Чтение онлайн

В редакционный совет входят: Г. Беликов, В. Головко, И. Касько, В. Ходарев, Л. Чистова.

Игорь СОЛНЦЕВ

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 0,0 Проголосовало: 0 чел. 12345

Комментарии:

Библиосфера

Воспоминания о начальной школе

КНИЖНЫЙ

РЯД

Марина Аромштам. Когда отдыхают ангелы . – М.: КомпасГид, 2010. – 208с. – 5000экз.

В 2008-мэта книга наделала много шума – оказалась лучшей «Заветной мечтой» (Национальная детская литературная премия). А в этом году Мюнхенская международная детская библиотека включила её в список выдающихся детских книг мира «Белые вороны – 2011».

И действительно, повесть Марины Аромштам «Когда отдыхают ангелы» совершенно неповторима и исключительна, как неповторима и исключительна жизнь ребёнка – хрупкая, воздушная, лёгкая и занимающая б'oльшую часть истерзанного родительского сердца. «Когда отдыхают ангелы» – это школьная история длиной в четыре года, а может быть, и в жизнь. «Конечно, дети должны любить свою первую учительницу. Это закон. Даже для тех, кто не сошёлся с учительницей характерами. Как я – с Татьяной Владимировной. А потом я любила Марсём, очень любила… Ещё дети любят маму и папу. Их они любят с самого начала до всего, что произойдёт потом… Но у меня не было папы. Если папы нет, что происходит с его долей любви? С той долей, которая ему предназначена? Никто не знает».

Героинь в романе две: Алина, десятилетняя мечтательница, и её Марсём (Маргарита Семёновна). Девочка рассказывает о маме, о дедушке, о папе, который живёт «в далёкой, прекрасной Франции, на родине шампанского, великих революций и гениальных художников», о своих школьных друзьях, первых влюблённостях, Марсём же мы видим через призму детской любви – с одной стороны, и через её крайне импульсивные дневниковые записи – с другой. Но почему-то всё равно нестерпимо хочется в тот первый класс, где учат считать на пальцах не только рук, но и ног, где по взмаху волшебной палочки отменяются все буквари и учебники чтения, где учителю просто важно видеть читающих детей: «В этот момент у вас умные лица, и я могу думать, будто нас что-то объединяет. Это некоторая компенсация за маленькую зарплату».

Для кого эта книга? Для подростков, чьи воспоминания о начальной школе ещё свежи, для родителей, которые хотят сохранить подвижность и лёгкость души своего чада, для учителей, которые думают, что они-то хорошие учителя, а вот дети нынче – не дай Боже.

Ребёнок в «Ангелах…» – хрустальный шар, который вроде бы легко разбить, но он так сияет своими гранями, что ломать его совершенно не хочется. Перекатывать этот шарик в руках можно бесконечно, но заглянуть внутрь удаётся лишь мастеру, да и то одним глазком.

«У каждого из нас есть ангел… Тот, что отвечает за наши поступки. Но ангелы не могут заниматься только нами. Если мы что-то делаем правильно… они улетают по другим важным делам. И тогда одной бедой становится меньше… Мой ангел знает: вечером я всегда чищу лопату. В это время он может быть за меня спокоен, может от меня отдохнуть. И он летит спасать кого-нибудь – от бури, камнепада, землетрясения». Дайте своему ангелу отдохнуть, возьмите в руки эту книгу.

Наталья МАРКОВЕЦ

Прокомментировать>>>

Общая оценка: Оценить: 4,5 Проголосовало: 2 чел. 12345

Комментарии:

Искусство

Иной Шекспир в иные времена

РАЗБОР

В Театре им. Пушкина в этом сезоне почтеннейшей публике представили сразу две английские головоломки: «Мышеловку» Агаты Кристи и «Много шума из ничего» Вильяма нашего Шекспира.

Времена, как известно, не выбирают. Сегодняшний театр – уже не трибуна и не кафедра. Он всё больше становится похож на парк развлечений с более, а чаще менее занимательными аттракционами. Сожалеть об этом можно, но толку-то? Нынешняя публика бытийными вопросами предпочитает не задаваться, а если и делает это, то за ответами спешит не в театр: в лучшем случае к модным психоаналитикам, в худшем – к ещё более модным экстрасенсам. Новый худрук Театра им. Пушкина Евгений Писарев об этом знает, но не теряет надежды вернуть публику в театр. Для чего и синтезирует зрелище, которое, с одной стороны, не отпугнёт зрителя относительно продвинутого (не высоколобого интеллектуала, но всё же не чуждого размышлений о времени и о себе), а с другой – зрителя спонтанного, заглянувшего в театр просто так, затем лишь, чтоб нескучно вечерок скоротать. В этом Писарев продолжает курс, взятый прежним худруком, Романом Козаком, год назад ушедшим из жизни. Но в отличие от предшественника Писарев рассчитывает только на собственную труппу. И правильно делает: дай бог, чтобы ему удалось создать возглавляемому им театру необщее выражение лица.

В этой стратегии «Мышеловка» Агаты Кристи представляется даже более правильным выбором, чем шекспировское «Много шума из ничего», не зря же эта пьеса в течение стольких лет держит пальму первенства по части зрительского успеха. Увы, к правильной пьесе нужен ещё и правильный режиссёр: детектив в театре вообще играть непросто, классический – тем более. Режиссёр Надежда Аракчеева попыталась разыграть историю мести сумасшедшего мальчишки за смерть маленького брата и собственное загубленное детство на полном серьёзе. Но тщательной проработкой характеров персонажей (у Кристи с этим как раз всё в порядке) не озаботилась, видимо, решив, что детектив в этом не нуждается. В итоге «вспомогательные» персонажи – обаятельный контрабандист Паравичини (Андрей Сухов) и клоунничающий лжеархитектор Кристофер Рен (Алексей Воропанов) – оказались и самыми яркими, и самыми естественными. Если бы спектакль был решён как «игра в убийство», юмор и лёгкое шутовство могли бы придать ему органичности. А так из героев, на которых, собственно, и держится сюжет, можно отметить только несчастного Троттера (Александр Анисимов) – жертву, ставшую преступником, загнавшим в мышеловку взрослых, исковеркавших его жизнь. Остальные актёры играют так, словно и сами не очень верят в то, что произносят со сцены. Саспенс, без которого детективу никак, держится на сюжете, музыке и световой партитуре, составленной Дамиром Исмагиловым. Ну и на любви к жанру как таковому и Даме Агате персонально. И хотя потенциал первоисточника постановка использует не больше чем процентов на пятьдесят, зритель, обожающий счастливые финалы, радостно аплодирует в конце.

Выбор одной из самых известных и любимых зрителем шекспировских комедий не так бесспорно выигрышен, как это кажется на первый взгляд. Да, Писарев научился у своего «старшего собрата» по режиссёрскому цеху Деклана Доннелана достаточно точно переводить истории Великого барда в современные ритмы и реалии. Губернатор старинной Мессины Леонато перенимает лоск и повадки вполне современного мэра, стражники оборачиваются полицейскими, пышные барочные интерьеры заменяются лаконичными белыми павильонами, которые могут «сыграть» и вокзал, и резиденцию мэра, и ночной клуб (сценография Зиновия Марголина). Возвращающееся неизвестно с какой войны войско принца дона Педро облачено в камуфляж, барышни из высокородных семейств одеты как фотомодели с глянцевых обложек, костюмы, выбираемые персонажами для маскарада, варьируются от Супермена до Дракулы (здесь, как и в «Мышеловке», костюмы, придуманные Викторией Севрюковой, восхитительно самоигральны). Маскарад превращается в дискотеку, лютни и мандолины вытеснены группой W/, песни которой (исключительно на английском) поясняют действие, а солист Евгений Плиткин удачно вписывается в сонм действующих лиц. И чтобы весь этот режиссёрский «произвол» считывался зрителем как нужно, даже перевод взяли не из классических, а Екатерины Ракитиной. В него шуточки горе-полицейских и в меру скабрёзные высказывания храбрых вояк монтируются практически «без швов».

Риск заключается в… сюжете. Любовная дуэль между Беатриче (агрессивная и раскованная Александра Урсуляк) и Бенедиктом (в должной мере маскулинный Александр Арсентьев) спокойно перекладывается на сегодняшние нравы. Людям, ищущим любви, легче насмешничать, чем довериться друг другу и отважиться нырнуть с головой в сильное чувство. В некотором смысле это уже – болезнь века. А вот имевшая принципиальное значение и в шекспировские времена, и много позже трагедия оклеветанной Геро (Анна Бегунова, «ангелочек без характера») и обманутого завистником Клавдио (Владимир Жеребцов, несколько неврастеничный, как это и свойственно слишком многим нынешним героям-любовникам и на сцене, и в жизни) в сегодняшних наших реалиях едва ли возможна. Ну ни к чему современным женихам целомудренные невинные невесты! Так что если первой паре зритель сочувствует неподдельно (благо не знающих сюжета в зале гораздо больше, чем посвящённых в его перипетии), то над второй, скорее, посмеивается. Исключение делается только для убитого горем отца. Леонато в исполнении Андрея Заводюка – пример виртуозного сочетания «старой» актёрской школы с абсолютным попаданием в рамки сегодняшних представлений о добре и зле. В сцене объяснения с принцем и Заводюк, и не уступающий ему по классу игры Константин Похмелов, исполняющий совсем небольшую роль брата Леонато – Антонио, воистину поднимаются до шекспировских высот.