Лик зверя
Шрифт:
Я склонился к зияющему чернотой отверстию, включил фонарь. Узкая щель в скале переходила в обширный грот, но характерного запаха сырости и плесени я не почувствовал, и это еще больше насторожило меня. Осторожно спустившись в расщелину, я двинулся в глубь грота. Стены его имели странную поверхность, словно камень чем-то разрезали, вынув из монолитной скалы большую массу породы. Я посветил себе фонарем, рассматривая камни внимательнее. Провел по ним пальцами: поверхность была слегка шероховатой и удивительно теплой на ощупь. Похоже, что здесь работал какой-то неизвестный механизм, ведь грот этот был явно искусственного происхождения.
Что за ерунда?! Я совершенно ничего не понимал. Свет фонаря тонул в темноте, и я не сразу заметил, что впереди дорогу мне заслонила чья-то грузная тень. Человек или зверь? Я поднял фонарь, но тень сразу же метнулась в сторону, растворившись в темноте, в глубине грота. И все же я успел заметить нескладное серое тело на коротких ногах и большую, вжатую в плечи голову незнакомца. Человек! Это был явно человек!
Я бросился за ним, сгоряча забыв про больную ногу. Впереди оказалась тесная пещера и еще один ход. Осветив темный провал, я понял: ход параллельный, выходит наружу, наверное, недалеко о первого, через который я попал сюда. Не раздумывая, тут же кинулся назад, хромая и спотыкаясь о камни. На ходу выхватил пистолет. Выскочив наружу, осмотрелся. Никого! Если ход действительно ведет в лес, то это где-то левее от меня. Я двинулся вдоль стены и вдруг услышал шорох позади себя. Резко обернулся, держа наготове пистолет.
Я даже не успел опомниться, как из зарослей кустарника на меня прыгнула громадная полосатая кошка. Она пролетела в воздухе гибкой тенью и обрушилась на меня со страшной силой всем своим весом, сбив с ног. Я упал, выронив пистолет. Тигр подмял меня под себя, яростно рыча и норовя вцепиться зубами мне в голову. Собрав все свои силы и ловкость, я с трудом сбросил его с себя и поднялся на ноги, встретив новую атаку разъяренной кошки лицом к лицу. Тигр ударил меня передними лапами, и я почувствовал, как его когти, словно острые стальные крючья, рвут мясо у меня на плечах и груди. Из последних сил я оттолкнул его от себя и ударил фонарем, но это не остановило его, а лишь вызвало еще большую ярость. Сцепившись, мы упали на землю. Непослушными пальцами я сдавил ему горло, с ужасом глядя в круглые желтые глаза хищника, сверкающие дикой яростью. От ударов зверя тело пронзали тысячи раскаленных ножей. Я чувствовал, как с каждой минутой теряю силы. Струившаяся по лицу кровь заливала глаза, мешая смотреть.
Тигр захрипел и судорожно рванулся в сторону, и в этот миг я, наконец, выхватил нож и ударил его в грудь. Что-то хрупнуло под моей рукой, и зверь жалобно взвыл и метнулся прочь. Я повалился на живот, смутно видя, как раненая кошка отползает в кусты. Дернувшись, я попытался встать, но кровавое море затопило мое сознание, и я снова упал на траву...
Не знаю, сколько я на этот раз пролежал без сознания, но когда стал понемногу приходить в себя, то услышал какие-то звуки совсем рядом: шум шагов, чье-то тяжелое дыхание. Это возвращался зверь! Я попытался пошевелиться, но у меня больше не было сил, чтобы бороться за свою жизнь. Вдруг я почувствовал чье-то осторожное прикосновение, и знакомый голос произнес:
– Сволочи!.. Какие сволочи!.. Сид? Сид, ты жив?
Я с трудом открыл глаза и сквозь кровавый туман увидел лицо Романа. Он склонился надо мной. Только сейчас, ощутив, что лежу на земле, я понял, что все это - реальность.
Роман отпихнул ногой парализованного хрипуна и подхватил меня за плечи, пытаясь посадить. Я схватил его за руку, прохрипел:
– Роман! Я видел его!
– Ты что, сумасшедший? Лежи! На тебе места живого нет! Ты потерял столько крови... О, небо! Мне нужно срочно доставить тебя в госпиталь!
– Ты не понял...
– с трудом выговорил я.
– Понимаешь? Он был где-то здесь!
– Кто?
– Сарко нахмурился.
– Тигр?
– Нет. Тот, кого мы искали... Понимаешь?
– Ты бредишь.
– Да нет же! Я видел его своими глазами!
– Ну, ладно. Разберемся. Ты лежи.
Роман достал из кармана комбинезона тюбик с СКРом и осторожно разлил прозрачный голубоватый гель на мои раны. Я почувствовал острое жжение, затем мышцы сковал холод, пробираясь до самых костей.
– Пока будет держать, - сообщил Сарко.
– Но тебе нужно срочно оказать медицинскую помощь! Иначе...
– Он сделал красноречивый жест рукой. Стал освобождать меня от ремней с оружием и приборами.
– Ну-ка, хватайся. Крепче!
Роман подставил мне свою спину, взвалил меня себе на плечи. Поднялся с земли, тяжело пошел через кусты. Мы оказались на поляне. Я увидел гравиплан Сарко. Люк был открыт. Роман взобрался внутрь аппарата, осторожно положил меня на мягкое сидение. Сам уселся за управление и сразу же поднял гравиплан в воздух. Всю дорогу я лежал в полузабытьи. Роман часто оглядывался на меня. Иногда до меня доходили его слова.
– Что с тобой случилось? Авария?
Я мотнул головой. С трудом ворочая губами, проговорил:
– Что-то в стабилизаторе...
– Ты сообщил о себе на Базу? Я не мог с тобой связаться. Нашел по сигналам датчика. Еще немного, и эти падальщики растащили бы тебя по всему лесу... Ты сообщил об аварии?
– Нет. Моя рация неисправна...
Сарко говорил отрывисто и взволнованно. Когда я сказал про рацию, он замолчал и не произнес больше ни слова до самой Базы. А я погрузился в тревожную дремоту, граничившую с обмороком, и очнулся только тогда, когда мы сели на Базе.
глава девятая
ОРБИТАЛЬНАЯ - 6
Простор мира, усеянного иглами звезд, торжественная монументальная неподвижность, кажущаяся незыблемой
и вековечной, вселяли в душу чувство счастья, освобождения, сознания собственной силы.Внезапно что-то изменилось в этом мире, затерянном во мраке и чудовищном холоде на окраинах Солнечной системы. Я не сразу сообразил, что это зажглись осветители челночного ракетоплана. Еще чернее стала темнота вокруг, потускнели свирепые звезды. Мне очень хотелось посмотреть в сторону Земли, но я знал, что там сейчас было только Солнце.
В ярком белом свете ощутимо выделился громадный корпус Орбитальной-6. Покрытие ее из кристаллически перестроенного анизотропного иридия сверкало в лучах прожектора огненными искрами. Через несколько минут ракетоплан уменьшил напряжение: свет стал желтым и менее интенсивным. Я отчетливо увидел длинный цилиндрический корпус с широкими окнами-иллюминаторами и пристроенным к другому концу куполом обсерватории. Ниже располагались доки для межпланетных кораблей, мощные энергоприемники и технические помещения станции. Все это венчалось громадным кольцом, собранным из отдельных цилиндрических секций, в котором размещались жилые помещения Орбитальной, заманчиво горевшие множеством иллюминаторов.
На пульте управления нашего корабля задребезжал звонок - сигнал подготовки к стыковке. Яркий свет загорелся на звездном узоре неба и тотчас погас, потом вспыхнул еще и еще. На Орбитальной-6, отвечая ему, также зажигались и гасли огни. Завязался безмолвный световой разговор. Ракетоплан медленно приближался к цели, поочередно работая маневровыми двигателями и слегка раскачиваясь в пустоте. Теперь наш корабль шел по радиотропе - локатор станции цепко держал его в своем луче. Пилоты ракетоплана изредка отдавали короткие команды по внешней связи, сверяясь с работой навигаторов в приемном доке станции.