Чтение онлайн

Света не представляла, что ей делать с девицей, во фрейлины она точно не годилась, но обижать гостеприимного баронета не хотелось, и девушка терпела неуклюжую Клермину. Если при княгине девица краснела и запиналась, то при князе деревенела и вообще дар речи теряла.

— Надеюсь, ты не собираешься пригласить дочь баронета? — подозрительно спросил Рагнар, укладываясь спать. — Как ни зайду, она все время возле тебя.

— Нет, и в мыслях не было. Но что же делать, я не могу ее прогнать. Баронет так старается. Потом, бедняжка не виновата, что настолько стеснительная и неуклюжая, у нее просто не было возможности научиться, смотри, в каком медвежьем углу они живут!

— В медвежьем? Это что такое?

— В глухом месте, далеко от больших городов и поселений, — пояснила Света.

— Не думал, что Саритания настолько отличается от Мадраскара, но у вас столько других слов, я не всегда тебя понимаю.

— Постараюсь говорить понятнее, — буркнула княгиня. — Так что мы будем делать с баронетом и его дочерью? Все-таки, они нас очень выручили, приютили, стараются.

— Завтра объявлю, что за помощь баронет освобождается на этот год от уплаты всех налогов, — решил князь. — Поддержу твою идею поощрения. Иди ко мне!

Светлана не успела и звука издать, как муж притянул ее к себе.

— Рагнар, — девушка уперлась ладошкой ему в грудь и осторожно отодвинулась. — Я рада, что все разрешилось, моя спина зажила, а виновные понесли или скоро понесут наказание, но я не забыла и пока не могу.

— Понимаю, — муж притянул ее обратно, пробормотав ей куда-то в район уха. — Я просто хочу приласкать мою княгиню. Если бы ты знала, как я испугался, когда понял, что у столба — ты!

Рагнар осторожно, будто пробуя на вкус, прикоснулся губами к мочке уха, провел языком по раковине.

— Щекотно, — хихикнула Светлана. — И мокро.

— Какая капризная у меня жена, — выдохнул мужчина.

В ход пошли руки. Горячие, чуть шероховатые, почему-то это особенно цепляло.

Вот же сатрап иномирный!

Светлана постепенно расслаблялась, подчиняясь волшебству прикосновений. Виктор никогда не заморачивался прелюдией, не пытался доставить ей удовольствие, она и не знала раньше, что это может быть так чувственно! Если Витя и касался ее тела, то только для того, чтобы доставить удовольствие себе. А Рагнар не спешил, чутко прислушиваясь к ее откликам, ласкал осторожно, но удивительно точно угадывая, как и где ей хочется, чтобы он нажал или погладил.

Внезапно перед глазами полыхнула картинка, как ее привязывают к столбу, бу-бу-бу — речь князя и свист плети.

Девушка вздрогнула и отстранилась, испуганно моргая, пытаясь понять — это видение или явь?

Рагнар глубоко вздохнул и притянул ее назад, обнял, устроив подбородок на макушке жены.

— Не бойся, просто посидим, а потом просто пойдем спать. Хорошо?

Светлана кивнула, почувствовав ощутимый удар головой обо что-то крепкое, и сразу же раздался сдавленный «ох» мужа.

— Что случилось?

— Какая у меня жена головастая! — пробурчал князь, потирая подбородок. — Чуть челюсть мне не вывернула. Сама-то целая?

— Целая, — ответила Светлана и хихикнула, поняв, что имел в виду муж и что у него получилось. — Наверное, не головастая, а голова крепкая? «Головастая» — это умная.

— У меня жена умная, — сразу согласился муж, укладывая супругу на постель и укрывая ее одеялом. — Но иногда такая глупая… Спи!

Утро ознаменовалось прибытием Аскотта руми Салера, главного военачальника Мадраскара и по совместительству, зятя Рагнара.

Крепкий, высокий светловолосый мужчина, царапнул Светлану колючим взглядом и склонился в поклоне:

— Князь, княгиня! Я счастлив, что первым приветствую вас на земле Мадраскара!

— Аскотт, рад видеть, — ответил Рагнар и обнял зятя. — Познакомься, моя жена, Алана тир Гранд.

Светлана изобразила нечто среднее между поклоном и книксеном. Военачальник еще раз уколол ее взглядом и склонился ниже, чем перед князем:

— Княгиня! Потрясен и очарован!

Светлана поёжилась — мягко стелет, но что-то ей подсказывает, что княжий зять совсем не в восторге.

— Князь, а где моя будущая невестка? Позволь мне поприветствовать и ее.

— Аскотт, все отменяется, — с досадой ответил Рагнар. — Эта девушка не подходит ни Критену, ни семье. Только гадюк нам и не хватало, тем более, бесплодных.

— Что случилось? — встревожился руми Салер. — Она погибла? Заболела?

— Не здесь, — отрезал князь. — Алана, подожди меня в спальне, я сейчас буду занят. Потом пообедаем и тронемся в дорогу.

Светлана дернулась было возразить, что про Лиану она бы с удовольствием послушала, но вспомнила про субординацию на людях и, вздохнув, повторила свой гибрид поклона с книксеном.

— Конечно, я проведу время с пользой — продолжу вышивать платок вам в подарок, — и, кивнув Деяне и воинам охраны, чтобы они следовали за ней, удалилась.

При резком повороте ее едва не занесло, потому что Деяна опять навешала на нее половину сундучка с драгоценностями, но Светлана успела выровняться и дальше шла плавно и неспешно. Еще бы — тащить на себе такой вес!

Нет, первым делом надо попытаться отменить этот идиотский обычай таскать на себе целую ювелирную лавку! Даже не отменить, а заменить на что-то менее вычурное и более легкое. Она подумает на досуге.

Оказавшись в спальне, Светлана с досадой осмотрелась — как же ей подслушать, о чем будут говорить князь с военачальником? Дверь в кабинет вела из гостиной, из спальни одна дверь вела в гостиную, вторая в купальню. И если Света не запуталась в географии покоев, то одна стенка купальни была общей с кабинетом.

Так, так…

— Деяна, сходи на кухню, попроси стеклянную чашку. Или кувшин.

— Стеклянную чашку? Они такие дорогие, не знаю, есть ли в этом поместье хоть одна, — с сомнением ответила Деяна. — Сейчас схожу.

— Побыстрее, пожалуйста! Если нет стеклянной чашки, то принести обычную, только не низкую, а высокую. Поняла?

— Да, мистрис.

Пока служанка ходит, Светлана осмотрела купальню и утвердилась в мысли, что одной стеной она соседствует с кабинетом.

Из гостиной раздались звуки — князь с зятем появились и проследовали в кабинет. Черт, где же Деяна?

— Мистрис, вот такой стакан есть, насилу отдали, — затараторила служанка, бережно поставив на стол высокий стеклянный стакан. — Он был в приданом покойной матушки мистрис Клермины, его очень берегут! Баронет любит пить из него вино.