Чтение онлайн

Кстати, о деньгах – как раз сегодня я действительно вёз Батту некую заметную сумму. Я решил пожертвовать свою прибавку к жалованию за несколько месяцев и сделать первый взнос… Батт давно обещал мне сварганить что-то посерьёзней отмычки. Например, моей тайной мечтой был личный летательный аппарат – чтобы можно было, если что, мигом добраться до Космодрома своим ходом. Ну уж об этом-то точно никто не мог знать… Я попросту никому не говорил!

А Битти, похоже, расценила моё ошарашенное молчание как признание вины… У неё потекли слёзы по щекам… И тут я вспомнил про то, что она теперь сотрудница Парламентской Миссии Малого Кольца!

– Это тебе на новой работе таких страстей нарассказывали? – догадался я.

Ну конечно, где же ещё могут так тонко сформулировать, как не в этом змеином гнезде! Уж не сама ли госпожа референт по региону юго-западного побережья постаралась? Ну да, почему бы девушке не зайти ненадолго с дороги в местное отделение своей же конторы…

– Какая вам разница! – злобно махнула на меня рукой Битти, чуть не уронив мокик, – Ведь правда же!

– Нет, Битти, всё это неправда! – спокойно ответил я.

Как можно спокойнее – как только смог…

Бедная девочка… Мне и самому это давление было не просто выдержать… Но как же ей объяснить… Откуда я знаю как! Кто научит меня состязаться с этими холёными профессионалами с утончёнными ходами мышления и тонкими навыками манипулирования перекрёстными смысловыми оттенками… И я решил начать с простого – как сам Батт меня учил…

– Послушай, Битти, ты ведь меня с детства знаешь… – глубоко вздохнув, сказал я.

– Знаю! – закричала Битти, заливаясь слезами. – В том-то и беда!

Но сейчас я не должен был обращать на это внимания. Я должен был говорить дальше. Хорошо, что вокруг шумели кусты и наш разговор уже с двадцати шагов никто бы не услышал…

– Не обсуждая того, что ты тут наговорила… – я жестом сумел остановить новый взрыв её возмущения. – Просто подумай вот о чём… Если очень далёкие от нашего круга, от дел твоего отца люди в таких подробностях знают про всё плохое в его жизни… И очень вовремя рассказывают об этом тебе… Так может, твой отец – пока он здесь, на своём месте – может, он им просто мешает? Последний здесь инженер, который знает, что можно открутить от брошенного катера, чтобы починить ещё летающий.

– А вам того и надо! – снова закричала Битти. – А он… Здесь… А мог бы…

Ах, вот оно даже как…

– Милая, ты слышала про Послание? Мы все, как ты говоришь, – здесь. Вся колония скопом. За исключением инопланетных господ, пожалуй…

– Да что вы про них знаете! – Битти оттолкнула свой мокик и топнула ногой. – Как вам не стыдно!

Мокик завалился в высокую траву, жалобно звякнув зеркалами и выставив оттуда вывернутое переднее колесо. Похоже, Битти сама не сразу поняла, что сделала… Я с интересом посмотрел на неё. Но даже в таком запале она почувствовала: мне есть, что добавить к сказанному…

– Ну, что ещё! – вытерев слёзы рукавом ветровки, девушка в отчаянии взмахнула руками…

– Почему только сейчас сказали? Почему именно это сказали? – задал я пару наводящих вопросов для размышления. – Это же надёргано за все годы твоей учёбы, пока ты дома не была…

Секунду Битти постояла, открыв рот, но потом снова переключилась на прежнюю волну.

– Анкету мою проверяли в местном отделении… – сердито пояснила она, уже раздумывая, как поднять мокик.

– Я могу помочь! – миролюбиво улыбнулся я.

Но едва я приподнялся, чтобы выбраться из джипа, Битти встрепенулась.

– Нет! – она выставила руку.

– Ты что, меня боишься? – удивился я, снова откинувшись на сидение.

Ну конечно, агенты адвослужбы, все до единого, непрерывно ведут двойную игру и непременно должны быть подкуплены контрабандистами – её просто обязаны были предупредить. Неофициально, на дружеской ноте…

– Нет! Не знаю! – Битти замешкалась на секунду, но быстро нашлась:

– У меня нет сейчас сил в этом разбираться! Просто не подходите ко мне!

– Хорошо, Битти, – вздохнув, сказал я, наблюдая, как она, пыхтя, возится в траве, пытаясь поднять мокик, не такой уж лёгкий для девушки. – Можно дать тебе один совет?

– Нет! – сразу отреагировала она, замерев на мгновение, но потом передумала. – Хотя – давайте. Я послушаю…

– Как бы ты ни относилась ко мне, что бы тебе ни говорили люди из Парламентской Миссии, что бы ты ни думала о них, что бы ты ни решила сделать, – никогда, ни при каких обстоятельствах не рассказывай им про своих отца с матерью. – я волновался, понимая, что у меня был только один шанс, дальше она просто перестанет слушать. – Можешь говорить, что ты гордишься ими… Можешь признаться, что стыдишься их… Но никогда не раскрывай никаких фактов! Любых – важных или нет. Никаких! Этим ты можешь им очень сильно навредить… И ещё помни, что твой отец всегда был там, где хотел быть, и никто его к этому не принуждал…

– Вы закончили? Это и был совет? – Битти снова держала свой мокик и яростно вытирала слёзы с раскрасневшихся щёк.

– Да, – повернувшись на сидении в её сторону, я примирительно развёл руками.

– Ещё раз говорю – я могу заехать позже, – напомнил я о своём предложении.

Битти колебалась пару секунд. Решение её было неожиданным…

– Нет уж! – решительно заявила она. – Это я приеду позже! Через два часа! Вам хватит двух часов, я надеюсь?

Вообще-то я собирался посидеть у Батта до вечера. Может, до темноты… Ну и да, собирался с ним выпить… Но ситуация поменялась: и сюда уже эти поганцы добрались со своей концепцией одновременного давления по всем жизненным сферам… У них всё точно как по учебнику специальной тактики, раздел «Предвоенный период»…

– Вот я приеду и посмотрю, как вы тут не пьёте! – сказала дочка моего друга, напялила свой светло-зелёный шлем в розовый цветочек, завела мокик и, лопоча мотором, скрылась за кустами, направившись по лесной дороге обратно к Выселкам.

Конечно, вечер был испорчен. Да ладно вечер… Теперь уже было не до того. Я не сразу поехал дальше. Минут пять думал, что сказать Батту. И давать ли ему деньги, которые привёз? А вдруг он и вправду пьёт в последнее время, просто я об этом не знаю? Я ведь не был здесь уже пару месяцев… И ещё я понимал, что так просто Битти мне не поверит. Сейчас вернётся через пару часов – и понеслась…

Я сидел, слушая шорох ветра в кронах деревьев, и думал. И даже барабанил пальцами по рулю, в точности как делал это на стоянке для тяжёлых грузовиков у Космодрома, когда в памяти профессиональной карточки ждало моего решения Послание, в тот момент ещё с маленькой буквы…

Вдоль забора Надречной авиабазы, а ныне свалки бывшей боевой техники, кто-то когда-то додумался посадить сосенки. И теперь они вымахали, как сторожа, словно стараясь уберечь то, что не смогли сохранить сами люди…

Я глядел в высокое голубое небо над вершинами сосен вдоль забора заброшенной авиабазы. Что значит для человека возможность творить? Да, именно возможность творить, чтобы хоть на шаг приблизиться к нему, к этому небу, к этой потерянной мечте? И к своей мечте, и к чужой… Самому сделать этот шаг, своими руками вновь проложить этот путь… Ради такого, возможно, стоит жить на помойке! Хотя, если разобраться, – есть всё-таки разница между городской свалкой и кладбищем лётной и космической техники. Но многим этого, конечно, не понять…