Чтение онлайн

– Мама, это совершенно неуместно! Прости меня, конечно, за эти слова, но Азазель – убийца, а прежде всего – самонадеянный глупец. А я ученый, и взвешиваю каждый свой шаг. Кроме того, я вовсе не кровожаден, и девушек своих никогда не ел! Я думаю, сегодня наш разговор не состоится! Приходи лучше в следующий раз. Хотя бы через несколько месяцев. За это время ты как раз осознаешь, что моя работа не так уж и страшна, как тебе кажется.

– Зря я тебя только что похвалила, когда сказала, что хоть кто-то меня слушает. Хорошо. Так тому и быть, Вельзевул. Но в таком случае, и у меня есть условие: твои опыты с языком жизни не должны покидать этих стен, пока я не решу вопрос с так называемым Богом Разума. Над собой ты, конечно, можешь продолжать экспериментировать. Но не смей создавать огромную саранчу или что-то еще в этом роде! И не вздумай меня ослушаться!

С этими словами Лилит развернулась и пошла к выходу из жуткого помещения. Когда, наконец, она перешагнула стальной порог этой двери, ей даже показалось, что стало легче дышать. Больше ей не хотелось оставаться здесь ни минуты, Богиня быстрым шагом прошла через все комнаты лаборатории и вскоре оказалась снаружи. Тяжелая каменная скала вновь сомкнулась, не оставив и намека на тайное убежище ученого.

Вельзевул был одновременно и раздражен, и огорчен такой резкой критикой и непониманием со стороны матери. Казалось бы, Несравненная Лилит исповедовала очень свободные взгляды на все вокруг и ничего никому не запрещала. И почему она так ополчилась на язык жизни? Он прекрасно помнил, как любила Лилит порассуждать со всевозможными человеческими учеными и философами о самых разных аспектах жизни и даже о движении звезд. Что плохого именно в его открытии? С такими мыслями Вельзевул покинул вольер и вошел в другое помещение, в котором находилось большое зеркало и различные измерительные приборы. Он разделся донага, встал перед зеркалом, и принялся снимать с себя различные мерки, аккуратно фиксируя результаты. Вдруг он с удивлением обнаружил на собственной лопатке странный нарост, напоминающий не то волдырь, не то неизвестное кожное заболевание. Скорее всего, какая-нибудь ерунда, однако, ученый тут же детально описал это странное образование в своем дневнике.

___

Азазель и Асмодей вошли в опутанный странной, необыкновенно толстой паутиной ход, который выглядел, как бездонная черная яма посреди пустыни. Этот ход вел в подземную структуру, сильно напоминавшую не то улей, не то муравейник гигантских размеров. Время от времени вся конструкция сокращалась, будто дышала, и исторгала из своих недр зловоние. Здания было построено не из дерева, камня, или металла, а из какой-то губчатой субстанции, которая, казалось, была живой. В этом губчатом веществе имелись светящиеся вкрапления, будто миллионы светлячков в стену вросли, из-за чего в подземных залах было очень светло. Подобная обстановка любого бросила бы в дрожь, но братья были спокойны. Плутая по длинным подземным ходам, они вскоре добрались и до покоев самого Вельзевула. В просторном зале лежало омерзительное существо: его огромное, напоминающее гусеницу, тело, распласталось на полу на несколько метров, к одному концу этого полупрозрачного туловища был как будто приделан торс с очертаниями, отдаленно напоминающими человеческие. Руки этого создания были расщеплены в локтях, верхняя часть осталась такой, как у людей, а нижняя походила на клешню богомола. Лицо тоже наполовину сохранило человеческие черты, а из другой половины росли усики и жвала, подобные тем, что есть у жуков. Азазель и Асмодей подошли к существу и громко прокричали:

– Вельзевул, встречай братьев!

Существо зашевелилось, издавая неприятный шелест, открыло все свои пять глаз, и уставилось на гостей.

– Как вы нашли меня? Для чего? – Когда это существо говорило, вместе со словами из его рта доносилось мерзкое бульканье. Еще никому не удавалось отыскать мой новый дом!

– Все просто, братец! Эта неповторимая вонь! Такой запах ни с чем не перепутаешь! В природе его просто нет. А волки очень хорошо чуют запахи! Мы тут по делу. Владыка Натанаил, Бог Разума и Носитель Истины, хочет предложить тебе сотрудничество! – важно начал Азазель, но Вельзевул почти сразу же перебил его.

– Я так и думал, что рано или поздно Безумный Бог заинтересуется и мной! Но это предложение я отвергну сразу. Я не стану предавать свою мать и свою семью. Натанаил – чудовище!

– Ну зачем сразу так? Владыка Натанаил тоже великий ученый, как и ты. Бьюсь об заклад, вы с ним найдете темы для разговоров!

– Он не только ученый, но и захватчик. Зачем он вообще вышел со своего континента? Зачем ему понадобились Вольные Земли? Вы же прекрасно понимаете, что он хочет войны!

– Владыка хочет донести свою истину до всех людей! – Парировал Асмодей. – Да, он долгое время пребывал в священном покое один, но однажды решил проявить свое безграничное милосердие и вывести заблудшее человечество к свету. Его мудрость и его милость безграничны. Великий Натанаил заботится обо всех своих подданных. В отличие от нашей матери, которой свойственно бросать всех на произвол судьбы под предлогом так называемой свободы….

– Тебе ли роптать на мать, Асмодей? Я еще мог бы понять Азазеля, с ним произошла настоящая трагедия. А ты? С тобой то что не так? Ты ведь всегда был золотым ребенком, у тебя было всё, о чем только можно мечтать: богатства, титулы, эти твои бесконечные пирушки. Но ты все равно выбрал предательство. А твой Натанаил – никакой он не милосердный, он умалишенный! Натанаил погряз в гордыне. Возомнил себя единственным носителем истины. Вы ведь оба прекрасно понимаете, что это – слова тирана. Просто предпочитаете закрывать на это глаза, потому что он вас обоих чем-то прельстил. Вы сами ему до конца не доверяете. Вы просто продались ему потому, что считаете, будто Лилит не сможет дать вам тех же наград, что посулил он. Но вам он помочь точно не может

– Почему же не может? Я вот обучился такому, что и представить себе не мог, когда жил в Обители в Златом Граде. С Азазелем сложнее, но Владыка уже сумел сделать так, что он снова не боится солнца. Да и жажда его стала более контролируемой. Повелитель сделал нас обоих своими верными дэймонами. Меня – Министром Порядка, а Азазеля – Военным Министром

– Дэймонами? Что-то новое….

– Это он так выражается. Мы сами не всегда понимаем, что говорит Владыка. Мудрость его речей порой выходит за грань нашего осознания

– Мудрость? Как по мне, настоящий мудрец всегда выражается понятно. А обманщик использует витиеватые фразы и туманные смыслы. Вот наша мать всегда говорит понятно и по делу….

– Из-за нашей матери я стал чудовищем! А Натанаил меня какой-то молнией прошиб, и теперь дневной свет мне не страшен. Могу снова наслаждаться и рассветом, и закатом, и полуденным зноем! – Последние слова Азазель проговорил с особым удовольствием.

– Натанаил тебе не помог. Вместо того, чтобы помочь, он создал двух чудовищ. Азазель, у тебя и впрямь беда с логикой

– Но но но! Меня то ты почему чудовищем обозвал? Во-первых, благодаря Владыке я чувствую себя намного лучше! А во-вторых, ты сам вон непонятно кем стал! Тоже небось наслушался её красивых речей про выбор и другую чушь?

– Асмодей, брат мой. Глупо придираться к внешности. Я стал таким вовсе не из-за матери и её речей. Я поторопился с выводами, когда сделал одно важное научное открытие. Я слишком спешил испытать его на себе. Да, я стал таким, каким вы меня сейчас видите. Но я полностью принимаю эти последствия

– И как же ты их принимаешь? Тебе это нравится что ли?

– Вовсе нет. Я принимаю всю ответственность за свои опыты и никого не пытаюсь обвинить в том, что потерпел неудачу. А вот вы, когда наша мать учила нас свободе выбора, услышали лишь ту часть, где можно делать все что угодно без ограничений. Но почему-то пропустили самую важную часть, в которой она говорила, что каждый выбор имеет свои последствия. Ты, Азазель, стал чудовищем не тогда, когда превратился в косматого… как ты там сказал… дэймона, а уже тогда, когда подавил волю своей девушки с помощью магии тьмы. А ты, Асмодей, мне даже представить страшно, как далеко ты можешь зайти вместе со своим так называемым Богом Разума

– Не хватало мне еще выслушивать мораль от огромного земляного червя! – Грубо сыронизировал Министр Порядка.

– Вот видишь, если тебя это задело – значит, я прав. Но ты ушел от разговора и опять перевел все на мою внешность. Да, моя внешность стала отвратительна многим смертным, да и тебе, наверняка, тоже, спорить не буду. Мне действительно больно, когда кто-то тыкает мне моим уродством. Но это бремя моего выбора. Я просто продолжу эксперименты и найду способ привести свое тело в порядок. Но ты, Асмодей, уродуешь свой разум и свою душу, и однажды ты дойдешь до того, что никакая наука или магия не смогут это исправить