Чтение онлайн

– Такой страшный директор?

– Бандит матерый, разумеется. В общем, подписал я заявление, иду по коридору и думаю – сказал он уже Наде или нет? Тут и смс-ка приходит «В мою квартиру больше не приходи, тварь, замок уже поменяли». Я собрал вещи, вышел на улицу и отправился гулять. Мне даже весело было, представляешь? Пивка взял, одну банку, другую… наверное, в маршрутку к тебе я сел, когда решил мириться с Надей. А дальше, правда, не помню. Куда сумка с документами подевалась – загадка всех времен и народов.

– Благими намерениями сам знаешь, куда дорога выстлана, – резюмировал Джон. – Думается мне, из всего, что ты потерял, горевать стоит только о сумке.

– Это уж точно. Я только сейчас это и понял.

– Охотно верю. А еще ты понял, что вот она, реальная жизнь, суровое мужское счастье и все такое прочее?

– Не впадай в крайности. Я не собираюсь становиться маршрутчиком. У меня и прав-то нет.

– Как все запущено… – вздохнул Джон. – Мама с папой не купили?

– Мои мама с папой мне вообще мало что покупали, если хочешь знать. У них были своеобразные взгляды на воспитание детей. Пожалуй, им стоит спасибо сказать за это – хоть научился сам о себе заботиться.

– То-то я и гляжу.

– Ну, я как-то не думал, что со мной когда-нибудь случится такой вот пиздец, – отмахнулся Игорь. – Это довольно редкое стечение обстоятельств, ты не находишь?

– Не нахожу. По-моему, так совершенно обычное. Вопрос только в том, как ты дальше собираешься жить. Вот я бы на месте твоего Николая Ивановича сейчас по всем знакомым пустил информацию, что тебя на работу брать крайне не рекомендуется.

– Скорее всего, он так и поступил.

– Значит, устроиться по специальности в мало-мальски приличную фирму тебе сейчас не удастся. В Н-ске, по крайней мере. Может, в область двинешь? Там тоже люди живут, и вроде даже неплохо. Коттеджи вон строят…

– Может, и в область.

– Не вижу блеска в глазах.

– Да откуда он возьмется… тут думать надо. Я тебе уже сильно опротивел?

– Скажем так, у меня в данный момент нет сожительницы, встречам с которой ты бы помешал. С другой стороны, катать тебя каждый день не вижу смысла ни для себя, ни для тебя.

– Не надо меня катать. Я лучше устроюсь пока что… ну хоть грузчиком в магазин, что ли. Не нужны тут у вас никому?

– Может, и нужны. В качестве поддержки первой за эти дни твоей здравой мысли постараюсь помочь.

Джон поднялся из-за стола, откопал в кармане пуховика сотовый телефон и включил его.

– Алло, Сохатый, ты? Привет, это Джон тебя беспокоит…

Разговаривая, маршрутчик ушел в сенцы, а оттуда и во двор. Вернулся он минут через десять, в течение которых Игорь зачем-то подъел весь оставшийся хлеб, макая его в горчицу.

– Ну, добро пожаловать в грузчики! – возвестил Джон. – Завтра закину тебя, с ребятами познакомлю. Тут недалеко. Спецовку тебе дадут, обувь тоже. Не в этом же барахле коробки тягать, честное слово… Короче, сутки через двое работа. Выдержишь – рублей двадцать получишь.

– Двадцать тысяч в месяц? Это что, выходит, грузчик больше меня получает?

– На полставки, – хмыкнул маршрутчик. – И на испытательном сроке. А если еще фуры разгружать, так и все пятьдесят будут.

– Даже спрашивать боюсь, сколько зарабатываешь ты, – вздохнул Игорь.

– Вот и не спрашивай. Кстати сказать, время позднее уже, пора на боковую. Иначе завтра кое-кто будет, как труп ползать, и его каким-нибудь ящиком придавит.

– Да я как-то выспался днем.

– Я тоже. Будем спать про запас. Давай, умывайся и вали на сундук. Твоя очередь.

– А может, потеснишься? – с надеждой спросил Игорь, которому сундук был явно коротковат. – Тут же места полно.

Джон посмотрел на него и почему-то криво улыбнулся.

– Игореха, ты парень неплохой, хоть и манагер, но я как-то еще морально не готов с тобой спать. Не хочешь на сундук – сам пойду.

Наверное, это был очередной гнусный намек, но реагировать на него Игорь не стал. Хочет человек спать на сундуке – пусть спит.

– Рота, отбой! – объявил Джон и погасил свет.

– Ну, чего молчишь?

Игорь с трудом повернул голову, разлепил глаза, посмотрел на Джона, лениво покручивавшего руль, но сказать ничего так и не смог.

Не получалось, и все тут.

Мышцы болели все до единой, в том числе и те, что приводили в движение язык. Хотя вот разговаривал Игорь за эти сутки определенно меньше, чем таскал.

– А, ясно, – Джон понимающе кивнул. – Болит все, да? Говорить не можешь? Так это нормально. Я вообще удивлен, что ты на своих двоих со склада вышел.

– А что, были случаи, когда вперед ногами выносили? – наконец, смог сказать Игорь.

– Были, наверное. Ну, или твой оказался бы первым. А ты ничего, живучий.

– Я такой. Но вообще это пиздец, конечно.

– А что в нашей жизни не пиздец? – философски отозвался Джон.

Привольно развалившаяся на целый ряд кресел бабка в зимнем пальто инопланетного сиреневого оттенка покосилась на них с неодобрением.

– Начинаю подозревать, что почти все, – сдался Игорь. – Особенно энергетики.

– Ты нахрена их жрал-то?

– Угостили. Ночью совсем плохо было, чуть не упал. Так Витя банку дал…

– Дала, – поправил Джон.

– Что?

– Витя – баба на случай, если ты не заметил.

– Не заметил, – Игорь нашел в себе силы приподнять бровь. – Может, мы про разных Вить говорим?

– Про одну. Старшая там. Такая, знаешь, что поставишь, что положишь…

– Ну да. Только почему ее тогда дядя Витя называют?

– Прикол такой местный, – хмыкнул Джон. – А так ее Виктория Леонидовна звать, вообще-то. Это Сохатого жена.

– Повезло Сохатому, – Игорь снова прикрыл глаза.

На обратной стороне век прочно отпечатался снимок огромного, прямо сказать, шкафообразного мужика – в плечах косая сажень, сине-оранжевая спецовка такого размера, что хватит целиком накрыть джонову «Истану», а на голове – засаленная кепка.

Виктория Леонидовна.

А представилась, протянув необъятную грязную ручищу:

– Витя, – тяжелым, прокуренным голосом.

И, подхватив коробку в половину себя ростом, бодро зашагала куда-то вглубь бесконечных стеллажей.