Чтение онлайн

Он использовал это окно, чтобы выскользнуть через боковой ход, о котором узнал из случайно подслушанного разговора служителей. Применив базовые техники скрытного передвижения, которым его обучали ещё в юности, Лин растворился в закатной мгле города.

Его целью был храм целителей. Он должен был увидеть своими глазами то, о чём рассказывали мастер теней и Юнь Лин. Должен был понять природу связи, соединяющей её с Чжан Вэем. И, возможно, оценить, было ли это действительно “предназначением” или просто совпадением интересов.

Ночь окрасила город в оттенки серого. Лин скользил от тени к тени, инстинктивно используя навыки, полученные в школе Небесного Ветра, но теперь усиленные знаниями, почерпнутыми из свитков Теневого Шёпота. Тело двигалось с непривычной легкостью, словно тяжесть многолетних формальностей и ограничений осталась позади.

Храм целителей, расположенный на восточной оконечности города, все еще оставался в состоянии повышенной готовности. Около ворот дежурили стражники, проверяя каждого входящего. Ученики в голубых одеждах спешили по дорожкам с лекарствами и припарками. В воздухе висел запах трав и чего-то металлического — остаточный след битвы.

Пробраться внутрь оказалось легче, чем он ожидал. Был тайный путь через сады, которым он иногда пользовался, навещая Юнь Лин до всех этих событий, до того, как их жизни перевернулись. Мысли о тех визитах отозвались тупой болью где-то под ребрами, но Лин заставил себя сосредоточиться на задаче.

Скрываясь в густых зарослях жасмина, он наблюдал за движением в восточном крыле храма, где, по его расчетам, должны были находиться раненые и те, кто о них заботился. В том числе, возможно, Юнь Лин.

Его терпение было вознаграждено. Через некоторое время в одном из окон появился знакомый силуэт — стройная фигура Юнь Лин. Она выглядела иначе, чем он запомнил — движения стали более четкими, уверенными. Волосы, обычно распущенные, были собраны в строгий узел. Но главным отличием была аура вокруг нее — серебристое свечение, видимое только его внутренним зрением, пульсировало сильнее и ярче, чем прежде.

Рядом с ней возник другой силуэт — высокий мужчина с уверенной осанкой воина. Чжан Вэй. Оконная рама обрамляла их, словно картина — двух людей, связанных чем-то большим, чем простое товарищество по оружию.

Лин подобрался ближе, стараясь двигаться беззвучно. Теперь он мог расслышать обрывки их разговора.

— Словно часть тебя всегда рядом, — произнес мужчина, и в этих простых словах Лин уловил интимность, от которой сжались кулаки.

— Это… необычно, — ответила Юнь Лин. Её голос звучал иначе — глубже, с металлическими нотками, которых раньше не было. — Но мы должны научиться контролировать эту связь.

Лин затаил дыхание, когда Чжан Вэй повернулся так, что стал виден полностью. На его обнаженной груди пульсировал странный символ — золотистый с серебряными прожилками, словно живое существо на коже. Похожий на печать, но не такой, как те, что Лин видел в архивах школы Небесного Ветра. Более сложный, более… живой.

Но поразительнее всего было их движение. Каждый жест, каждый поворот головы, каждое изменение позы происходили в удивительной синхронности. Не как у людей, копирующих друг друга, а как у частей единого организма, управляемого одной волей.

Лин почувствовал, как челюсти сжимаются до боли. Зависть — болезненная, жгучая — поднялась волной, сметая самоконтроль. Он прикусил губу, сдерживая готовый вырваться звук. Во рту появился вкус крови, но физическая боль отрезвляла, позволяла мыслить яснее.

«То, что соединяет их — не простая привязанность», — подумал он, и эта мысль одновременно ранила и странным образом утешала. Если их связь настолько глубока, настолько неизбежна, значит, в его отстранении от Юнь Лин не было его вины, не было какого-то недостатка, который он мог бы исправить.

Внезапно воздух наполнился странной вибрацией. Вода в декоративном пруду пошла рябью, хотя ветра не было. Птицы, дремавшие на ветвях над головой Лина, поднялись с тревожными криками.

Дверь комнаты распахнулась, впуская молодого послушника с расширенными от страха глазами.

— Юнь Лин! Учитель Чжан! — выпалил он. — Старшая Сяо Мин просит вас немедленно прибыть в главный зал!

Лин не расслышал ответа, но увидел, как изменились их позы — из расслабленных в напряженные, готовые к действию. Они синхронно двинулись к двери и вскоре исчезли из поля зрения.

Сердце Лина колотилось как безумное. Он мог уйти сейчас, вернуться в безопасное убежище теневого храма, доложить мастеру об увиденном. Но что-то удерживало его — не только ревность или любопытство, но странное, почти болезненное ощущение, что он должен увидеть больше, должен понять.

Небо на западе темнело неестественно быстро. Тучи, низкие и плотные, клубились над городом, двигаясь против ветра. В их глубине время от времени вспыхивали красноватые прожилки.

Лин двинулся вдоль стены, стараясь не попадать в полосы света от факелов. Его ноги сами несли его к западной стороне храмового комплекса. Барьер в его сознании пульсировал, реагируя на что-то приближающееся, опасное, чуждое.

Он нашел укрытие за массивной каменной колонной, откуда открывался вид на западный двор. Там уже собрались защитники — стражники с обнаженными мечами, целители, готовящие свое искусство, и среди них — две фигуры, выделявшиеся особой аурой уверенности.

Воздух колебался, как над раскаленными углями. А потом с западной стороны начал наползать туман — густой, чёрный, с пульсирующими красными прожилками. В его клубящихся глубинах мелькали силуэты — искаженные, неправильные, движущиеся рваными, механическими движениями.

Среди них Лин с ужасом узнал некоторых учеников школы Небесного Ветра — тех, с кем тренировался, делил трапезы, обсуждал древние тексты. Их движения утратили всякую природную грацию, глаза стали пустыми, а кожа покрылась черными венами.

В центре этого хаоса возвышалась фигура, казавшаяся более материальной и определенной. Высокий мужчина с неестественно удлиненными руками, черты лица которого постоянно смещались, словно не могли зафиксироваться. В его груди, сквозь полупрозрачную плоть, пульсировал черный кристалл.

Желудок Лина сжался. Он видел такой кристалл в потайной лаборатории школы Небесного Ветра — черный камень, пульсирующий неестественной жизнью, словно сердце существа из иного мира. Старшие мастера проводили над ним какие-то ритуалы, шептали заклинания на языке, которого он не понимал.