. Выйдя из кухни, он отшвырнул подальше злющую животину и резко закрыл дверь.

Кот дико заорал и рванул к выходу, цепляя и царапая пол своими когтями.

От этого скрежета по телу демона пошли колкие мурашки. Передернув плечами, отгоняя неприятные ощущения, мужчина послушал рычание и дикое мяуконье кота у двери.

— Тише ты… Сари разбудишь.

Кот еще пару раз прошелся когтями и замолк.

Услышав довольное урчание зверушки, Саверлах улыбнулся.

— То-то же… Смотри мне там, углы не пометь.

В ответ кот издал грозное рычание и продолжил с жадностью есть мясо. Послушав довольное чавканье одноухого бандита, демон ухмыльнулся и направился в спальню.

Вид раскрасневшихся щек Сари растрогал.

Подойдя к кровати, Саверлах залюбовался красивыми, раскинутыми по подушке волосами девушки с переливами золотистого цвета. Рука демона сама потянулась к волнистым прядям. Подхватив вьющиеся локоны, пропустил их сквозь пальцы, наслаждаясь шелковистостью и мягкостью.

Сари зашевелилась, скинула с себя пуховое одеяло. Полы халата разошлись, явив ему ложбинку между маленьких грудей. С трудом оторвав взор от манящих холмиков, Саверлах нахмурился от вида лежащей на постели сорочки девушки.

«Спрашивается, а чего я понесся в ее комнату? Адептку Шторм необходимо переодеть, пока она не проснулась».

Откинув с Сари одеяло, декан приподнял девушку и осторожно высвободил из своего халата. Вид обнаженного худенького тела не вызывал желания обладания, скорей, он рождал в груди трепет и проявление нежности.

Продев голову девушки в горловину, Саверлах осторожно просунул ее безвольные руки в прорези сорочки. Быстро расправил ткань, чтобы закрыть ноги адептки, но его действия приостановил гибкий, чем-то похожий на змею длинный отросток с мехом на конце.

Стукнув кисточкой по руке демона, он заскользил по ноге Сари. Задрав ткань, хвост некоторое время застыл, словно рассматривал и изучал белоснежную кожу, похожую на самый дорогой и нежный в мире шелк. Кисточка хвоста с осторожностью прошлась длинными ворсинками по едва заметному шраму, напоминающую извивающуюся змею, и встрепенулась. Хвост обвил ногу девушки, словно нашел то, что давно искал. Ворсистая пуховка полежала, наслаждаясь прикосновением, но потом высвободилась и зависла перед лицом демона.

Самое интересное для Саверлаха было то, что его собственный хвост был словно другой организм, живущий своими эмоциями и желаниями.

Когда кисточка хвоста зависла в гневе перед его лицом, демону показалось, что она сейчас выскажет ему все, что о нем думает. Хотя думать кисточка не могла и жить своей жизнью тоже. Ведь она часть его самого.

Пуховка, тем временем, видно, не дождавшись от него вразумительных действий, подпрыгнула, ринулась к Сари. Пройдясь с нежностью по ее оголённой ноге, кинулась к лицу декана и так несколько раз. Видно, вновь не дождавшись от него желаемых для неё действий, она настучала ему тупым острием по голове и, сговорившись с хвостом, обвила ногу девушки.

Почесав голову, Саверлах попытался отвязать хвост от ноги адептки Шторм, но потерпел фиаско.

Вздохнув, демон укрыл одеялом девчушку и, не раздеваясь, насколько это позволяла длина хвоста, прилег на кровать. Перед лицом замелькали события сегодняшнего дня.

«Демонесса Кисахли была обворожительно красива, возможно, для мужской половины демонов. У меня она не вызвала и доли отклика в груди. Как же ты собирался с ней жить и не день, и не два, а целую жизнь? Боги уберегли. Хотя если бы не тагрица и мой хвост, неизвестно, что бы получилось от всей этой церемонии. И ведь где-то я видел эту белую зверушку. Только вот где? А мой хвост? Это что-то необъяснимое и непонятное. Никогда ни от кого не слышал, чтобы хвост вел себя настолько самостоятельно. А руководит, по всей вероятности, пуховка».

Губы демона разошлись в улыбке при мысли, как ловко кисточка поддела венчальную чашу.

От воспоминания о выплеснутой крови из ритуальной чаши на белый мрамор пола храма Богини Архи ненаследный принц передернулся в отвращении.

«Богини… Их красоту невозможно описать… Она вызывает не только трепет восхищения и ликования, но одновременно заглушает разум, заставляет воспринимать их явление как реальное. По всему миру Эйхарон построены храмы в их честь, но никогда никто не видел их воочию. А Изорг… От одного его хмурого взгляда темно-синих глаз, в которых плещется океан, ноги подкашиваются… А что он там про Шансхи говорил?»

От всплывшего образа влюбленных глаз Шансхи демон дернулся. От его резкого движения Сари, всхлипнув, упала на его грудь.

Руки Саверлаха мгновенно заключили в обхват худенькое тело девчушки.

— Тише… Тише, малышка, — не разжимая захвата, демон машинально прикоснулся губами к рыжей макушке и продолжил воспроизводить в памяти эпизоды пройденного дня.

«Представляю, как все демонессы локти свои кусают. Обсмеять самого Бога морей!.. Глупые курицы. Надеюсь, у Шансхи в глазах лучилось проявление любви к Изоргу, как к Богу, а не как к мужчине. Если второе, то хрупкое девичье сердечко не выдержит. Ей и так досталась нелегкая жизнь. Богини переговаривались насчет любви брата?.. Да нет… Не может этого быть, чтобы Бог влюбился в смертную. У этой любви нет будущего. Она принесет им одни страдания».