Чтение онлайн

— Я все верно расслышал, Никки? Потому что совсем недавно я пытался представить, как успокоить тебя из-за переезда Мии, а теперь ты говоришь о том, где мы будем жить…

Я сажусь обратно и радуюсь первому эмоциональному всплеску. Просто улыбаюсь ему, пока он продолжает размышлять.

— Придется тебе по буквам объяснить, любимая, и помедленнее. О чем ты спрашиваешь?

— Я спрашиваю, что случится после поездки в Лос-Анджелес и записи первого альбома с тобой? Что мы будем делать?

Он опускается на колени передо мной, кладет руки на мои бедра, как вчера в студии, когда признавался мне в любви и просил переехать к нему. Мне очень нравится видеть его предо мной на коленях.

Я киваю и наблюдаю, как он улыбается шире, осознав всю информацию. То, что я собираюсь закончить альбом и переехать к нему в Лос-Анджелес. Я даю ему все, что он хочет, и вижу, как складываются кусочки пазла. И знаю, что наконец он все понял, потому что вижу в его взгляде похоть и вожделение. Дыхание становится прерывистым, как после страстного поцелуя, рот немного приоткрыт, зрачки расширяются так, что полностью закрывают радужку. Напряженно наблюдаю, как эмоции сменяются на его лице, а мое собственное дыхание так же учащается.

— Все, что пожелаем, — рычит он, а затем набрасывается, словно тигр на добычу. Толкает меня на шезлонг, наваливается всем весом сверху и атакует мой рот, словно голодал годами.

Я кладу руку на его волосы и притягиваю ближе, выгибаясь всем телом под ним. Он прижимается губами к моему рту, проникая языком в мой рот. Я сопротивляюсь, когда стон срывается с моих губ.

— К-х-м, — громкое покашливание заставляет нас отстраниться друг от друга и не дает погрузиться в этот момент.

Зак рычит, медленно отстраняясь от меня. Его дыхание все еще прерывистое, но мужчина не отводит от меня взгляда.

— Чейз… Чувак, это не удачное время.

Чейз кашляет.

— Ага, но… Никки… Ты серьезно?

Я медленно перевожу взгляд от Зака и улыбаюсь Чейзу.

— Столь серьезно, как и сердечный приступ, Чейз.

Его щеки розовеют. Кто бы мог подумать, что огромные барабанщики из рок-группы могут краснеть?

— Простите, что помешал, — бормочет он скорее себе, чем нам, и направляется внутрь.

— На чем мы остановились? — спрашиваю я, оборачиваясь на Зака, лицо которого всего в дюйме от моего.

— Что это было? — он медленно отстранился и усадил меня на кресло перед собой. Мое тело болело от потери его прикосновений.

— Миа переезжает, — я вытираю рукой лоб. Так я поступаю только тогда, когда переживаю или волнуюсь, и Зак знает об этом очень хорошо.

— Я понял это. Как ты перенесла это? — мне нравится сосредоточенное выражение на его лице. На этот раз в этом необходимости нет.

— Думаю, я в порядке, — мне нужна минута, чтобы собраться с мыслями. — Я созванивалась с ней утром, разговаривала о записи и переезде сюда, а она «взорвала бомбу», сообщив о повышении. Международный отдел закупок. Прежде Миа отказывалась от предложения, и знаю, что причиной отказа было то, что она боялась оставить меня. А теперь подруга переезжает в Нью-Йорк после Рождества.

Зак минуту изучает меня. Вероятно все еще задается вопросом, почему я не расстраиваюсь. Медленно опускает голову и потирает шею, делая глубокий вдох. Мне знаком этот взгляд.

— Вот почему…

Я сжимаю его колено, прерывая его. Видимо, у меня тоже есть способность читать мысли.

— Заткнись, — он поворачивает голову в мою сторону, и я смотрю на него твердо и уверенно. — Нет. Причина моего согласия на переезд не в этом. И не поэтому я согласилась на запись альбома. Она рассказала об этом лишь после того, как мы обсудили все остальное. Это все не связано, и не думай, что мой страх остаться в одиночестве является причиной согласия на переезд.

— Ты уверена?

Ненавижу, когда он сомневается и проявляет неуверенность. Ненавижу.

— Да, абсолютно уверена. Я люблю тебя, Зак. И в ужасе от предстоящей записи альбома, но думаю, что через пару недель вы поймете, насколько я ужасна, и найдете другого клавишника. Но если этого не произойдет, я запишу альбом с вами, потому что мне нравится играть. В любом случае, я могу просто развлечься. И переезжаю сюда потому, что люблю тебя и хочу быть с тобой так долго, сколько смогу.

— Навечно, — рычит он, снова завладев моими губами. Быстро отстраняется, оставляя меня желать большего. На мой вопросительный взгляд он поднимает меня на ноги.

— Куда мы? — голос дрожит.

— Праздновать, — он подмигивает и ведет меня в дом, обратно в свою комнату, в нашу комнату, где мы занимаемся этим.

***

Зак

— Эй, очнись, — говорю я, обнимая Николь за талию. Она фантастически ощущается в моих объятиях, так идеально мне подходит. С тех пор, как мы отпраздновали согласие на переезд, она замкнулась. Я самый счастливый человек, и меня не волнует, что это звучит по-девчачьи. Я люблю Никки.

Наблюдаю, как ее взгляд становится ошеломленным от воспоминаний о Марке, а затем глаза темнеют от похоти. Приподнимаю уголок губ, потому что знаю, она снова завелась. Это великолепно.

— Что? — спрашивает Николь с мечтательной ноткой в голосе. Она нежная и податливая, мне хочется запустить руку в ее русые волосы и овладевать ею снова и снова, но сначала я хочу узнать, о чем Никки думает.

— И где ты была? Выглядела так, словно была на другой планете.

— Я просто грезила наяву, полагаю, — любимая перекатывается в мои объятия, и я крепче обнимаю ее. Николь чувствует мое возбуждение, и я тихо усмехаюсь, когда она немного краснеет.

— О чем?

— О тебе. О том, как сильно тебя люблю.

— Звучит, как хороший сон, — тихо шепчу я и перемещаюсь, нависая над ней, замерев в нескольких дюймах от ее губ. Прижимаюсь бедрами всего один раз и улыбаюсь, когда она закатывает глаза, и с ее губ срывается тихий стон. Я наклоняюсь и нежно целую ее, потому что не могу устоять.

— М-м… Самый лучший, — бормочет Николь, прижимаясь ко мне.

— Расскажи еще больше, — на самом деле мне хочется знать, что заставляет ее улыбаться и смущаться.

Мое тело дрожит, когда она проводит руками вверх и вниз по моей спине. Никогда не думал, что прикосновения женщины заставят меня так хорошо себя чувствовать, пока Николь впервые не обняла меня. Я проникаю языком в ее жадный рот и пробую на вкус. Она сочетает вкус кофе и секса, и мне требуется весь мой самоконтроль, чтобы не проникнуть в нее снова.

— Не хочу разговаривать, — шепчет Николь.

Я тоже, если честно, но увидев, как она снова краснеет, растет мое желание все узнать. Я видел, когда Николь отстранялась, вспоминая о Марке и Эндрю. Взгляд становится отрешенным, грусть застилает глаза. А иногда она кажется довольной, и это все, чего я хочу. Хотя сегодня в ее взгляде нечто иное, и хочу знать, что Никки не договаривает. Отстраняюсь от нее и усмехаюсь.