Чтение онлайн

— На твоем месте я бы на это не рассчитывал. — Но он все же снял крышку. И достал набор колокольчиков, отлитых в форме смешных латунных лягушек.

— По-моему, это очень подходит к коттеджу. Кроме того, мне захотелось на несколько дней превратить тебя вот в такую лягушку. — Она постучала пальцем по колокольчику, заставив его закачаться и издать мелодичный звон, а потом подняла бокал.

— Уникальная вещь. Я буду смотреть на этих лягушек и думать о тебе.

— На внешней стене кухни есть крючок. Повесь колокольчики туда и посмотри, как они будут выглядеть.

Сэм подчинился, вышел наружу и повесил набор на пустой крючок.

— От тебя пахнет морем, — сказала Майя, проведя пальцем по его обнаженной спине.

— Я плавал.

— Помогло?

— Нет.

— А я могла бы. — Она прижалась к Сэму и слегка укусила его за плечо. — Почему бы нам не помочь друг другу?

— Потому что это всего лишь секс.

— А что в нем плохого?

Она кружила ему голову. Женская магия. Сэм повернулся и схватил ее за руки.

— У нас было нечто большее. И я хочу это вернуть.

— Мы оба — взрослые люди и знаем, что все на свете иметь нельзя. А потому нужно брать то, что дают. — Она провела ладонями по его груди и удивилась, когда Сэм отпрянул. — Ты хочешь меня, а я — тебя. Зачем все усложнять?

— Майя, это всегда было сложно.

— Так давай упростим. Я должна избавиться от того, что случилось вчера вечером. И ты тоже.

— Нам нужно поговорить о том, что случилось вчера вечером.

— В последнее время ты стал любителем разговоров. — Она откинула волосы. — Нелл считает, что ты за мной ухаживаешь.

На щеке Сэма забилась какая-то жилка.

— Я пользуюсь другим выражением. Мы с тобой встречаемся.

— Ну, раз так… — Она скрестила ноги, сбросила с плеч бретельки, и платье упало на пол. — Наших встреч было вполне достаточно.

Он был готов поклясться, что мир застыл на месте. Все остановилось, умолкло и исчезло. Осталась одна Майя, высокая, гибкая и прекрасная, огонь и снег. На ней не было ничего, кроме тонкой серебряной цепочки с лунным камнем, лежавшим между грудями, и ножного браслета в виде крошечных кельтских узлов над босоножкой, которая представляла собой три узкие полоски кожи и высокий каблук.

Его рот наполнился слюной.

— Ты хочешь меня. — Ее голос напоминал негромкое мурлыканье. — Твое тело ноет так же, как и мое. И кровь бурлит так же.

— Хотеть тебя всегда было проще простого.

Она шагнула к нему.

— Тогда все будет легко и быстро. — Майя провела ладонями по его груди. — Ты дрожишь. — Прижавшись к Сэму, она провела губами по его плечу и затвердевшим мышцам. — И я тоже.

Его руки согнулись и сжались в кулаки.

— Это твой ответ?

— А в чем вопрос? — Она подняла голову и посмотрела ему в глаза. — У меня есть потребности, и у тебя тоже. Во мне горит желание. И в тебе тоже. Мы можем получить то, что нам требуется, и никто не останется внакладе.

Майя прильнула к нему и больно укусила за нижнюю губу.

— Пойдем в рощу.

Когда Сэм дернул ее за руку, Майя ощутила ликование. Очутившись в его объятиях, она испустила короткий смешок. Победа была сладка и желанна.

— Здесь, — сказал он. — В этом доме. В моей постели.

Кипевшее в крови желание затуманило ее сознание. Всего на мгновение, но этого мгновения Сэму хватило, чтобы застать ее врасплох и утащить из кухни.

— Нет, не здесь.

— Думаешь, всегда будет по-твоему?

— Здесь не стану. — Она упала на кровать, попыталась перекатиться на бок, но Сэм держал крепко.

— Станешь.

Майя боролась. Инстинкт велел ей биться под ним и вырываться. Она чувствовала нежный запах лаванды, посаженной под окном, и этот запах надрывал ей душу.

Она пришла сюда не за нежностью, не за близостью, а за сексом.

Оказавшись под Сэмом, она прибегла к насмешке.

— И что ты этим доказал? Что ты сильнее меня?

— Да. Именно это, — ответил он. Тон Майи был холодным, но зато кожа горела огнем. — Теперь тебе не уйти. Учитывая наше с тобой состояние, твое сопротивление мне только на руку. Валяй, сопротивляйся! — Он закинул ей руки за голову. — Я не хочу, чтобы это было легко. И не хочу, чтобы это было быстро.

Сэм стиснул запястья Майи и набросился на ее губы.

Она продолжала бороться, потому что Сэм был прав. Прав, будь он проклят! Привкус насилия только разжигал бушевавшее в ней желание. Майя могла ненавидеть себя за это, но в глубине души она хотела, чтобы ее одолели и победили. Отрицать это было невозможно.

Рот Сэма продолжал терзать ее. Кожа Майи покрылась испариной, тело таяло от наслаждения. Она извивалась и выгибалась, но для Сэма это были просто новые места, которые можно было ласкать.

Горевшая внутри энергия выплеснулась наружу, и Майя издала гортанный крик. Сэм довел ее до оргазма, пользуясь всего лишь поцелуями.

Но этот быстрый и сильный оргазм только разжег ее голод.

Логан ощущал трепет ее тела, слышал ее шумное дыхание. Ее пульс под его губами бился как бешеный. Ее кожа была влажной, душистой, горячей и липкой. Ощущение борьбы только усиливало его возбуждение.

Он продолжал мучить ее, пока обоих не бросило в дрожь.

Жадный поцелуй в губы чуть не свел ее с ума. В мозгу не осталось ни одной мысли. Началась война губ, языков и зубов. Когда Майя кончила во второй раз, Сэм отпустил ее руки, желая большего.

Они все сильнее возбуждали друг друга, катаясь по кровати и стараясь оказаться сверху. Врывавшийся в окна солнечный свет покрывал их тела позолотой.

Наконец Майя оседлала его. Сэм приподнялся и втянул в рот ее сосок.

Это заставило ее забыть обо всем на свете. Хотелось только брать и отдавать. Не осталось ничего, кроме яростного желания и мужчины, который смог его вызвать. Это животное желание и ощущение собственного тела сводили ее с ума.

Когда внутри в очередной раз разразилась буря, время ускорило бег и рванулось вперед.

С трудом втягивая в себя воздух, Майя упала на Сэма и вцепилась в него изо всех сил. Сердце бешено стучало и грозило разорваться.

Логан что-то бормотал, продолжая целовать ее лицо и шею. Узнав гэльские слова, пронзавшие ей душу, Майя вцепилась в простыню.

Тело Сэма окуталось теплым синим светом.

— Нет. Не надо.

Но он уже не мог остановиться. То, что происходило между ними, вышло из-под его контроля. Эту близость нужно было довести до предела.

— A ghra. A amhain.
– Моя любовь. Только моя. Эти слова вырвались у него сами собой. Его сила мерцала, разыскивая равную себе и изнывая от голода так же, как и тело. Но когда Сэм провел губами по ее щеке, то ощутил вкус слез и крепко зажмурился.