Чтение онлайн

– Ну Аэринн, наверное, не такая занятая как ты, мой принц... Думаю, она находит время, чтобы послушать.

– По-моему, ты просто уходишь от разговора, - заметно смущаясь, произнёс принц.

– А может быть я наконец прихожу к разговору, - Кэйринн взглянула прямо в глаза Драонну, и тот поспешно отвёл взгляд. Поскольку принц промолчал, девушка продолжила.
– Я давно хочу начать этот разговор, но всё откладывала, боялась... Может быть, сейчас для него пришло время?

– Я тебя не понимаю...
– пролепетал всё прекрасно понимающий Драонн.

– Хорошо, тогда я скажу прямо, как умею, мой принц. Думаю, ты знаешь, да и все об этом знают, что я полюбила тебя с первого же дня знакомства, - очертя голову, начала Кэйринн, и по решительности, написанной на её лице становилось ясно, что она не остановится, пока не скажет всё, что у неё на сердце.
– Полюбила не как своего спасителя, которому обязана большим, чем жизнью; полюбила не как великого принца - одного из величайших в мире; но полюбила как мужчину, которого желаю больше всего на свете. И я знаю, что я тебе небезразлична. Я вижу это в твоих глазах, слышу в твоём голосе, чувствую в твоём дыхании. И вот я сказала тебе о своих чувствах, и теперь хочу, чтобы ты сказал мне о своих...

Кэйринн замолчала, испытующе глядя на Драонна. Тот же стоял, потупив голову, мечтающий, вероятно, очутиться сейчас в любом другом месте - даже посреди главной городской площади Кидуи. Лицо его сделалось почти пунцовым.

– Зачем ты сказала всё это?
– наконец проговорил он хриплым голосом.
– И зачем ждёшь от меня каких-то слов?

– Потому что я люблю тебя, и думаю, что ты меня тоже любишь!
– с несвойственной ей обычно горячностью произнесла девушка.

– Я люблю свою жену...
– выговорил Драонн, хотя было видно, что слова эти, при всей их кажущейся простоте, дались ему нелегко.

– А меня?
– настойчиво повторила Кэйринн. Начав, она уже не могла ни остановиться, ни отступить.

– Я не знаю...
– Драонну понадобилось всё его мужество, чтобы сказать это, а для того, чтобы собрать это мужество в кулак, потребовалось некоторое время.
– Я правда не знаю, Кэйр... Ты очень дорога мне... Да... Признаюсь, что мои чувства к тебе больше, чем просто дружба... Я думаю о тебе...
– каждая фраза давалась принцу с огромным трудом, но всё же каждая последующая шла легче предыдущей, словно скатываясь со всё более крутого склона.
– Я думаю о тебе, как о женщине... Как о женщине, которую желаю и которой хотел бы обладать... Может быть это любовь, а может и нет... Но у меня есть жена, которую я люблю, и которой никогда не причиню боль... У нас ничего не получится, Кэйр... Прости...

Кэйринн стояла, закусив губу. Сперва казалось, что она собирается что-то сказать, но затем она вдруг ушла, не пожелав оставить последнее слово за собой. Сложно сказать, что она испытывала сейчас - горечь, разочарование, презрение... Сам-то Драонн ощущал себя так паршиво, словно только что совершил что-то донельзя гадкое и противное. Он понимал, что повёл себя неправильно. Да, формально он отказал Кэйринн, но сделал это так, чтобы не рвать окончательно все связывающие их нити. И сделал он это намеренно, словно специально хотел удержать девушку поближе. Словно не мог решительно и бесповоротно отказаться от неё.

***

Несколько дней после этого оба они избегали даже случайных встреч друг с другом. Драонн хоть и ощущал себя донельзя гадко, понимал, что их новый разговор не приведёт ни к чему новому - он поведёт себя точно так же... Наверное, здесь можно было бы употребить слово «дипломатично», но само собой напрашивалось другое - «трусливо». Вполне вероятно, что Кэйринн теперь презирала его - она всегда тонко чувствовала фальшь. И это мучило. Причём это были муки страха того, что Кэйринн его разлюбит.

Прошло дня четыре или пять, когда Кэйринн вдруг сама пришла к нему. Лицо у неё было, как обычно, совершенно бесстрастное, словно она вновь созерцала нечто внутри себя, недоступное ни взглядам, ни пониманию других.

– У меня есть просьба, мой принц, - сухо сказала она.

– Проси, что хочешь, - Драонн был счастлив вновь видеть её и слышать её голос.

– Я решила покинуть замок, - не опуская взгляда, произнесла Кэйринн.

– Это не просьба, Кэйр, - скрипнув зубами и не вполне совладав с голосом, ответил Драонн.
– Ты вольна делать, что пожелаешь. Я - не твой сеньор, а ты - не мой вассал. Ты - гостья, а гость уходит тогда, когда сам того пожелает.

– Ты прав, мой принц, это была ещё не просьба. Дело в том, что со мной желают уйти парни из нашего отряда. А они являются твоими вассалами.

– Сколько?

– Все шестеро. Просились ещё, но я отказала. Я согласилась просить только за тех, с кем ходила на дело.

– И куда же вы направитесь?
– хмуро поинтересовался Драонн.

– Гайлейн сказал, что в восьми милях отсюда в чаще леса есть заброшенный лагерь углежогов. Отправимся туда. Мне надоело прятаться за замковыми стенами и бояться сделать лишний шаг, дабы не вызвать твой гнев. Я хочу войны. Страшной войны, какая тебе не понравится. Я хочу жечь деревни, я хочу убивать людей - всех, от мала до велика. Я хочу, чтобы они, забиваясь вечерами в свои жалкие лачуги, трепетали от ужаса. Чтобы они молили Арионна о скорой гибели в случае нашего набега.

– Ты надеешься победить?..
– с горечью спросил Драонн.

– Конечно нет, я знаю, что это невозможно. Моя победа будет в том, чтобы убить побольше этих тварей прежде, чем я сама отправлюсь по Белому пути.

– Что за глупость?
– вскричал принц.
– Если ты знаешь, что не победишь, то зачем ставить под удар не только свою жизнь, но и жизнь моих илиров?

– По-твоему, трусливо ждать под обманчивой защитой стен, пока сюда явятся имперские легионы и сожгут самые камни, из которых они сложены - более разумно?
– яростно вскричала Кэйринн.
– Обрекать себя на жалкое существование, которое однажды милосердно прекратят копья легионеров? Знаешь, мой принц, почему моя затея обречена на провал? Из-за таких как ты! Если бы вместо того, чтобы дрожать каждый за свою жизнь, все принцы, объединившись, нанесли бы удар, мы захватили бы Сеазию прежде, чем люди успели бы опомниться!

– И когда это ты успела сделаться великим стратегом?
– Драонна душила ярость из-за обвинения в трусости.
– Когда это девочка с хутора сравнялась в искусстве войны с бывалыми воеводами?

– Моё искусство древнее, как сама жизнь!
– отрезала девушка.
– Убей, или будешь убит. Вот и всё моё искусство!

– Мир больше и сложнее, чем тебе кажется, Кэйр, - пытаясь унять гнев, спокойнее заговорил принц.
– Не думай, что уже познала его целиком.

– Я пришла не за нравоучениями, мой принц, - Кэйринн также взяла себя в руки и вновь старалась говорить холодно и делово.
– Я пришла за дозволением для твоих илиров.

– Я не дам его тебе, - покачал головой Драонн.
– Ты, если пожелаешь, вольна идти куда заблагорассудится, но мои вассалы приносили мне клятву, и они останутся со мной. Я рассчитываю на них в это тяжёлое время.

– Ясно, - презрительно фыркнула Кэйринн.

Резко повернувшись на каблуках, она вышла.

***

Драонна хватило только на сутки. Уже на следующий день он подошёл к Кэйринн сам.

– Я отпущу своих илиров. Но только тех шестерых, о которых ты говорила. И только при одном условии.