Чтение онлайн

Она просто… горела. В самом прямом смысле этого слова. Их маленькая воительница обладала не меньшей мощью и магией, чем ярл, объединивший почти весь Айзенвейл.

— Райлен... — тихо прошептал Иво, с тревогой и неверием смотря на выражение лица своего лучшего друга.

***

Райлен что-то прошептал, сразу же без сил опустив оружие, уткнув меч кончиком в землю.

— Райлен! — резко крикнул Иво, не желая видеть своего друга сдавшимся, боясь, что сейчас он по какой-то дурной причине просто позволит Дан убить его.

И убить все надежды Айзенвейла.

— Подними своё оружие, ярл! Я не буду мстить за смерть своих родителей безоружному! Они достойны настоящей битвы! — крикнула девушка, высоко держа голову, гордо и холодно, куда громче, чем обычно, потому что ей требовалось перекричать рев пламени, исходивший из её рук.

— Я не убивал твоих родителей, Дани! — резко выкрикнул Райлен, и этот крик был настолько отчаянным и полным боли, что Иво похолодел.

Он давно не видел своего друга таким.

Дани…

Иво знал. Всегда в глубине души знал, как только выяснилось, что она женщина.

Что Дан была именно той, о ком говорил Райлен в Хермадре.

Они познакомились именно там, оказавшись в цепях по соседству друг с другом. Иво не знал другой жизни, кроме этого рабского лагеря, в то время как Райлен казался остальным блаженным — настолько наивными были его представления о нормальной жизни, о мире за пределами лагеря. Неудивительно, что он так легко попался.

Райлен провёл в том проклятом месте годы, на постройке кораблей, где гибли сотни их знакомых. Херсир тогда не понимал, как этот тощий юноша выжил. В первые годы он пытался сбежать почти каждую неделю, крича о том, что ему нужно вернуться к «ней», вытащить её, потому что он обещал!

Иво поначалу относился к Райлену с жалостью и презрением, уверенный, что тот не протянет и месяца.

Рея наказывали — жестоко. Его стегали, избивали, отправляли в карцер, морили голодом неделями. Он не плакал, не жаловался, но иногда, по ночам, Иво слышал, как он глухо всхлипывает в свою циновку.

Позднее, когда Иво спросил его, почему, Райлен только ответил что из-за того, что он не сдержал обещания. Потому что Дани всё это время ждёт его, в то время как он застрял здесь.

Но ведь у той Дани, которую искал Райлен, не было родителей. Не было семьи. И выглядела она совсем по-другому…

Иво не знал, откуда Райлен пришёл, но подозревал, что вместе с той девушкой они находились в другом рабском лагере. По крайней мере, когда Рей появился в Хермадре, у него уже было клеймо. Значит, он как-то сбежал, а та, ради которой он раз за разом пытался вернуться, осталась там.

Никто не давал Райлену больше двух месяцев. Но они ошиблись.

Он не погиб. Напротив, в какой-то момент в карцере случилось нечто, о чём никто не рассказывал, но после того дня все раны новенького заживали почти мгновенно.

А через полтора года Райлен в одиночку убил большую часть воинов и самого ярла Хермадры. В двадцать лет он встал во главе одного из самых страшных кланов Айзенвейла, активировав камни клана.

До встречи с Райленом Иво никогда не видел магов. Но те, кто видел, сказали, что подобной магии Север не знал со времён Равинора. Что она давно мертва. Не только в Айзенвейле — везде.

Но сейчас они видели не одного — а двух обладателей мёртвой магии. И вряд ли хоть один человек, находящийся здесь, теперь сомневался, о ком шла речь в предсказании Халвэ.

— Подними оружие, Райлен! — приказным тоном вновь кричит Дан.

Огонь на её руках расползается ещё дальше, охватывает одежду, поднимается по плечам, уничтожая ткань.

Что, если это убьёт её?

Иво уже рванулся было к девушке, но резко остановился, вспомнив.

Тот самый момент, когда она, казалось, горела в клане разбойников, окружённая неожиданно вспыхнувшим пожаром, который Иво тогда списал на алкоголь. Когда она, полуобнаженная, с закрытыми глазами, сражалась сразу с четырьмя из них — так, будто эта битва была для неё игрой.

Так же, как и сейчас.

Дан закрыла глаза, процедила в последний раз, поднимая клинок:

— Подними. Оружие.

Райлен нахмурился. В потемневших глазах мелькнула решимость, и он поудобнее перехватил рукоять огромного меча.

Рывок!

Дан взвилась вперёд, тонкий меч сверкнул в свете огня, исходящего от неё, и обрушился на Райлена сверху. Он успел подставить тяжёлое лезвие, и воздух взорвался искрами, когда их клинки столкнулись.

Девушка тут же отвела клинок и атаковала снова, всё так же держа глаза закрытыми.

Райлен не нападал, но двигался к ней — шаг за шагом, пробиваясь сквозь горящую ярость. Её меч свистнул, описав дугу, огонь на стали, словно живой, взметнулся вслед за клинком, облизывая лезвие, раздуваясь от порыва ветра, которым Райлен попытался его сбить.

Дан, как и тогда, в клане разбойников, чувствовала каждое движение противника: едва заметные изменения в потоках воздуха, его дыхание, натяжение мускулов перед рывком.

Рей отшатнулся, скользя по земле, в последний момент отводя её удар скосом лезвия. Искры разлетелись, пламя сорвалось в сторону, выжигая чёрные борозды на выцветшей траве, достигая дерева. Но огонь не перекинулся — Иво тут же метнулся затоптать его, пока остальные были парализованы сценой, что казалась невозможной каждому из них.

Два сильнейших мага, два воина, друг против друга. Они оба использовали магию, хотя Райлен делал всё, чтобы не навредить девушке.

А Дан хотела совсем другого.

Рей скользнул левее, вынуждая её развернуться, и в этот миг резко сократил дистанцию, выбросив меч с силой, стараясь выбить её оружие из рук. Девушка не дала — тонкое запястье провернулось в воздухе, клинок развернулся, отводя его атаку под углом, и она тут же ответила: рубящий удар сверху, по дуге, следом низкий удар снизу — опасный, метящий в колено. Ярл едва успел отбить его, но тут же получил встречный рывок — Дан оказалась вплотную к нему, и на этот раз её локоть врезался в его рёбра, а горящий клинок задел бедро.

Рей не тушил свою одежду.

Как и его рыжеволосая противница, чья одежда сгорела уже наполовину, обнажая высокую грудь, что судорожно поднималась, когда Дан пыталась отдышаться.

Иво вновь почувствовал себя так, будто его ударили под дых. Он испытывал постоянное возбуждение, глядя на эту девушку — даже сейчас. Особенно сейчас. А ведь она, очевидно, была не в себе. Глядя по сторонам, он видел восторг, священный ужас и почти поклонение на лицах воинов, что разделяли его эмоции.