Чтение онлайн

Странички из дневника

Фрау Роммель любезно предоставила мне для этой книги дневники, которые ее супруг вел в ожидании нового назначения в штаб-квартире фюрера. Особая ценность этих записей в том, что они отображают точку зрения Гитлера, которую он счел нужным высказать в узком кругу и во время многочисленных совещаний. Не меньший интерес представляют и критические комментарии Роммеля, исчерпывающая лапидарность которых позволяет нам судить об образе мыслей великого полководца. Перед вами подлинные странички из его дневника: 20 июля.

"Вечером обсуждали положение у фюрера. На Востоке серьезный прорыв фронта в группе армий "Центр", особенно под Орлом. На Сицилии ничего нового. Переговоры с дуче не привели к конкретным результатам. У дуче связаны руки, он не может действовать так, как ему бы этого хотелось. Скорее всего, приму армию в Греции, включая острова, с последующей высадкой в Италии".

Было решено придать Роммелю освободившийся в результате сокращения линии фронта в России главный штаб группы армий "Б", в состав которой ранее входила 6-я армия Паулюса. Эту группу армий перебрасывали в Грецию, и генерал-фельдмаршал даже провел один день в Салониках, но уже 25 июля последовало сообщение о перевороте Бадольо и о свержении Муссолини. Роммеля срочно отозвали в Германию. Здесь Гитлер возложил на него задачу организации обороны Северной Италии. 21 июля.

"Утром - доклад о положении на фронтах. На Востоке - относительная стабилизация. Под Орлом глубокое вклинение противника. Русские могут ввести в бой до 8500 танков. На Сицилии благодаря усилиям генерала Хубе некоторое прояснение ситуации. После обеда - к генералу Йодлю (по поводу Греции). Следует пройти политическую "накачку" из-за 11-й итальянской армии. Дуче знает о политических намерениях своих соратников".

25 июля.

"08.10- вылет из Винер-Нойштадта. 11.00- приземлились в Салониках. Жуткое пекло. Разместились в гостинице "Средиземноморье". 17.00 - совещание у генерал-полковника Лоера. Все характеризуют положение как "сильно зависимое от снабжения извне". Необходимо очень много сделать, чтобы превратить Грецию в неприступную крепость. Собираюсь утром совершить ознакомительный полет - хочу набраться впечатлений до официального вступления в должность. Генерал Гаузе тоже считает, что здесь нам не придется "возлежать на розах". В 21.30 позвонил генерал Варлимонт и доложил, что итальянская армия будет в моем безусловном подчинении. Необходимо, чтобы немецкие дивизии напрямую подчинялись мне посредством германского, а не итальянского штаба, как это предлагают в "Волчьем логове". В 23.15 все отменяет звонок из ОКВ. Дуче арестован, а меня отзывают в Ставку. Положение в Италии крайне напряженное".

26 июля.

"07.00 вылетели по маршруту Салоники - Растенбург. Передислокация группы армий "Б" приостановлена. В 12.00 приземлились в Растенбурге. Немедленно отправился в "Волчье логово". Присутствовало все военное, государственное и политическое руководство рейха - рейхсминистр фон Риббентроп, гросс-адмирал Дениц, рейхсфюрер СС Гиммлер, рейхсминистр доктор Геббельс и др. Фельдмаршала Клюге вызвали для сообщения о Восточном фронте. Вклинивание под Орлом по-прежнему не ликвидировано. Американцы высадились в Сицилии и оккупировали западную половину острова. Похоже, и там намечается вклинивание. В Италии все до сих пор не ясно. Непонятно, какие последствия может вызвать свержение Муссолини. По приказу короля маршал Бадольо возглавил правительство. Все-таки следует ожидать, что вопреки заверениям короля и премьера Италия выйдет из войны. По крайней мере, британцы снова предпримут высадку в Верхней Италии. Обсуждение положения во время обеда у фюрера. Ждем министра Фарриначи - ему удалось бежать из Италии. В Риме эксцессы, бесчинства по отношению к фашистам и попытки захвата собственности Фашистской партии. Незначительные трения между германскими и итальянскими солдатами. Фарриначи утверждает, что в течение ближайших 10 дней Бадольо объявит о перемирии, тогда следует ожидать высадки англичан в Генуе и Ливорно".

27 июля.

"Вечером - оперативное совещание у фюрера. Присутствовал фельдмаршал фон Рихтгофен. Немецкие дивизии (44-я и 305-я пехотные), как и было ранее договорено с Муссолини, передислоцируются в Италию. Главный штаб вермахта получил предписание привести в полную боеготовность войска у Бреннера{22}. Фюрер пока не вводит войска в Верхнюю Италию, его окончательное решение зависит от политической ситуации в регионе".

11 августа.

"В 9.30 вылетели в штаб-квартиру фюрера, несмотря на оповещение о воздушной тревоге. Прилетели как раз к началу совещания. Присутствовали: Геринг, Дениц, Штудент и Гиммлер. Восточный фронт - глубокое вклинивание русских западнее Харькова. Под Ленинградом изматывающие бои под ураганным огнем в течение светового дня. Предполагаемое начало наступления - 12 августа...

...При обсуждении положения в Италии у меня возникло ощущение, что фюрер намеревается задействовать меня в ближайшее время. Я указал в кратком выступлении, что считаю своевременной постановку вопроса о конкретных требованиях к Италии в целях дальнейшего совместного ведения войны. Итальянцы должны были начать подготовку к обороне значительно раньше, но вплоть до сегодняшнего дня ничего так и не сделано. Фюрер считает, что наш партнер по "Оси" только выгадывает время и в конце концов выйдет из войны. Встреча Черчилля и Рузвельта, скорее всего, свидетельствует о намерениях союзников втянуть Италию в переговоры, а там недолго и до прямой измены - и все идет к тому, что им чертовски легко удастся сделать это! Единственный аргумент против - это отправка членов королевской семьи, в первую очередь принцев, к швейцарской границе. Похоже, фюрер придерживается старого плана возрождения фашизма как единственной действенной гарантии безоговорочной преданности Италии и ее верности союзному долгу...

...Фюрер критически отозвался о деятельности фон Макензена, фон Ринтелена и Кессельринга, которые до сих пор не понимают всю сложность создавшегося положения. Тот же Кессельринг вплоть до сегодняшнего дня продолжает с доверием относиться к новому правительству. Я доложил, что перевал Бреннер уже в наших руках, а на днях мы возьмем Сицилийский проход и Шайдекский перевал. Это необходимо, чтобы обезопасить коммуникационные линии от возможных актов саботажа...

...Геринг заявил, что фюрер выступает "единственным гарантом королевской власти в Италии". Фюрер остроумно ответил, что "вряд ли это понравится итальянскому королю. А вообще время королей уже вышло, и все королевства давно обанкротились".

Позлословили над британцами.

Вечерняя сводка с фронта. Фон Риббентроп предоставил в мое распоряжение генерального консула фон Нейрата. Я выразил опасения, что переговоры с итальянцами могут закончиться безрезультатно. Предложил - сражаться на Сицилии до последней возможности и, только исчерпав ее, отступить в Италию. Построить 4 глубоко эшелонированные оборонительные линии: 1. Козенца Тарент. 2. Салерно. 3. Кассино. 4. Апеннины - опорная позиция. Гитлер возразил, что из-за аэродромов Калабрии следует перенести отсечные позиции севернее Козенцы. Их следует устанавливать в "горловине", в районе Канта-Зары. Но и он не сомневался в том, что из-за нежелания итальянцев воевать пойдет насмарку и этот план. Я получил приказ вступить в переговоры с итальянским правительством в качестве его личного представителя. В переговорах примет участие и Йодль...

Во время вечернего совещания фюрер часто рассматривал аэроснимки острова Вентотен, где содержался под стражей Муссолини. После совещания он оставил Деница и Штудента, чтобы обсудить с ними вопрос освобождения дуче. Хочется надеяться, что эта акция не будет поручена мне, поскольку не вижу в ней ничего полезного..."

Реальная политика

После вступления в должность командующего группой армий "Б" и приказа обеспечить необходимую оборону Верхней Италии Роммель вплотную занялся "итальянским вопросом" и теми проблемами, которые повлекли за собой свержение Муссолини. Гражданскую позицию маршала в то время можно было бы выразить одной фразой: дуче исчез с политической арены, а вместе с ним пришел конец и фашизму. Тот, кто пытается делать ставку на обанкротившегося политика и его учение, непременно потерпит полное фиаско в недалеком будущем. В этом было принципиальное отличие его позиции от воззрений Адольфа Гитлера, который всегда заявлял:

–  У меня нет союза с Италией или изменниками из итальянского генштаба. Я подписал договор с моим другом и союзником Муссолини и итальянским фашизмом. Я останусь верен связывающей нас дружбе - дуче должен вернуться...

В 1943 году Гитлер все еще продолжал слепо верить в идеалы "арийской верности" и упорно строил воздушные замки дальнейшего сотрудничества с низложенным диктатором на основе дискредитировавших себя в общественном сознании идей неофашизма.

Богатый жизненный опыт позволял Роммелю с достаточной степенью вероятности предсказать грядущий ход событий. Прежде всего, он опасался, что в один прекрасный момент, а он в связи с ожидаемой изменой Италии не за горами, рухнет круговая оборона Германии и в зияющие бреши устремится враг. Настойчивые попытки генерал-фельдмаршала найти достойный с военной точки зрения ответ на возникшие вопросы разбивались о подозрительность диктатора, который не только не желал смириться с вмешательством армии в его святая святых - политику, но и прекрасно понимал, что предубежденность Роммеля к Муссолини в равной мере распространяется и на него самого.

Роммель чувствовал неприкрытую неприязнь Гитлера, но не позволял сбить себя с раз и навсегда избранного пути и мужественно боролся за право действовать в соответствии со своими убеждениями. В свое время он поддержал акцию, направленную на изменение германского внешнеполитического курса по отношению к Муссолини и фашизму. Барон фон Нейрат младший, вновь появившийся в ближайшем окружении маршала как офицер связи МИД, шеф Абвера Канарис и подполковник Молль, 1-"с" штаба группы армий "Б", с ведома и согласия Роммеля решили "нанести троекратный удар"! В докладных записках на имя высшего военно-политического руководства они безжалостно бичевали все промахи и заблуждения Фашистской партии, а также все ошибки и недостатки легкомысленного стиля руководства Муссолини.