Чтение онлайн

Добавить к этим суждениям – увы! – ничего не могу. Но последнее предложение показалось мне весьма здравым.

Жан МИНДУБАЕВ, УЛЬЯНОВСК–ПЕРМЬ

P.S. А добавить кое-что всё же придётся. Глядя на российских чиновников, сильно возбудились и их украинские коллеги. Они взялись официально доказывать, что Колобок никак не может быть симбирского и даже российского происхождения, ибо в российской лексике нет слово «коло», обозначающего круг – колесо. А в украинской есть. И краеведа-доцента, и всех ульяновских чиновников обвинили в воровстве, не меньше! Тут ведь и до межгосударственного конфликта недалеко…

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,8 Проголосовало: 6 чел. 12345

Комментарии:

Новейшая история

Почему невозможна «демаоизация»

ПЛАНЕТАРИЙ

Владилен БУРОВ

Не стихают споры вокруг проекта программы так называемой детоталитаризации сознания граждан России, подготовленного в Совете по развитию гражданского общества и правам человека при президенте РФ. Более известен данный документ как программа «десталинизации». В нём утверждается, что «без усвоения общественным сознанием трагического опыта России в ХХ веке представляется невозможным движение российского общества к реальной модернизации».

В этой связи полезно обратиться к опыту Китая, его опыту отношения к своему историческому прошлому. Ведь в истории Китайской Народной Республики также были события, в чём-то аналогичные тем, что происходили и происходят у нас.

В ноябре 1979 г. под непосредственным руководством Дэн Сяопина началась подготовка специального документа, посвящённого оценке исторического пути Компартии Китая, политической деятельности Мао Цзэдуна, его места в истории Китая. В работе участвовало большое количество экспертов, партийных работников, в том числе высших руководителей партии. Велись жаркие дискуссии, сталкивались различные мнения, тщательно рассматривалось каждое положение. В июне 1981 г. состоялся VI пленум ЦК КПК 11-го созыва, на котором было единогласно одобрено специальное «Решение по некоторым вопросам истории нашей партии со времени образования КНР».

Естественно, что главным итогом деятельности КПК на всём протяжении её истории объявлялись «огромные успехи в деле социалистической революции и социалистического строительства».

Среди них: создание единого государства, преодоление «разобщённости, существовавшей в старом Китае». И это действительно было исторической правдой. Далее в «Решении» перечислялись достижения народного Китая в развитии экономики, образования, науки и культуры. Говорилось и о том, что основы китайской индустрии, ведущие отрасли тяжёлой промышленности были заложены при помощи Советского Союза. Конечно, сомнительно выглядел тезис, что «установлена и упрочена государственная власть демократической диктатуры народа (т.е. диктатура пролетариата), руководимой рабочим классом и основанной на союзе рабочих и крестьян. Это – невиданная в истории Китая власть нового типа, при которой хозяином страны является народ…»

Вместе с тем в «Решении» было признание большого количества серьёзных ошибок, совершённых руководством Компартии «в анализе обстановки и в понимании специфики Китая». В первые годы существования КНР это проявлялось в преувеличении масштабов классовой борьбы, а в экономическом строительстве – в «забегании вперёд».

Самой серьёзной ошибкой «всеобщего и длительного характера» явилась так называемая культурная революция под руководством Мао Цзэдуна. Ей в «Решении» посвящён специальный раздел. В нём подчёркивается, что «культурная революция» была смутой, вызванной сверху, по вине руководителей и использованной контрреволюционными группировками, смутой, которая принесла серьёзные бедствия партии, государству и всему многонациональному народу».

Прямо говорилось об «ошибочном левацком единоличном руководстве товарища Мао Цзэдуна, фактически заменившего собой коллективное руководство ЦК партии», о том, что «культ личности тов. Мао Цзэдуна был раздут до фанатизма». Была там и прямая критика в адрес Мао Цзэдуна. «Он стал всё больше зазнаваться, отрываться от действительности и масс, впадать в субъективизм, самоуправствовать и возвышать себя над ЦК партии, что постепенно ослабляло и даже подрывало принцип коллективного руководства и демократического централизма в партийной и государственной жизни».

На мой взгляд, доклад Хрущёва на ХХ съезде, разоблачающий культ личности Сталина, куда слабее «Решения ЦК КПК». Если первый документ – чисто эмоциональный отклик на события недавнего прошлого, то второй – это серьёзный аналитический взгляд. Его авторы пытаются понять и объяснить, почему партия, которая, в общем, успешно действовала в течение трёх десятилетий до взятия власти, не смогла предотвратить «культурную революцию», а ещё раньше «большой скачок» и «борьбу с правыми элементами».

Например, ошибочными и догматическими названы положения, содержащиеся в трудах классиков, о том, что и после завершения в основном социалистических преобразований мелкое производство по-прежнему рождает капитализм и буржуазию ежедневно, ежечасно и в массовом масштабе. Тут явный намёк на Ленина.

При этом вина за совершённые ошибки была возложена не только на Мао Цзэдуна, пусть и признанного главным виновником, но и на всё руководство партии. Это было признание и своих ошибок. Ведь тот же Дэн Сяопин, будучи во второй половине 50-х годов Генеральным секретарём партии, сыграл большую роль в борьбе против так называемых правых элементов. Хрущёв же всю вину за содеянное во второй половине 30-х годов возложил только на Сталина, позднее добавив к нему антипартийную группу Молотова, Маленкова и Кагановича. Но себя и других руководителей партии исключил из числа виновных.

Большой раздел в документе был посвящён месту Мао Цзэдуна в истории и его идеям. Общая оценка его деятельности была выражена следующими словами: «Товарищ Мао Цзэдун – великий марксист, великий пролетарский революционер, стратег и теоретик. Если рассматривать его жизнь и деятельность в целом, то заслуги его перед китайской революцией в значительной степени преобладают над промахами, допущенными в «культурной революции». Его заслуги занимают главное, а ошибки – второстепенное место».

При этом подчёркивалось, что от ошибок не застрахован никто, их совершали и Маркс, и Ленин. Далее в документе подвергались критике как те, кто, ссылаясь на ошибки Мао Цзэдуна, «пытается отрицать научную ценность его идей», так и те, кто отрицает совершение им ошибок и призывает во всём следовать его указаниям. По мнению авторов документа, необходимо отделять «идеи Мао Цзэдуна» как научную теорию от его ошибок.

Подобная оценка Мао Цзэдуна, на наш взгляд, объясняется необходимостью легитимации права Компартии на руководство китайским государством и строительством социалистического общества в китайской версии. Если бы вся деятельность Мао Цзэдуна была сведена к ошибкам, то, естественно, возник бы вопрос о законности руководящего места КПК в китайском обществе. Ради сохранения социально-политической стабильности в стране китайские руководители не могли допустить идейных шатаний в партии и народе.