Чтение онлайн

— Чего-нибудь хочешь выпить?

— Нет, ничего не хочу.

— А я, пожалуй, выпью. — парень снова скрылся за дверью комнаты.

Это был мой шанс быстро одеться и уйти. Я не хотела устраивать никаких скандалов, потому для меня идеальным вариантом было улизнуть незаметно. Только вот в последний момент в моей голове что-то щелкнуло, и я передумала. Как настоящий мазохист решила прочувствовать всю прелесть ситуации до конца, уверенная в том, что эта ночь будет последней с этим человеком, и я точно больше никогда не вернусь в этот дом. Я написала короткое сообщение Ноэль: "Я не приеду. Встретимся завтра". К тому моменту, когда Войт вернулся в комнату, я уже лежала неподвижно с закрытыми глазами. Парень выключил единственный источник света в комнате, потушил свечи и лег рядом, прижимая меня к себе.

Я лежала в его крепких объятиях и думала о том, почему столько лет он молчал. Столько лет он говорил мне то, что я хотела услышать от него. И в это "счастливое" Рождество все изменил. Я не понимала, что им двигало, и понимать не хотела. Мне больше не хотелось совершенно ничего. Я пыталась уснуть. Рука Войта, лежащая на моей талии, стала невыносимо раздражать. Медленно я перекатилась так, чтобы не чувствовать этих обжигающих прикосновений. Войт не давал мне такой возможности и, с каждой моей попыткой отдалиться, прижимал меня к себе сильнее. Мучительные попытки уснуть все же увенчались успехом, но стоило мне провалиться в сон, как я снова услышала знакомый голос: "Я не люблю тебя". Эта фраза повторялась снова и снова. Это было невыносимо больно. Вздрогнув, я открыла глаза. Темная комната давила на меня. Она воспринималась теперь так, как будто я вдруг выросла, и казавшаяся в детстве большая комната, теперь стала совсем маленькой. Совсем тесной и не уютной. Из глаз потекли горячие слезы. Только спустя минуту я поняла, что вцепилась в руку спящего Войта и тут же отдернула её. Я желала всем сердцем, чтобы все произошедшее оказалось кошмарным сном, от которого я успешно пробудилась. Мне безумно хотелось былого тепла любимого человека, чтобы он не говорил того, что я услышала накануне. Но теперь рядом был совершенно другой Войт. Это был уже чужой человек. Вот так просто все можно, как, оказалось, изменить одной фразой. Может быть, я не достаточно сильно любила его? Или вовсе ошиблась, назвав свое влечение к парню любовью? Поворочавшись, я снова уснула.

Мое утро началось вместе со звуком музыки, исходящей откуда-то снизу. Открывать глаза не было желания. Почему так быстро наступило это утро? Я еще не успела набраться сил перед тем, как столкнусь лицом к лицу с жесткой реальностью. Человек, разбивший ночью моё сердце, находясь в отличном настроении, помог ускорить этот процесс:

— Кэмис, хватит спать. Я сделал кофе. Ты придешь на кухню или тебе принести в постель?

— Я не хочу кофе. Я вообще никогда не завтракаю, если ты не в курсе.

— Так не пойдёт. Я принесу тебе кофе и шоколад. — не дожидаясь моего ответа, Коллинз вышел.

Я лениво села и стала обдумывать наш неизбежный диалог с парнем. Я по-прежнему не хотела скандала. Войт все-таки принёс мне кофе. Сделав пару глотков, я отставила чашку и, одевшись, вышла из комнаты в поисках своего обидчика. Парень сидел в гостиной и смотрел на своём компьютере музыкальные ролики на ютубе. Эта комната при дневном свете казалась достаточно большой и если бы не темный ковер на полу, который совершенно не вписывался в интерьер, то она бы воспринималась полностью белой. Я села рядом, чтобы поговорить, но он опередил меня и стал показывать забавные на его взгляд видео. Моя решимость постепенно покидала меня, теперь я просто хотела покинуть это место, поэтому вскоре прервала эти милые посиделки:

— Мне нужно домой. Ты меня проведёшь? — ровным тоном поинтересовалась я.

— Ты обижена? — вопрос прозвучал скорее как утверждение.

— Нет, с чего мне обижаться? — я картинно зевнула.

— Ты поверила моим словам?

Что? Он что издевается? Мне не послышалось? Какую игру ты затеял Войт Коллинз? Ладно, поиграем:

— Почему бы и нет?

— Я не помню всего, что нёс вчера. Я был пьян. — его слова звучали достаточно убедительно, но я больше не верила

— Ясно. Войт, все в порядке. Мне действительно нужно домой. — я дотронулась до его плеча, полагая, что это прикосновение добавит большей убедительности моим словам.

— Хорошо, я отвезу тебя. — неуверенно согласился парень. Сработало.

По дороге домой я снова хранила молчание, а мой водитель напевал себе под нос какую то идиотскую песню. В голове ярко вспыхивали воспоминания. Однажды, это было после нашей первой ночи проведённой вместе, когда он так же отвозил меня домой, сказал: "Я не знаю, что чувствуешь ты, но сегодня ночью сбылась моя мечта. Может это звучит глупо, но это так. И я надеюсь это взаимно". Что же он скажет теперь? Не хотелось услышать очередную ложь. Машина остановилась, Войт заглушил мотор:

— Созвонимся? — с неким любопытством его глаза изучали меня.

— Да, конечно. — я полезла в сумку за ключами, только чтобы не смотреть на него.

— Все в порядке? — Войт слегка наклонил голову, чтобы еще раз заглянуть в мои глаза.

— Да, все хорошо, мы же друзья. — произнесла с наигранной улыбкой, а затем вышла из машины и, не оборачиваясь, вошла в дом.

Поднявшись в свою комнату, первым делом я выглянула в окно, чтобы удостовериться, что парень уехал, но машина все еще стояла. Теперь я была рада тому, что дома никого не было и, соответственно, никто не задавал мне не нужных вопросов. Я боялась, что Войт передумал уезжать. Потому спустя еще пять минут снова подошла к окну. Машины не было. С облегчением я пошла в душ. Жаль, что вода не могла смыть мысли о том, что произошло, мысли, которые казалось, испепеляли меня изнутри. Все же некую легкость мне удалось получить от этой процедуры. Может все дело в том, что я была уже на своей территории. С целью позвонить Ноэль я взяла в руки телефон и я не то, чтобы удивилась, скорее, стала злиться. И почему я раньше не замечала, каким идиотом был Войт? На экране светилось сообщение: "Ты не злишься?" Сначала я не планировала отвечать, но после все же решила закормить фразой: "Все в порядке! Мы друзья". Затем я удалила все сообщения, а так же его контакт из телефонной книги, поблагодарив Бога, что не успела выучить его наизусть. Я была твердо уверена удалить Войта и из своего раненого сердца.

Я сильно ошибалась, когда решила, что Войт ранил мое сердце своим поступком. Нет, это было не так… Определенно! Все было гораздо страшнее. Он вырвал этот ценный орган из моей груди в ту роковую ночь. Боль разрывала меня на части не из-за образовавшейся дыры, а потому, что я еще чувствовала свое отчаянно бьющееся сердечко в его грязных и холодных руках. Моя вера в собственные силы испарилась как мираж, стоило мне остаться наедине со своими мыслями. Легче не становилось ни через час, ни через пять. Охватившие меня ранее злость и разочарование, уступили место сожалению. Мне было жаль саму себя. В потоке лихорадочных мыслей я пыталась найти хотя бы что-то отрезвляющее. В тот момент я крайне нуждалась в поддержке. Ноэль должна была приехать с минуты на минуту. В ожидании подруги, я рвала на мелкие кусочки все фотографии, ранее разложенные мной на полу, не сортируя их. Мне казалось, что если я уничтожу все напоминания о прошлом, я смогу возродиться, как птица феникс. К тому моменту, когда приехала Ноэль, я окончательно сдалась. Я не видела ничего из-за собственных слез, которые, казалось, никогда не закончатся. Ноэль испугано смотрела на меня, осознавая, что не может мне ничем помочь. Мне никто не мог помочь в тот момент, разве что санитары, уколов мне успокоительное. Но рядом была только Ноэль и моя глубокая свежая зияющая дыра, которой еще предстояло когда-нибудь затянуться, если это вообще было возможно.

Прошло полгода. Я бы даже сказала, что они протянулись как улитка, оставляя за собой липкий след. Липкий след из страданий вперемешку с забвением. Эта улитка настигала меня, и каждый раз преграждала путь к исцелению. Я пыталась найти с этой улиткой общий язык, но она отвечала мне лишь понимающей сочувствующей тишиной. Все верно, по-честному, ведь виновата во всем была только я. Это ведь я не разглядела истинные чувства Войта вовремя. Да, откровенно говоря, я была самой настоящей дурой! Моя опустошенность неожиданно для меня самой постепенно стала расцветать благодарностью к когда-то любимому человеку за ценный урок. Изначально я приняла эти изменения во мне за чистую слабость. К счастью, однажды я все-таки пойму, что снова ошиблась. Ведь то, что я приняла за слабость — есть истинная сила. Но это будет потом, не сейчас…

Я стала все реже появляться в Джуно. Таким образом открыто убегала, не оборачиваясь, от тяжелого прошлого. Родителям свое отсутствие объясняла большой загруженностью, что, конечно, было исключительной ложью. Работы у меня не было, а из-за депрессии я прекратила любые ее поиски. Ванкувер больше не казался мне цветным и уютным. Хотя здесь мне ничего не напоминало о прошлом, душу мою это обстоятельство не помогало вылечить. Напротив, случившееся научило меня не впускать в свою жизнь посторонних слишком близко, чтобы в случае очередной ошибки не пришлось вновь убегать. Парадокс, но именно сейчас желание бежать все сильнее одолевало меня. Только вот куда бежать? Нет, не за ним и не к нему. Теперь я даже не ждала новых встреч с Войтом, а он их больше и не назначал. Может, его мучила совесть? Так же это и не была попытка убежать от него. Скорее всего, мое подсознание просило, нет, требовало научиться жить так, как будто его вовсе никогда не было в моей жизни. Все чаще окружающие меня люди отмечали эти незримые изменения во мне: я стала грубее и недоверчивее. Ноэль как никто другой понимала причину всех перемен, и потому, пыталась вернуть меня к былой легкости, организовывая всяческие вечеринки в Джуно, которые я игнорировала под самыми разными предлогами. Так вскоре, незаметно для себя, я стала терять и подругу. К сожалению, мне не удалось до конца понять, почему и когда именно это произошло. Просто в один день я поняла, что мы больше не звоним друг другу. Поглощенная собственной проблемой, я попросту забыла об окружающем мире.

Судьба тем временем была ко мне терпима и безмерно щедра. Она как будто выжидала нужный момент, чтобы напомнить мне, что я не одна, и рядом еще есть люди, готовые залатать любую мою дыру, какого бы размера и давности она не была. Этими людьми оказались Виктория и Мередит, похожие друг на друга внешне троюродные сестры, но совершенно разные по темпераменту. Я познакомилась с девушками, когда по воле случая нас заселили в одну комнату студенческого общежития четыре года назад. Это было незабываемое для нас время. Сразу после окончания университета мои подруги вернулись в родной Сан-Франциско. Однако иногда мы организовывали встречи в Ванкувере, или, что случалось чаще — по видеозвонкам «Skype». Именно благодаря этим современным возможностям связи Вик и Мери помогали мне совсем не упасть духом.