Чтение онлайн

Светлана покосилась на мужа — не подгреб бы ее по привычке. Есть у него стремление грабастать все, до чего руки дотянулись.

Но сатрап выводил носом рулады и руки держал при себе.

Незаметно для себя, Света уснула, и снилось ей, что лежит она, вернее, ее прошлое тело, все в трубочках и клеммах в какой-то больнице, а рядом стоит ее мать и ругается с врачами, требуя… отключить аппаратуру?! Мол, это и не человек уже, а растение, столько времени в коме, и ей самой жить тошно. Но врачи любящую родительницу из палаты вытеснили и что дальше, Света уже не видела и не слышала.

Проснулась, как от толчка и несколько секунд пыталась понять, где сон, а что явь.

Ведь, если ее тело там, в Москве, до сих пор живо, то, может быть, у нее есть шанс вернуться?

Рагнара в кровати не наблюдалось, но прежде чем Света успела удивиться, дверь открылась — девушка уже знала, что там купальня — и муж вышел подозрительно румяный и довольный жизнью.

— Выспалась? Сейчас впущу служанок, они помогут привести тебя в порядок, а потом позавтракаем.

Хм, князь продолжает играть роль «доброго полицейского»?

После того, как все утренние процедуры и завтрак завершились, супруги остались одни.

Светлана, чувствуя, что Рагнар стал серьезным, напряглась и сама.

— Алана, — начал сатрап, подсаживаясь так, чтобы видеть лицо жены. — Что ты знаешь о магических наказаниях через плеть?

«Не оригинально — целитель то же самое уже спрашивал», — про себя.

— Что надо попросить прощения, признать вину, и она остановится, — вслух.

— И все?

— Я знаю, что ты подставил свою спину, закрыл меня, когда понял, что я потеряла сознание.

— Ясно, практически ничего не знаешь. Мне очень хочется повернуть назад и лично придушить твою… матушку. Одна дочь выросла в невежестве и пренебрежении, вторая — во вседозволенности и потакании любым капризам, — Рангар покачал головой и продолжил. — Много веков назад один умный князь — Рэнлиф — обратил внимание, что при наказаниях аристократов один и тот же палач бьет по-разному. Пять ударов кнута могли оставить синяки, а могли убить и люди знали это, поэтому родственники приговоренных старались задобрить палача, что бы он бил мягче. А еще он заметил, что были случаи, когда наказанию подвергались невиновные. Оговорили человека или он просто попал под руку, а настоящий преступник остался безнаказан. Рэнлиф был сильный маг и очень умный человек, он решил, что нужен такой исполнитель приговоров, которого нельзя подкупить, который ровно относится ко всем. Сила удара также должна быть одинакова для всех и еще — он не должен наказывать невиновных, если вдруг люди, проводившие расследование, ошиблись. Спустя некоторое время для наказания знатных подданных Рэнлиф создал магическую плеть и магический кнут, а так же, заклинание, которое запускало их в действие. Я — потомок Рэнлифа, поэтому только мне подчиняются магические палачи, и только я могу их запустить. Для этого мне необходимо вслух произнести, какой проступок совершен, и назначить количество ударов, а дальше все сделает магический палач. Я могу не называть имя провинившегося, но должен четко назвать сам проступок — в какой день и в каком месте он совершен и в чем заключался. Если после запуска заклинания, палач не станет бить, это сигнал, что человек не виновен. Кстати, несколько раз было, что обвиняемые сами просили проверку кнутом или плетью, если не могли иначе доказать свою невиновность. Благодаря магии, кнут и плеть бьют всегда с одинаковой силой и сразу останавливаются, если наказываемый признает свою вину. Не просто кричит «больше не буду», а понимает, что виноват, и что больше такого не допустит. И если человек не желает громко признавать вину, а такие всегда были, но внутренне он знает, что виноват и раскаивается — наказание останавливается. Если кто-то решит закрыть собой наказываемого, его отшвырнет и наказание получит тот, кому назначено. Если отвязать и попытаться унести преступника, плеть и кнут последуют за ним, пока он не раскается или не получит все причитающееся.

Светлана слушала, еле сдерживая рвущиеся вопросы.

Рагнар помолчал, посмотрел в глаза жены и кивнул:

— Да, мы оба виноваты, поэтому плеть позволила нам разделить наказание. Я думал, что наказываю Лиану. Наказываю за то, что она ослушалась и ещё за то, что пыталась бежать, заставив нас задержаться и два дня прочесывать лес. Когда я понял, что у столба не Лиана, а ты, у меня не было времени думать, я действовал машинально.

Ты — моя жена и защитить, закрыть — естественный порыв. Магический палач не умеет думать, как думал бы человек, это просто магия, связанная заклятием. В случае с наказанием тебя вместо Лианы, для плети запуском послужило то, что я назвал нарушение — ослушание. Ты ослушалась, уйдя без охраны и сняв накидку, поэтому плеть и отпустила тебе десять ударов, два из которых забрал я.

— А почему тогда плеть на них не остановилась, а достучала до конца? — спросила Светлана. — Вы же сами себя не ослушивались?

— Я запустил заклинание, магия связала меня, плеть и тебя. Когда я понял, что допустил оплошность, то меня накрыло чувство вины за происшедшее с тобой, поэтому для плети это стало сигналом разделить наказание на обоих. Я не сразу осознал, что могу прекратить порку, а когда понял, то решил, что мне она не помешает. Боль хорошо отрезвляет и заставляет голову работать лучше и не допускать просчетов.

.- Я тоже была виновата, — пробормотала Светлана. — Сначала по глупости отрезала косы, и нас с Лианой стало не отличить. Потом забыла, что ты запретил мне удаляться от лагеря, снимать на людях накидку и велел везде ходить в сопровождении охраны. Я поверила слуге, хотя и колебалась, и пошла с ним без накидки и охраны.

— Я рад, что ты это понимаешь. Расскажешь, что произошло?

— Я кормила Фейри, как вдруг меня дернули за юбку. Из кустов выглядывал слуга, я его видела в отряде, он вел одну из повозок. Он знаками показал, что надо молчать и идти за ним, прошептав, что он от князя. Я подумала, что ничего не случится, ведь охрана рядом и зашла за куст. Там слуга сказал, что ты прислал его за мной и велел отвести меня к месту встречи. Предварительно мне надлежало быстро переодеться в мужскую одежду, а свое платье и накидку отдать слуге.

Я колебалась, но он надавил, что ты сам обещал мне сюрприз, и слуга подтвердил, что ты зовешь, ради обещанного сюрприза, я решилась.

— Постой, — перебил Рагнар. — Слуга сказал, что я тебя зову, чтобы показать сюрприз? Дело в том, что я никому о нем не говорил. Вспомни, как именно говорил слуга. Кстати, надо будет всех слуг показать тебе, чтобы ты назвала предателя. Когда заживет спина и ты сможешь хотя бы сидеть.

— Я не помню точно, как говрил этот слуга, — Светлана наморщила лоб, вспоминая. — Кажется, я усомнилась, что именно ты так таинственно зовешь меня, а слуга спросил — неужели, князь ничего не говорил, не предупреждал? О….

Света поражено посмотрела на мужа:

— Ведь это я ему сказала про сюрприз! На его вопрос, я ответила, что ты говорил только, что приготовишь мне сюрприз, и слуга сразу подхватил — мол, так это и есть сюрприз, надо скорее идти, князь не любит ждать. Рагнар, я такая глупая… Потом мы шли какое-то время, дальше слуга дал мне сумку и велел бежать к двум высоким деревьям, сказав, что ты меня там ждешь. А он сам, слуга то есть, будет ждать меня и князя на этом месте. Я поверила! Под деревьями меня ударили по голове, очнулась я у лиходеев. Они ругались, что я стриженая и такую дорого не продать. Тогда решили, что просто вернут меня князю, дескать, встретили в лесу, а князь даст вознаграждение. А, еще — они говорили, что их кто-то предупредил, что я убегу и они два дня караулили, пробираясь вслед за отрядом. Я сразу сказала, что княгиня, но главарь не поверил и велел запереть. А потом я поела и больше не могла говорить.

Света перевела дух и продолжила:

— Когда меня привезли, я кинулась к тебе, но ты даже не посмотрел! Я думала, что ты сразу узнаешь, но меня заперли вместе с Ринаей и никто даже не подошел, не спросил, не проверил — я ли это, здорова ли, — голос Светланы дрогнул, и она поперхнулась.

Рагнар погладил девушку по плечу, успокаивая.

— Это было, как в страшном сне! Ты — совсем рядом, но не видишь, не смотришь! А Лиана в моей повозке, и никто не видит, что это не я! А потом… это было очень больно и страшно. А я даже не могла говорить!!!

— Все позади, не плачь, — Рагнар вытер пальцем слезинку, сбежавшую по щеке девушки. — Ты испугалась и не поняла, что виновата, что ослушалась. Если бы это произошло раньше, то плеть остановилась бы и без моего вмешательства.

— Я поняла, что тоже виновата, только здесь, залечивая спину, — поморщилась княгиня. — В тот момент я была вне себя от ярости, злости и обиды, мне и в голову не пришло, что наказание в чем-то заслужено.

— Оба постарались, — вздохнул Рагнар. — Я бы ни за что не подверг свою княгиню публичной порке. Если бы разобрался, кто из вас где, то пороли бы Лиану. Испорченная девчонка, мне даже удивительно, что она твой близнец, настолько вы с ней разные.