Чтение онлайн

Это не было признанием в любви.

Это было предвкушение ротэро.

"Я тебя ненавижу..."

Маг улыбнулся. Ехидно, азартно, вызывающе. И с едва заметной долей превосходство, чтобы Таисс моментально завелась, выдергивая руку.

"Я тебя ненавижу!"

"Нет, все-таки, убьет", - прикинул Лэо, наблюдая за началом танца.

Ладонь Велена скользнула к дриадской щеке, но не коснулась, замерла совсем рядом с кожей. Глаза Таисс чуть расширились от удивления, но она тут же поняла и приняла правила игры.

Никаких прикосновений. Никаких поцелуев.

Этот запрет сводил с ума, заставлял постоянно себя контролировать, чтобы не сорваться. И уже не барабаны, а собственное сердце, гремящее в ушах, отбивало ритм. Уверенные, умные руки, которые неизменно ловили Таисс после очередного разворота, лишь иногда меняли направление ее движения, а в остальное время все получалось как-то само собой.

Для того, чтобы понимать друг друга, им не нужно было разговаривать.

И даже думать было не нужно.

Две ауры, несущие в себе Силу Стихий слились в одну, и от этого вокруг летели искры. На магическом плане - в прямом смысле слова.

Нельзя, нельзя, нельзя!

Установленная грань делает танец еще более откровенным. Потому что так могут не многие. Потому что суметь остановиться, когда твои губы уже почти коснулись ее губ - это почти невозможно.

А ты делаешь.

И по сравнению с этим канитель с Шейной кажется детской забавой.

Потому что принцесска на самом деле ничего не значит.

А в этом не-касании - больше целостности, чем в объятьях до боли. И во взгляде, который почти все время устремлен в твои глаза - больше доверия, чем в не запечатанном письме.

Это даже не признание в любви.

Ротэро.

...А когда это закончится, она прижмется к нему, обнимет - и никакой силе не удастся их разъединить. Они прорастут друг в друга, как два дерева, корнями, ветками, весенней листвой. Потому что они не просто две половинки одного целого, они и есть одно целое.

Вот только закончится этот танец...

Кивнув барабанщикам, Лэо доиграл кусочек ритма до конца и оборвал мелодию. Даже струны прижал, чтобы ничто не нарушало мертвую тишину, повисшую в зале. Таисс и Велен остановились почти так же, как начинали, вот только руки опущены, чтобы не касаться друг друга.

Дана смотрела на эту парочку во все глаза. Она, наверное, впервые видела, как танцуют ротэро. Что ж, такое зрелище ей больше увидеть и не доведется.

Ротэро не повторяют.

Никогда.

Где-то почти у самой стены раздался неуверенный хлопок. Потом второй, третий, четвертый. И вот уже весь "Орел" разразился громоподобными овациями. Люди кричали, свистели и хлопали, как сумасшедшие. Что ж, этого и следовало ожидать - энергии от танца было столько, что ее можно было черпать ложкой.

Велемир ожил, тряхнул головой, улыбнулся и протянул дриаде руку, помогая дойти до края помоста, а потом и снимая ее вниз.

– Пойдем на улицу?

Таисс кивнула, но пока маг забирал куртку, к ней успел подскочить Крэйни.

– Таисс, пожалуйста! Таисс, только не говори что...

В его глазах плескалось отчаянье. Ведьма вздохнула.

– Я на улицу, - шепнул ей на ухо ар-принц, уходя в сторону задней двери.

– Таисс, но ты же говорила, что не любишь его! Говорила же!

Дриада невесело усмехнулась.

– И ты мне поверил? Крэйни, прости. Прости, что так получилось. Может быть, это и не моя вина, но я чувствую себя виноватой. Ты стоишь большего, слышишь? Так что лучше всего тебе меня забыть. Не было ничего, и не будет. Я навсегда принадлежу Велемиру, что бы там и когда я не говорила. И я больше не хочу даже пытаться это изменить. Прости.

На улице шел снег, который слегка остудил и горячую кожу и не менее горячую голову. Напряжение ротэро уходило, Велемир начал чувствовать, как дрожат напряженные мышцы. Он несколько раз широко взмахнул руками, сжал и разжал кулаки, а потом и вовсе запрокинул голову, чтобы снег падал на лицо.

Хо-ро-шо...

– Мой господин, - тихий голос Джако заставил ар-принца вздрогнуть.

– Что?

Маг не задавал себе ни вопроса, откуда появился шпион, ни как он узнал, что Его ар-Высочество нужно искать здесь. Джако на то и Джако, чтобы знать все.

– Я принес хорошую новость, - улыбнулся шпион. Делал он это редко, а потому получилось не очень убедительно.
– Из Зальхера пришел ответ на письмо вашего отца.

– Какое письмо?
– не понял Велемир.
– Я не знаю ни о каком письме.

– Странно... Я думал, Его Величество поставил вас в известность, тем более что речь в этом письме идет именно о вас.

– Опять вскрывал королевскую почту?
– маг наигранно покачал головой.
– И не стыдно тебе?

– Ни капли, мой господин. Я променял свой стыд на хороший ужин. Еще в детстве. Тем более, я предполагал, что ни о чем, кроме ваших отношений с принцессой, король так спешно писать не станет.

– Так что там в ответе-то?
– нетерпеливо перебил Велен.

– Лэстарион согласился на немедленную замену женихов, если так можно сказать. Считайте, что с этого момента вы больше не имеете никакого отношения к Ее Высочеству Шейне Арахано. Да, с этого, потому что ответ Его Величество уже наверняка прочитал.

– Серьезно?!

– Вам процитировать?

– Не надо, - замахал руками ар-принц.
– Если ты сказал, что новость хорошая, значит, никаких ловушек в этом письме нет. Так что и цитировать мне его вовсе не надо!

– Ну, мой господин, тогда я пойду, - шпион вежливо поклонился и растворился в метели. А маг исполнил какую-то дикую пляску, аккомпанируя себе не менее диким воплем.

– Спасибо!
– заорал он в закрытое тучами небо.
– О таком подарке я даже не мечтал!

Ответом ему был налетевший со спины горячий, живой вихрь, закруживший в терпкой горечи и сваливший в наметенный за эти несколько дней сугроб.

Кроваво-красные волосы плеснули по лицу, а мягкие, нежные губы прижались к губам. Ар-принц рассмеялся, дурашливо отвечая на поцелуй, и взъерошил волосы пальцами.