Чтение онлайн

Я припорошил тела снегом, чтобы хоть как-то скрыть их ужасную участь, и с тяжёлым сердцем пошёл назад к машине. Правая рука продолжала держать автомат — привычно, как вторую руку, — а в левой я нес всё остальное. Устал, как животное, на котором только что катались на цепях, но был не такой, что мог себе позволить остановиться. Время не ждёт, и не я решаю, когда отдыхать.

Очистка водительских мест стала следующим этапом, и она была не менее противной, чем всё, что я уже пережил. Я начал собирать снег в каски. Снежные хлопья, кажется, только усугубляли положение, когда я высыпал их в кабину, сливая кровь, будто она хотела вернуть всё на место. Запах — горький, кисловатый, вязкий. Это было похоже на то, как если бы вся жизнь внутри этого бронетранспортёра поглотила все возможные ароматы. Даже снег не мог смыть этот зловонный след, но я продолжал, пока последние остатки крови не исчезли, и снег не стал розоветь.

Тряпку я нашёл где-то под сиденьем, и она была такой же грязной, как и всё здесь. Но что мне оставалось? Нечем было дышать от этого удушающего запаха. Я вытирался ею, медленно, уверенно, как если бы чистота могла вернуть хоть немного контроля. Мои руки начали неметь, я терял всякую связь с реальностью, и всё это стало такой невыносимой рутиной.

Заметив, что темнеет, я понял — пора заканчивать. Мрак быстро наползал на землю, и хотя следы смерти двух неизвестных солдат я кое-как вычистил, остаточный запах всё равно оставался, как шрам на коже. Но это было всё-таки лучше, чем ничего.

Я снова набрал снег в каски, вернулся в бронетранспортёр и закрыл все замки. Только тогда я почувствовал, как отлегло от сердца, и как наконец-то я оказался в хоть каком-то безопасном месте. Тихо, лишь звуки дыхания эхом отдавались в кабине. И только теперь, сидя в этом металлическом убежище, я снял с себя бронежилет, отложил оружие, позволив себе немного расслабиться.

— Охх… — произнёс я, и было понятно, что это был не просто выдох, а освобождение от этого ужаса.

Внутри стало чуть теплее, но всё равно в воздухе чувствовалась ледяная пронизывающая пустота.

Теперь я мог бы попробовать завести двигатель и включить обогреватель. Но с учётом того, что свет уже потухал, а я не был уверен в механизмах этого чудовища, решил оставить это на утро. Не хотелось привлекать лишнее внимание. Ночью может произойти всё что угодно, а я был слишком уставшим, чтобы рисковать.

Я не собирался сразу заваливаться спать — было слишком рано, да и дел ещё предостаточно. Смотрел на оружие, которое лежало рядом, с любопытством, как если бы оно стало для меня чем-то новым, чем-то незнакомым. Пистолеты, автомат — вся эта жестяная сила, которая мне ещё предстояло освоить. Но пока было время, я мог хотя бы изучить их. Всё это — первое знакомство с тем, что теперь стало частью меня, частью того, кто я стал после того, как потерял память.

***

Прошло уже несколько часов.

Солнце ушло за горизонт, и мир поглотила тьма. Казалось, этот мрак зашёл в саму душу, не давая покоя. Я лежал на сиденьях, скрюченный, пытаясь найти хоть какой-то уголок, где было бы хоть немного удобнее. Но тело было как в капкане — не находил ни положения, ни покоя. Хотел спать, черт возьми! Но сон не приходил, как будто сама ночь не хотела меня отпускать. Тревога сжимала грудь, а ощущения внутри были настолько гнетущими, что даже дыхание давалось с трудом. Мне не хотелось думать о том, что ждёт меня впереди, но мысли сами ползли, как зловещие тени.

Я перевернулся на бок, но это не помогало. Я всё равно слышал шорохи, всё равно чувствовал эту невыносимую тяжесть на плечах. За себя тревожно. За будущее. Но главное — за себя здесь и сейчас. С каждым моментом этот металлический ящик становился всё менее безопасным, всё более глухим и холодным.

— Трск!

Это было так тихо, что я едва заметил. Но сразу же остановился. Ощущение, будто весь мир замер. Звуки не могли быть откуда-то изнутри машины. Это было нечто внешнее, странное.

Я сжался, не издавая ни звука, прислушиваясь.

— Трск… Архг… трск…

Звук становился ярче. Четче. Моя грудь сжалась. Это что-то было рядом. Эти звуки заполнили пространство, ударяя по нервам. Как будто что-то или кто-то подкрадывается. Я замер. Слышал только своё сердце, которое с каждым ударом становилось всё быстрее, всё громче.

И вот тогда я понял. Это было не в моей голове.

На улице раздались отвратительные звуки. Глухие, визгливые, искажённые, такие странные, что мозг просто отказывался их воспринимать.

— Пьи~и! Пии!

Пронзительные, как нож в живот.

— Пии! Иииии!

Каждое слово резало меня, как если бы кто-то зловещий нашёптывал прямо в мозг.

Я не мог понять, что это. Это было так… странно. Оно как будто врезалось мне в сознание, выжигая каждый уголок. Ощущение, что звук идет из самой темноты, словно он не принадлежал этому миру.

Я осторожно приподнялся, глядя в боковое окно. Моя рука уже не могла контролировать дрожь, она почти не слушалась меня. Сердце било в груди, как молоток. Вижу. Вижу всё. Но не могу поверить.

Снаружи, среди трупов, возникли существа. Не пауки, а настоящие монстры, твари, которые были не только огромными, но и совершенно непригодными для восприятия. Их тела — чёрные, мохнатые шары размером с кулак, едва различимые, но ноги… Эти ноги! Длинные, тонкие, полутораметровые, едва заметные в темноте, с которыми они передвигались, будто скользили по земле. Их движения были настолько быстрыми и извращёнными, что они казались неестественными, словно сами по себе не могли бы существовать.

Но хуже всего было то, что они творили с телами.

Они подползли к водителю, что лежал не под снегом, а с шевелящимися кусками плоти, и своими тонкими ногами стали разрывать его, ломая кости и рвав мясо. Их действия были пугающими, так как они просто играли с его телом, будто отрывая части жизни и смерти. Один из этих существ присосался к животу водителя, и, вжимая свои когти в его плоть, начал прогрызать её, постепенно поглощая всё, что было внутри. Пищал звук, такой противный и пронзительный, что мне захотелось сразу вырвать себе уши.

Но ещё хуже было то, что второй труп, который я оставил на земле, вообще не подвергся таким мучениям. Но когда я заметил, как из его тела торчали десятки паучьих ног, мои колени подогнулись, и я почувствовал, как холод пронзает меня до костей. Эти ноги — длинные и щуплые, зловещие, пробивались через его ребра, перерезая плоть. Ноги скользили, вгрызаясь в грудь, живот и даже через кофту. Несколько пауков уже ползали внутри, выгрызая органы изнутри. Всё это было настолько омерзительно, что я едва мог удержаться от того, чтобы не вырвать свои внутренности.