Лишняя дочь
Шрифт:
— Свен, узнай, как княгиня, — крикнул слуге, направляясь в купальню.
День клонился к закату, а у него еще ни крошки во рту не было. Есть хотелось зверски.
Пока Рагнар размышлял, что лучше — приказать подать еду сюда или спуститься в столовую, вернулся Свен.
— Служанка мистрис, Деяна, передала, что мистрис лучше. Она сейчас кушает.
Решение возникло мгновенно — он поест вместе с женой!
Да, целитель намекал, что Алана не хочет его видеть, но это было три часа назад. Может быть, княгиня уже передумала? В любом случае, он идет к ней.
Все время лежать было неудобно, а принимать пищу, лёжа, тем более. Но выхода не было — спина отзывалась болью на каждую попытку изменить положение.
— Потерпите, мистрис, раны только-только схватились, кожица еще очень тонкая и нежная, поэтому лучше поменьше двигаться, — увещевал Сиян. — Еще день-два и вы сможете и сидеть и ходить.
Попытку Деяны накормить ее с ложки, Светлана отвергла — что она, недееспособная, что ли?
Тогда служанка поставила блюдо прямо на подушку, дала ложку и отошла, скорбно вздыхая.
— Сходи, сама поешь, — разрешила Света. — Да не смотри так, ничего со мной не случится! В тарелке мне не утонуть, в окно не выпрыгну — встать еще не могу. Да не пугайся, это я шучу так. Неудачно. Иди, поешь, я справлюсь. Возле дверей охрана, мне ничего не угрожает.
Деяна с сомнением посмотрела на княгиню, но не стала спорить и вышла.
Светлана, морщась, приподнялась на локтях и ухватила ложку.
Суп вкусный, но надо черпать поменьше, а то половина расплескивается, пока до рта донесется.
Сзади открылась дверь, и Света с досадой проговорила:
— Я же велела тебе идти и поесть!
— Я и пришел поесть, — голос Рагнара.
Света вздрогнула и ложка, звякнув, выпала из руки в тарелку.
Муж подскочил, придержал, не касаясь пострадавшей спины, как маленькой, вытер подбородок от брызг, подсунул ей под грудь еще одну подушку, так что девушка теперь не висела на локтях, и подобрал ложку.
— Суп сегодня очень удачный — наваристый, ароматный! Отрывай рот!
Как под гипнозом, Светлана послушалась.
Есть так было намного удобнее и ни капли не проливалось.
Когда тарелка опустела, Рагнар опять промокнул ей рот и подбородок и спросил:
— Что еще хочешь? Здесь жареные цыпы, рыба в сметане, тушеные овощи, колбаса, отварная оленина.
— Жареного цыпленка.
Князь невозмутимо пододвинул блюдо, быстро покромсал птичку и прямо руками принялся подносить по одному небольшому кусочку.
Светлана старалась брать аккуратно, но нет-нет да ее губы прихватывали вместе с мясом и палец Рагнара. Это было… волнующе?
Светлана скосила глаза, пытаясь поймать лицо мужа, но перед носом возник следующий кусочек.
— Вкусно? — ровный голос князя.
— Вкусно.
— Еще что-нибудь?
— Нет, спасибо, я вполне сыта.
— Но отвар или взвар? Запить-то надо!
— Взвар, — решила Светлана, гадая, как князь будет ее поить.
Мужчина опустился на колени перед кроватью и поднес чашку с напитком, осторожно наклонив край так, чтобы Светлане было удобно пить.
Стукнула дверь, кто-то еще вошел.
— Поставьте все на стол, — не поворачивая головы, бросил князь.
Глухо звякнуло, шаги, хлопок двери и опять они вдвоем.
— Еще взвар? — спросил муж, когда чашка опустела.
— Нет, спасибо.
— Тогда давай, я устрою тебя поудобнее, а потом и сам поем. Так проголодался, что готов сырое мясо есть, — добродушно проговорил мужчина, поправляя подушки и помогая жене лечь.
Светлана повернула голову и с интересом наблюдала, как супруг расправляется с принесенными ему кушаньями.
Да, голодный мужчина — страшное зрелище.
Нет, Рагнар не особенно чавкал или швыркал, но скорость, с которой он закидывал куски в рот, как поленья в топку, поражала.
Видимо, на самом деле очень проголодался, вон, как мечет!
Интересно, зачем он пришел к ней? Ругать будет.
Света вздохнула — а заслужила же! Одна радость, он сейчас поест и подобреет. Порку она так и так получила, вряд ли князь придумает что-то еще в наказание, хотя с него станется!
Хорошо, что Сиян успел ей кое-что рассказать, а то она себе такого бы навыдумывала!
Рагнар поел и отодвинулся от стола, чувствуя, как сытостью наливается тело и опять подкрадывается предательская дремота.
Покосился на кровать — широкая же, он может прилечь с краешку и не заденет жену, не потревожит…
— Ты не возражаешь, если я лягу? Я осторожно и тебя касаться не буду.
Светлана удивленно захлопала глазами — он это ее спрашивает? Прилечь рядом? А как же выговор за нарушения и разбор полетов?
— Не возражаю, — выдавила она, ошарашено наблюдая, как мужчина снимает безрукавку, потом рубаху, потом штаны и осторожно укладывается сбоку.
— Эх, накрыться бы чем, — бормочет Рагнар. — А то зайдет твоя служанка, да обомлеет.
— Покрывало где-то сзади лежало, — отмерла Светлана, вспомнив, как постель перестилала Деяна.
— А, вот оно. Замечательно, — муж повозился и затих.
Светлана считала минуты. Рагнар молчал.
Что, даже ругать не будет и ничего не спросит?
Басовитый храп разнесся по комнате, и Светлана неожиданно для себя тихо рассмеялась.
Вот вам и сатрап иномирный — поел и баиньки, как обычный мужик.
Как там, в русской народной мудрости — сказках — рецепт правильного ведения допроса? В баньке попарь, накорми, спать уложи, а утром и расспрашивай.
Неужели, в Мадраскаре тоже есть такие сказки или Рагнар случайно угадал? Впрочем, баньки-то не было! Не выдержит ее спина баньку, а мягкими тряпочками ее по нескольку раз на день Деяна обтирает. Считается это за баньку?
Господи, что за идиотские мысли в голову лезут?
Выпороли-то чужое тело, но болит у Светланы. Хотя, кого она обманывает? Её это тело. Теперь её тело и жизнь иномирная тоже её. Значит, хватит витать в облаках и надеяться, что «само рассосется».