Из того ли то из города из Мурома,Из того села да с КарачароваВыезжал удаленький дородный добрый молодец;Он стоял заутреню [76] во Муроме,А й к обеденке [77] поспеть хотел он в стольный Киев-град.Да подъехал он ко славному ко городу к Чернигову;У того ли города ЧерниговаНагнано-то силушки черным-черно,А й черным-черно, как черна ворона;Так пехотою никто тут не прохаживает,На добром коне никто тут не проезживает,Птица черный ворон не пролетывает,Серый зверь да не прорыскивает;А подъехал как ко силушке великоей,Он как стал-то эту силу великую,Стал конем топтать да стал копьем колоть,Ай побил он эту силу всю великую!Он подъехал-то под славный под Чернигов-град,Выходили мужики да тут черниговскиИ отворяли-то ворота во Чернигов-град,А й зовут его в Чернигов воеводою [78] .Говорит-то им Илья да таковы слова:«Ай же, мужики да вы черниговски!Я нейду к вам во Чернигов воеводою,Укажите мне дорожку прямоезжую,Прямоезжую да в стольный Киев-град».Говорили мужички ему черниговски:«Ты удаленький дородный добрый молодец,Ай ты, славный богатырь да святорусский!Прямоезжая дорожка заколодела [79] ,Закол одела дорожка, замуравела [80] ,Ай по той ли по дорожке прямоезжейДа пехотою никто да не прохаживал,На добром коне никто да не проезживал:Как у той ли то у Грязи-то у Черноей,Да у той ли у березы у покляпыя [81] ,Да у той ли речки у Смородины,У того креста у Леванидова [82] .Сидит Соловей-разбойник во сыром дубу,Сидит Соловей-разбойник, Одихмантьев сын;А то свищет Соловей да по-соловьему,Он кричит, злодей-разбойник, по-звериному,И от его ли то от посвиста соловьего,И от его ли то от покрика звериногоТо все травушки-муравы уплетаются,Все лазоревы цветочки осыпаются,Темны лесушки к земле все приклоняются,А что есть людей – то все мертвы лежат.Прямоезжею дороженькой – пятьсот есть верст,Ай окольноей дорожкой – цела тысяча». Он спустил добра коня да й богатырского,Он поехал-то дорожкой прямоезжею.Его добрый конь да богатырскийС горы на гору стал перескакивать,С холмы на холму стал перемахивать,Мелки реченьки, озерка промеж ног спущал;Подъезжает он ко речке ко Смородинке,Да ко тоей он ко Грязи он ко Черноей,Да ко той ли ко березе ко покляпыя,К тому славному кресту ко Леванидову.Засвистал-то Соловей да по-соловьему,Закричал злодей-разбойник по-звериному,Так все травушки-муравы уплеталися,Да лазоревы цветочки осыпалися,Темны лесушки к земле все приклонялися.Его добрый конь да богатырский —А он на корзни да спотыкается;Ай как старый-то казак да Илья МуромецБерет плеточку шелковую в белу руку,А он бил коня да по крутым ребрам,Говорил-то он, Илья, да таковы слова:«Ах ты, волчья сыть да травяной мешок!Али ты идти не хочешь, али нести не можь?Что ты на корзни, собака, спотыкаешься?Не слыхал ли посвиста соловьего,Не слыхал ли покрика звериного,Не видал ли ты ударов богатырскиих?»А й тут старый казак да Илья Муромец,Да берет-то он свой тугой лук разрывчатый,Во свои берет во белы он во ручушки,Он тетивочку шелковую натягивал,А он стрелочку каленую накладывал.Он стрелил в того-то Соловья-разбойника,Ему выбил право око со косицею [83] ,Он спустил-то Соловья да на сыру землю,Пристегнул его ко правому ко стремечку булатному.Он повез его по славну по чисту полю,Мимо гнездышка повез да соловьиного.Во том гнездышке да соловьиноемА случилось быть да и три дочери,А й три дочери его любимые.Больша дочка – эта смотрит во окошечко косящато,Говорит она да таковы слова:«Едет-то наш батюшка чистым полем,А сидит-то на добром коне,И везет он мужичища-деревенщинуДа ко правому ко стремени прикована».Поглядела его друга дочь любимая,Говорила-то она да таковы слова:«Едет батюшка раздольицем чистым полем,Да й везет он мужичища-деревенщинуДа й ко правому ко стремени прикована».Поглядела его меньша дочь любимая,Говорила-то она да таковы слова:«Едет мужичище-деревенщина,Да й сидит мужик он на добром коне,Да й везет-то наша батюшка у стремени,У булатного у стремени прикована —Ему выбито-то право око со косицею».Говорила-то она да таковы слова:«Ай же мужевья наши любимые!Вы берите-ка рогатины звериныеДа бегите-ка в раздольице чисто поле,Да вы бейте мужичища-деревенщину!»Эти мужевья да их любимые,Зятевья-то есть да соловьиные,Похватали как рогатины звериные,Бежали-то они да во чисто полеКо тому ли к мужичищу-деревенщинеДа хотят убить-то мужичища-деревенщину.Говорит им Соловей-разбойник Одихмантьев сын:«Ай же зятевья мои любимые!Побросайте-ка рогатины звериные,Вы зовите мужика да деревенщину,В свое гнездышко зовите соловьиное,Да кормите его ествушкой сахарною,Да вы поите его питьицем медвяныим,Да й дарите ему дары драгоценные!»Эти зятевья да соловьиныеПобросали-то рогатины звериные,Ай зовут-то мужика да деревенщинуВо то гнездышко да соловьиное.Да мужик-то деревенщина не слушался,А он едет-то по славному чисту полюПрямоезжею дорожкой в стольный Киев-град.Он приехал-то во славный стольный Киев-градА ко славному ко князю на широкий двор.Ай Владимир-князь он вышел из Божьей церкви,Он прошел в палату белокаменну,Во столовую свою во горенку,Они сели есть да пить да хлеба кушати,Хлеба кушати да пообедати.Ай тут старый казак да Илья МуромецСтановил коня да посередь двора,Сам идет он во палаты белокаменны.Приходил он во столовую во горенку,На пяту [84] он дверь-то поразмахивал,Крест-то клал он по-писаному,Вел поклоны по-ученому,На все три, на четыре на сторонки низко кланялся,Самому князю Владимиру в особину,Еще всем его князьям он подколенны им [85] .Тут Владимир-князь стал молодца выспрашивать:«Ты скажи-ко, ты откулешний [86] , дородный добрый молодец,Тебя как-то, молодца, да именем зовут,Величают, удалого, по отечеству!»Говорил-то старый казак да Илья Муромец:«Есть я с славного из города из Мурома,Из того села да с Карачарова,Есть я старый казак да Илья Муромец,Илья Муромец да сын Иванович».Говорит ему Владимир таковы слова:«Ай же старый казак да Илья Муромец!Да й давно ли ты повыехал из МуромаИ которою дороженькой ты ехал в стольный Киев-град?»Говорил Илья да таковы слова:«Ай ты, славный Владимир стольнокиевский!Я стоял заутреню христовскую во Муроме,Ай к обеденке поспеть хотел я в стольный Киев-град,То моя дорожка призамешкалась.А я ехал-то дорожкой прямоезжею,Прямоезжею дороженькой я ехал мимо-то Чернигов-град,Ехал мимо эту Грязь да мимо Черную.Мимо славну реченьку Смородину,Мимо славную березу да покляпую,Мимо славный ехал Леванидов крест».Говорил ему Владимир таковы слова:«Ай же мужичище-деревенщина,Во глазах, мужик, да подлыгаешься [87] ,Во глазах, мужик, да насмехаешься.Как у славного у города ЧерниговаНагнано тут силы много-множество —То пехотою [88] никто да не прохаживалИ на добром коне никто да не проезживал,Туда серый зверь да не прорыскивал,Птица черный ворон не пролетывал.А у той ли-то у Грязи-то у Черноей,Да у славноей у речки у Смородины,Ай у той ли у березы у покляпои,У того креста у ЛеванидоваСоловей сидит разбойник Одихмантьев сын.То как свищет Соловей да по-соловьему,Как кричит злодей-разбойник по-звериному.То все травушки-муравы уплетаются,А лазоревы цветки прочь осыпаются,Темны лесушки к земле все приклоняются,А что есть людей, то все мертвы лежат».Говорил ему Илья да таковы слова:«Ты Владимир-князь да стольнокиевский!Соловей-разбойник на твоем дворе.Ему выбито ведь право око со косицею,И он ко стремени булатному прикованный».Тут Владимир-князь да стольнокиевскийОн скорошенько вставал да на резвы ножки,Кунью шубоньку накинул на одно плечо,Тут он шапочку соболью на одно ушко,Выходил-то он на свой широкий дворПосмотреть на Соловья-разбойника.Говорил Владимир-князь да таковы слова:«Засвищи-ко, Соловей, ты по-соловьему,Закричи-ко, собака, по-звериному!»Говорил Соловей-разбойник Одихмантьев сын:«Не у вас-то я сегодня, князь, обедаю,А не вас-то я хочу да и послушати.Я обедал-то у старого казака Ильи Муромца,Да его хочу то я послушати».Говорил Владимир-князь да стольнокиевский:«Ай же старый казак ты Илья Муромец!Прикажи-ко засвистать ты Соловью да по-соловьему,Прикажи-ко закричать да по-звериному».Говорил Илья да таковы слова:«Ай же Соловей-разбойник Одихмантьев сын!Засвищи-ко ты во полсвиста соловьего,Закричи-ко ты во полкрика звериного».Говорил-то ему Соловей-разбойник Одихмантьев сын:«Ай же старый казак ты Илья Муромец!Мои раночки кровавы запечатались,Да не ходят-то мои уста сахарные,Не могу я засвистать да по-соловьему,Закричать-то не могу я по-звериному.А й вели-ка князю ты ВладимируНалить чару мне да зелена вина.Я повыпью-то как чару зелена вина, —Мои раночки кровавы поразойдутся,Да й уста мои сахарны порасходятся,Да тогда я засвищу да по-соловьему,Да тогда я закричу да по-звериному».Говорил Илья-то князю он Владимиру:«Ты Владимир князь да стольнокиевский,Ты поди в свою столовую во горенку,Наливай-ка чару зелена вина.Ты не малую стопу – да полтора ведра,Поднеси-ка Соловью-разбойнику».Тут Владимир князь да стольнокиевскийОн скоренько шел в столову свою горенку,Наливал он чару зелена вина,Да не малу он стопу – да полтора ведра,Разводил медами он стоялыми,Приносил-то он ко Соловью-разбойнику.Соловей-разбойник Одихмантьев сынПринял чарочку от князя он одной ручкой,Выпил чарочку ту Соловей одним духом.Засвистал как Соловей тут по-соловьему,Закричал разбойник по-звериному, —Маковки на теремах покривились,А околенки во теремах рассыпались.От него, от посвиста соловьего,Что есть людюшек, так все мертвы лежат,А Владимир князь стольнокиевскийКуньей шубонькой он укрывается.Ай тут старый казак да Илья МуромецОн скорешенько садился на добра коня,И он вез-то Соловья да во чисто поле,И он срубил ему да буйну голову.Говорил Илья да таковы слова:«Тебе полно-тко свистать да по-соловьему,Тебе полно-тко слезить да отцов-матерей,Тебе полно-тко вдовить да жен молодыих.Тебе полно-тко спущать сиротать малых детушек!»А тут Соловью ему и славу поют,Ай славу поют ему век по веку!
76
Заутреня – ранняя церковная служба.
77
Обеденка (обедня) – церковная служба после утрени, литургия.
78
Воевода – начальник войска, области, округа.
79
Заколодела – завалена колодьем, павшими деревьями; стала непроходимой.
80
Замуравела – заросла травой, стала незаметной.
81
Покляпыя – кривая, изогнутая.
82
Леванидов крест – место назначенных встреч богатырей и остановок во время их странствий, которое считалось священным.
83
Косица – висок.
84
На пяту – настежь.
85
Подколенный – младшие.
86
Откулешний – откуда взялся.
87
Подлыгаться – лгать.
88
Пехотою – пешим ходом.
Вопросы и задания
1. Какие черты народного идеала воплотились в образе Ильи Муромца?
2. Почему Илья Муромец отказывался стать черниговским воеводой, зачем он стремится в стольный Киев-град?
3. Как проявляются характеры Ильи Муромца и князя Владимира в их диалоге?
4. Каким общим мотивом связываются события, происходящие с Ильей у города Чернигова, у речки Смородины и в Киеве?
5. Найди в былине поэтические повторы.
6. Приведи примеры гипербол, встречающихся в былине.
7. Какой художественный прием в былине используется для того, чтобы показать силу свиста Соловья-разбойника?
8. Выпиши наиболее понравившиеся тебе эпитеты.
9. Подготовь выразительное чтение былины.
10. Нарисуй портрет Соловья-разбойника.
В мастерской художника слова
Русские сказители
Задумывался ли ты, как велика роль многочисленных русских певцов-сказителей в том, что былины, которые начали складываться еще в давние времена, сохранились до наших дней, не утратив своей поэтической красоты? А ведь записывать их начали, по существу, лишь в XVIII веке. Творчество сказителей – подлинное волшебство, которое ты можешь представить себе лишь с помощью своей фантазии. Мы сейчас знакомимся с былинами, но ведь былина – не просто жанр устного поэтического творчества, это жанр песенный. Былины исполнялись нараспев, часто в сопровождении гусельного аккомпанемента. Былины передавались от одного певца другому, часто от отца к сыну. Запомнить множество различных былин, подчас довольно больших по объему, было далеко не просто. Сказитель стремился запомнить сюжет понравившейся ему былины и ее наиболее важные эпизоды. Для соединения этих эпизодов в его распоряжении было несколько текстов, которые легко включались в любую былину (такие универсальные тексты называются клише). Читая различные былины, ты наверняка обратишь внимание на то, как похожи в них описания пиров, сборов богатыря в дорогу… У каждого сказителя были свои, особенно любимые клише, которые он использовал не только в различных былинах, но нередко повторял и на протяжении одной былины.
Сказителем мог стать лишь человек, который чутко улавливал особенности поэтического слова, поэтому все певцы очень хорошо чувствовали, как создается художественная образность былин. Главное изобразительно-выразительное средство былины – эпитет, причем эпитет постоянный, повторяющийся во всех былинах в разные исторические периоды ее существования. Конь в былинах всегда «богатырский», молодец – «добрый», сабля – «острая» и т. п. Отношение сказителя к персонажу передавалось с помощью уменьшительно-ласкательных или уничижительных суффиксов. Одного из самых любимых русских богатырей называют Ильюшенькой, а его противника Идолищем, да еще добавляя к нему эпитет «поганое». Так же как и в сказках, в былинах часто используется гипербола: у богатырей палицы «в сорок пуд», а соху Микулы не может поднять с земли вся дружина Вольги, в одиночку богатырь способен разметать целое вражеское войско…
Каждый сказитель, исполняя былину, вкладывал в нее частичку своей души. Это проявлялось не только в интонациях, тембре голоса, манере повествования, но и в том, как он стремился «улучшить» былину, внося в нее какие-то изменения. Певец выбрасывал устаревшие или непонятные ему слова, заменяя их другими, иногда переносил эпизоды из одной былины в другую, умножая подвиги богатыря или разворачивая его характеристику. Сказитель внимательно следил за реакцией своих слушателей, поэтому сразу же чувствовал, какие из его изменений удачны, а какие не принимаются. В этом заключался процесс «коллективного творчества», в результате которого рождалось художественно законченное произведение устного народного творчества.
Сокровища книжных полок
Народный эпос – это подлинный кладезь удивительных поэтических образов и увлекательных приключений. Но самая важная особенность – это характеры народных героев, разнообразные, но всегда привлекательные. Вчитавшись и почувствовав прелесть народной эпической поэзии, уже трудно удержаться от желания читать все новые и новые произведения.
Обрати внимание на несколько превосходных сборников былин. В них ты найдешь былины, в которых воспеваются сила, мудрость и подвиги русских богатырей: Ильи Муромца («Три поездки Ильи Муромца», «Илья Муромец и Калин-царь»), Добрыни («Добрыня и змей»), Алеши Поповича («Алеша Попович и Тугарин»). А также встретишь былины, повествующие и о других русских богатырях: Вольхе Всеславиче, Святогоре; о богатом новгородском купце Садко, побывавшем на дне у самого Морского царя.
Предметом изображения ряда былин стали реальные исторические события: отражение нападений на святую Русь, защита родины от нашествия монголо-татар («Илья Муромец и Идолище»), Ливонского ордена («Наезд литовцев»).
Среди множества памятников русского эпоса ты обнаружишь былины, по своему сюжету напоминающие сказки. Богатыри, пытая долю, противостоят силам зла, благодаря доблести и смекалке одерживают победу, предвосхищают вражеские козни, тем самым заслуживая славу и почести. Таковы былины «Три поездки Ильи Муромца», «Добрыня и Маринка», «Ставр Годинович».
Ну а если тебя заинтересовал западноевропейский эпос, я порекомендую тебе две книги.
Во-первых, «Песнь о моем Сиде» – испанский героический эпос, рассказывающий о ссоре Родриго Диаса, прозванного Сидом, со своим королем, о его борьбе с маврами и многочисленных победах над ними, о коварстве знатных принцев из Кориона и о том, как наказал их честный и мудрый Сид.
Во-вторых, книгу современного английского писателя Р. Л. Грина «Легенды о рыцарях Круглого стола». В этой книге перелагаются старинные эпические сказания о короле Артуре и рыцарях Круглого стола: Ланселоте Озерном, Ивене, рыцаре Льва, Говене, с которым ты очень скоро познакомишься, читая нашу волшебную книгу. Много приключений описал Р. Л. Грин, и в твоей воле узнать о них.
Третий урок волшебства
О связи и взаимодействии фольклора и литературы
Ты уже убедился в том, насколько активно взаимодействуют фольклор и литература. Особенно тесной связь между этими двумя видами словесного искусства была в прошлом. Совершенно очевидно, что такую поэму, как «Песнь о Роланде», должен был сложить какой-то один конкретный автор, но его имя не сохранилось, а саму «Песнь» распевали по Франции многие жонглеры (странствующие певцы). Очень не просто ответить на вопрос, фольклорное или литературное произведение «Песнь о Роланде». Не только в период средневековья, но и в более позднее время многие авторы обращались к мифам и народным легендам, используя их в своем творчестве.
Что же привлекает писателей в этих легендах?
Несомненно, их привлекает народный идеал, нравственная позиция героев. Уже сам факт существования легенды на протяжении длительного времени свидетельствует о значимости ее содержания. Если угодно, фольклор сохраняет и передает от поколения к поколению наиболее ценный опыт народа, и вполне естественно желание писателей приобщиться к этому опыту.
Я уже говорил тебе, что миф возникает как попытка поэтического объяснения загадок окружающего человека мира. Таким образом, миф как бы восполняет недостаточность человеческого знания и придает картине мира известную завершенность.