Чтение онлайн

Естественно, при более внимательном изучении моё слишком простое предположение, что мы имеем дело с номиналом монеты, не подтвердилось, поскольку дальше, правее, вдоль копыт и морды коня более мелкими буквами написано: "mati". То есть "Adna mati" или "Adnamati". Надо думать - Единая, Всеобщая Мать. Так, кстати, слово в слово, это переводится на современный словенский: "Ena Mati". И хоть "ADNA" - не номинал, но всё же числительное, понятное, как и "mati", любому славянину и любому русскому.

Однако действительно ли норики верили в некую Единую Мать, или "Аднамати" - это, скажем, персонаж, изображённый с копьём на монете? Оказывается, верили - в Единую Мать, или, как они её ещё называли, Великую Мать народа (кратко - Целея, Матрея). А ещё верили в Великого Отца народа - Атту, Атца (Atta, Atec). Римляне, по своему обыкновению, называли их на свой лад - Норейей и Марсом Латобием (от латобиков - норикского племени). Причём других богов у нориков не было. Их даже нельзя назвать политеистами, потому что Великие Отец и Мать - не разные боги, а, так сказать, божественная семья, основатели Рода. Это весьма важное заключение, показывающее, что норикам был ближе монотеизм, а их потомкам не так уж тяжело было при переходе в христианство отказаться от заимствованных у соседей богов вроде Перуна (Перкунаса) и Хорса. А уж насколько норикский культ Великой Матери народа близок современным славянам, православным и католикам, с их культом Богоматери, делайте выводы сами.

Правда, относительно "Адной Мати" смущало вот что. Надписи той эпохи на монетах жёстко "легендированы": либо это имя изображённого персонажа, либо название монеты или той страны (области), что её чеканила. Имя я сразу отбрасываю, потому что "adna mati" - и на санскрите "одна мать". Не мог всадник с монеты именоваться "матерью". Монеты же такой: "аднамати" или "мати" (если "адна" - всё-таки номинал) мы не знаем. Как название страны "Аднамати" тоже не подходит. Хотя, постойте[?] Почему? А если имеется в виду не только Единая Мать, но и Родина-мать?

Называли же тавриски-венеды земли, с которых пришли в Таврон, Отчизной (по-венетски Атестиной - от Атты), а культуру - атестинской ("отеческой")! Собственно же "отчизна" (или "отчина", "вотчина") - это древний город Атестина с окрестностями в области Венетия на Апеннинах, ныне - город Эсте в итальянской провинции Падуя. Венеды сюда пришли из соседней Иллирии. Атестинская, она же палеовенетская, культура известна ещё с Х в. до н.э. Тавриски, по мнению учёных, являются типичными представителями этой культуры, но они, в отличие от оседлых венедов, были племенем кочевым и родину как таковую обрели, только осев в Тавроне. Этим и объясняется необычный для нас дуализм в понятиях Отчизна и Родина-мать у атестинцев и таврисков. Между тем и те, и другие были вынуждены отступать под натиском римлян из Адриатики в Альпы. Об их постепенном перемещении на северо-запад говорит цепочка топонимов: Венетия, Венеция, Венето, Виндобона, Вена, Винделиция, Виндониана, Вендидора и др.

Государство таврисков Н[?]рик (лат. Noricum) между верхним течением Дуная и Дравы существовало с IV по I век до н.э., а затем, после завоевания Норика римлянами, здесь была с конца I в. до н.э. по 420 г. н.э. одноимённая римская провинция. В древнеримских источниках IV в. до н.э. нориками называются не только тавриски, но ещё иллирийцы и кельты, с которыми тавро-венеды составили племенной союз.

Уровень развития Норика был достаточно высок. Здесь употреблялась своя оригинальная письменность и чеканилась собственная золотая и серебряная монета. Поскольку языки венедов и иллирийцев были близки, в Норике использовалось венетское и иллирийское алфавитное письмо, а также письмо на основе латиницы. Столицей царства была Норея (современный австрийский Клагенфурт). После завоевания Норика римлянами столицей провинции стал город Виндобона (современная Вена). Название это - Винд-о-бона - переводится просто - "венеды и бойи", то есть город венедов и бойев, тамошних кельтов, от которых пошло название Богемия.

В качестве провинции Норик просуществовал вплоть до распада Западной Римской империи. Затем он был захвачен при вторжении с севера германскими племенами герулов, алеманов, тюрингов и ругов. В 408 г. н.э. территория Норика завоёвана Аларихом I, в конце V века - остготами. В результате этих нашествий иллирийцы и кельты полностью покинули Норик. Тавриски-венеды, уже под именем славян, держались ещё столетие, прежде чем "сесть по Дунаю", как указано в ПВЛ.

Судя по опубликованному в Интернете глоссарию д-ра Штифтера, до 1977 года из памятников письменности нориков в распоряжении учёных-лингвистов имелись лишь названия и краткие надписи рунами и латиницей. Скажем, более ранние рунические памятники письменности венедов, найденные на Балканах и в Северной Италии, богаче. И вот - в Графенштайне обнаружена довольно длинная, в 7 строк, хотя и фрагментарная норикская надпись латиницей II в. н.э.:

MOGE [?] ES [

PЕ- LAV [?] EX [

ṆE [?] SAḌỊ[?]ES [

OLLO [?] SO [?] VILO [

ỌNẠ C [[?]]

OLLO [?] SO [?] V [[?]]

P LṾGNI [?] SI

В открытых и закрытых квадратных скобках указаны возможные не сохранившиеся (стёршиеся) места. Наиболее распространённое толкование Графенштайнской надписи австрийскими исследователями таково: Moge, возможно, является личным именем или его сокращением, Pe- (P[?]ii) lav - латинским сокращением, обозначающим вес, ne sadiies - глагольной формой, вероятно, означающей "ты не установишь", ollo so, вероятно, "это количество", и Lugni (Lugnu) - ещё одно личное имя. Таким образом, текст может, по мнению венских лингвистов, передавать некоторую коммерческую операцию.

А вот Д. Штифтер считает moge и lugnu si не личными именами, а кельтскими словами, правда, не пишет, что они означают.

Тут сразу обращает на себя внимание вот что: ne sadiies - явно славянская глагольная форма, пусть и в значении "ты не установишь", а толковать надпись пытаются с помощью латыни или кельтского языка. А, скажем, как быть со словом ona? Или с отрицательной частицей ne? И почему Moge - имя, а не такая же славянская глагольная форма, как ne sadiies? Например, Матей Бор, переводя венетские (балканские и атестинские) рунические надписи на современный словенский язык, однозначно толковал это нередко встречающееся moge (moze) как "може". Мы же имеем здесь не просто Moge, а Moge es[?] ("може ес [ть]") на горловине керамического горшка, предназначенного для хранения жидкой или твёрдой пищи. Так не логичнее ли предположить, что получателя письма ждал обед, а не "коммерческая операция"?

Вслед за "es[?]" во второй строчке следует Pе- (две вертикальные короткие палочки в данной письменной традиции означают "е"), и естественно предположить, что это "пей: "Може ес [ть], пе [й][?]". После Pе у нас явно сколота буква или знак (см. фото оригинала), поскольку надпись, скорее всего, процарапана не на сырой заготовке, а уже на обожжённом горшке. Получается - [?]lav, - почти что английская "любовь". Дальше ещё загадочней: "[?]ex" ([?]lav [?]ex[?]). Слова и впрямь какие-то не славянские. Но, написав "славянские", я подумал: а не сокращённая ли это "слава" - [s]lav[a]? А что же тогда такое "[?]ex"? Какого "экса" прикажете славить? Не "экса", ответил я сам себе, а "рэкса" (rex), царя! Ведь у нориков были цари, которых они именовали на римский лад "rex". Возможно, они ещё оставались и во II в. н.э. при римлянах, как были цари у евреев под властью Рима. А может быть, имеется в виду "великий бог" Атта/Атец, именовавшийся также и Царём. [S]lav[a] [r]ex[u] - это, очевидно, была общепринятая сокращённая форма славословия на письме. "Можешь есть, пей, слава Царю[?]"

В третьей строчке: Ne sadiies[?] Казалось бы, ясно: "Не садитесь". Но, думаю, хаотическая комбинация из четырёх вертикальных палочек после d, одна из которых (вторая) косая и длинная (см.), означает вовсе не - iiе-, а - е[?]е-. Мне кажется, здесь налицо описка: вместо четырёх коротких палочек автор нацарапал три, а потом, спохватившись, добавил косо ещё одну, "не в размер". К тому же выше он обращался к адресату в единственном числе ("може есь, пей"), - с чего бы ему переходить на множественное? Соответственно, тут, на мой взгляд, было не два, а три слова: Ne sade es - "Не сяде есь[?]" Уверенности в последнем мне придаёт то обстоятельство, что форма "сяде", как и "може", встречается в дешифровках М. Бором венетских надписей.

Четвёртая строчка - новая загадка: ollo so vilo[?] "Не садись есть рядом (около) с вилами", что ли? Действительно, сесть на вилы - это ещё хуже, чем наступить на грабли. Но почему автор надписи напоминает будущему хозяину горшка именно о вилах, а не о какой-то другой возможной неприятности во время трапезы? Тут что-то не так. Ясно только, что so - славянский предлог. А ollo? Если речь идёт о еде, то позволительно предположить, что это продукт. А не масло ли это - от латинского "oleum", восходящего к греческому "elaifon" (оливковое масло)? На старославянском и древнерусском масло будет "олеи", "олей". Норики же вполне могли называть его на иллирийский лад - "олло". Да и в качестве содержимого горшка масло вполне подходит.