Чтение онлайн

Эх, я скоро лопну!

– Ну как ты тут, чудо в колпачке?
– чмокнул меня в лоб Фарт.
– Куда ты столько набрала?

– Меня угощают! А отказываться от еды - глупо, - надулась я, пододвигая к себе пирог с курицей.
– Будешь половинку?

– Нельзя, еще по канату ходить.

– Боишься, тебя живот перевесит?

– А тебя твоя вредность не перевешивает?

– Наоборот! Не будь вредности, куда бы я сцеживала природный яд? У меня же вроде должна быть слюна ядовитой, я же хвиса.

– Ты бы потише, раз тебя ищут. Как бы не доложили.

– Ой, - опомнилась я, прижимая длинные ушки к голове.

Вроде никто особенно не обращал нас внимания, но мне так неуютно здесь стало. И любые взгляды вроде как подозрительны, и чужой голос похож на злобный заговор, и место вроде как неудачное - прямо на виду у всех.

Угу, и небо низкое, и ветер холодный и мир... не тот!

Здравствуй, паранойя!

– Идем, - взял меня за локоть Фарт.

И тут, как на зло, грянули фанфары. От неожиданности, да порядком расстроенных нервов, я подпрыгнула на месте и вцепилась в бедного парня мертвой хваткой.

Теперь выбраться будет сложнее, толпа гурьбой ринулась к центру площади, туда, где над головами простого люда возвышается пьедестал. Совсем недавно там еще танцевали гарные дивчины с румяными щеками и круглыми бедрами, которыми они неимоверно виляли. Не сообщи мне, что эти юные горожанки, дочери купцов и местной аристократии, я бы приняла их за облагороженных работниц местного увеселительного заведения. Хотя... если оглянуться, у них, бедняжек, явный дефицит нормальных мужиков. Вроде большинство сейчас или на разработках или еще с ярмаркой возятся. Вот и стараются девочки во всю. Тяжелая женская доля, или выходи замуж за молодого красивого, но бедного, или за богатого, но старого.

Миры разные... а проблемы одинаковые.

Пока я размышляла о судьбе местных женщин, Фарт пытался пробиться сквозь толпу, таща меня как паровозик. Я, как маленький, но жутко упрямый вагончик цеплялась за все что попало и пробовала сопротивляться. И не потому что не понимала - надо срочно менять место обитания, а потому как интересно стало - куда же все торопятся. В моем маленьком подмосковном городке так бывает, когда на народное гуляние приезжает какой-то певец, и все ломятся на него хоть глазком глянуть. Зачем? В далеком свете звезды не отогреться.

Наконец мы прижались к крайнему от площади дому, и я смогла расспросить Фарта.

– А куда все идут? А что там будет? Кто-то выступает, да?

– Ну... или глава города, или графства должен официально открыть ярмарку.

– Так, а ну пошли обратно, - потянула я его в сторону помоста.

Только такого фиг утащишь, он хоть и кажется худым, но жилистый, зараза. Уперся ногами, шипит, а с места не сдвинешь.

– Да нельзя тебе туда!
– Резко дернув за руку, Фарт прижал меня к нагретому камню дома.
– Посмотри, и так вся перемазалась. И натяни колпак нормально, а то ухо торчит!

Ухо действительно торчало как маленькая пушистая антенка. Еще и дергалось, позволяя мне услышать очень многое.

– Там будет Нелли, понимаешь? Я должна его увидеть и убедиться что он в безопасности. Пожалуйста, Фарт, мне это правда ну очень надо. Я же изведусь вся.

– Ну ладно. Идем.

– Куда?

– Наверх разумеется!
– улыбнулся он.

– Шо? Опять?
– прохрипела я.
– Нет, я не Лиска. Я кошка гуляющая по крышам. С перспективой на роль Карлесона.

Но мои сетования на судьбу вечного покрышечного беглеца никто не слушал. Фарт уже тянул меня за дом, ото всех подальше. Правда и тут не очень то... уединенно. Хм... нрав в городе, как я погляжу, свободный. Прям весь в своего покойного главу!

– Хватай меня за шею. Только сильно не дави.

– Как быстро я сегодня меняю роли. Вот что, Карлесончик, дорогой, ты одежду потом в платок заверни что ли.

– Зачем?
– не понял парень. Угу, я ж при них еще не оборачивалась.

– Сейчас поймешь. Ух, что ж у них тут камни такие жесткие, - ругалась я, уже обернувшись.
– Ну, что стоишь, вытаскивай меня из этих тряпок! Осторожней, крылья! И нечего ходить по моему бедному хвосту. Думаешь, один раз оторвать не получилось, теперь есть возможность оттоптать? Нет, бусы оставь, они мне нравится, уж очень идут к шерсти. Мамочка, дожили, я аксессуары подбираю даже не под цвет волос, а под шерсть! Дяденька дракон, заберите меня отсудова!

Но Каю в этот момент было явно не до меня. Так что пришлось тяжко вздыхать и раскрывать крылья. За эти несколько дней я уже как-то отвыкла от своего звериного облика. Хвост уже как родной, хотя почему как, а вот крылья пришлось "слушать". Создавалось полное ощущение, что я на них долго лежала, и теперь их слегка покалывало.

М-дя, теперь будем знать что оборачиваться надо почаще!

– Здорово!

Я подмигнула.

– Лезь давай. Я за тобой... прилечу.

На крышу мы залезли. И сразу же переместились на другую, немного левее, благо улицы узкие - Фарт перепрыгивал. А я легко планировала, заново привыкая к надежностью воздуха под перьями.

– А вот и Нелли!
– обрадовалась я, смотря, как мальчишка поднимается по лестнице.

Забавный такой, разряженный как кукла. Бедный мальчик, такая духота, а он в неком подобии камзола, застегнутый на все пуговицы, да еще и плащ на плечах мехом отделан. На груди здоровенная подвеска в мою ладонь, судя по блеску - не стекляшками выложенная, а у самого воротника уже знакомая побрякушка из-за которой мне хвост чуть не прищемили. Темные волосы свободной сияющей волной спадали вдоль лица. Красивый, чуть взволнованный, просто удивительно обаятельный. Людям он должен понравиться.

Мальчишка протянул руку, помогая взобраться по лестнице... Нет, ну это все-таки не женщина! Такие заморенные цыплята продавались в советское время. Похоже, именно так выглядела Твигги и моя мама в свои шестнадцать лет. Правда потом моя мама встретила моего папу, и он откармливал ее конфетами и сметаной. Но, а этим мощам уже ничего не поможет.

Тьфу, я конечно еще долго могла плеваться ядом, благо он у меня не переводиться никогда, но не признать что эта жердина мне не нравится хотя бы потому что является вдовой маркграфа, не могу. Она вообще-то красивая. Просто, плоская. Даже укусить не за что.

Вслед за ними прошли вооруженные люди, в форме армии графства, уж это я за время пребывания здесь различать навострилась. А вот чуть в стороне, так, что бы ни светиться, встал Вареник, собственной остроухой персоной.

Смотри как старается, чтобы сходство с сыном в глаза не бросалось. Даже гриву свою в тугую косу забрал, выставляя на показ нечеловеческие длинные и надо признать несколько мясистые уши, скуластое, жесткое лицо без какого-то намека на эмоции. Сильное красивое тело плотно обхватывают темные одежды, что делает его только более похожим на хищника, нелюдя опасного и коварного. Белый, с голубым подбоем плащ, накинутый на правое плечо, только номинально скрывает перевязь с оружием.