Чтение онлайн

Тем не менее, когда последний наполеоновский солдат был выдворен за пределы России и главная русская армия, подкреплённая армией Тормасова и резервами, сосредоточилась у границы. Вопреки мнению Кутузова Александр I повелел продолжить преследование отступающего противника.

У Кутузова на сей счёт были довольно мрачные предчувствия. Когда русская армия в начале января 1813 года выступила в заграничный поход, один из близких помощников главнокомандующего записал в своём дневнике, что Кутузов на вопрос о перспективах похода в Европу ответил так: "Вернёмся с мордой в крови[?]"

Кутузов вскоре умер, но его предчувствия подтвердились. 1813 год для союзнических русской и прусской армий отнюдь не был триумфальным. Наполеон выиграл подряд три сражения: Лютцен, Бауцен и Дрезден. После поражения под Дрезденом русская армия была вынуждена отступить, и здесь чуть не произошла катастрофа, которая могла в корне изменить ход всей последующей европейской истории.

Союзная армия отступала по ущельям Богемских гор, другого пути не было. Выход же из этих ущелий на равнину перекрывал 40-ты[?]сячный корпус французского маршала Вандама. Богемские горы могли бы стать последним прибежищем русско-прусской армии, и тогда бы пришлось принимать те условия мира, которые продиктовал Наполеон. Всё бы так и случилось, если бы не беспримерный подвиг русской гвардии, которой в это время командовал А.П. Ермолов.

Отряд под командованием Остермана-Толстого, у которого Ермолов был заместителем, должен был обеспечить армии выход из гор. Но Остерман-Толстой был тяжело ранен, ему оторвало руку ядром, и под водительством Ермолова русская гвардия в течение многих часов удерживала и отбрасывала назад более чем вдвое превосходящие силы французов. В итоге корпус Вандама общими усилиями гвардии и вышедшей из богемских ущелий объединённой армии был разбит. Сам маршал был взят в плен, и тут, собственно, решилась судьба Наполеона.

– Но ведь после этого было заключено перемирие?

– Обе противоборствующие армии были предельно измотаны. И считалось, что после того как в России погибла Великая армия императора Наполеона, он остался без армии. Многих это вводило в заблуждение, и император Александр I исключением не был.

Но Наполеон вызвал часть своих войск из Испании, провёл новый набор в армию, включая и 17-летних юношей, собрал войска со всей Европы. И, как с удивлением писал Ермолов, перед союзниками вновь возникла довольно мощная французская армия, преданная своему императору.

Но, конечно, ресурсы противоборствующих сторон были не равны.

Во время перемирия велись интенсивные переговоры, к которым подключилась Австрия. Наполеону предлагали Францию в границах дореволюционных войн. При этом ему было предложено отречься от великого герцогства Варшавского, которое он организовал, чтобы привлечь на свою сторону поляков, он должен был распустить Рейнский союз, то есть оставить своих германских союзников[?]

Но Наполеон, выигравший подряд три сражения, категорически от этих условий отказался, хотяих принятие было бы спасением для него. Он оставался бы императором Франции. Но Наполеон считал, что лучше погибнуть, чем согласиться на эти, как он считал, позорные условия. Война продолжилась, и к 1814 году перевес был уже явно на стороне союзников, к которым присоединилась и Австрия, несмотря на то что дочь австрийского императора была женой Наполеона, а наследником Наполеона был внук австрийского императора.

Союзники, значительно превосходящие по численности Наполеона, после многих локальных побед нанесли ему решительное поражение в битве под Лейпцигом, названной "битвой народов".

В конце концов союзные армии подошли к Парижу, он был взят, и Наполеон, находившийся в это время с остатками своих войск далеко от Парижа, под давлением своих маршалов отрёкся от престола[?]

– Но любая побеждённая и чувствующая себя униженной нация лелеет в коллективном подсознании мечту о мщении[?]

– Когда Кутузов, насколько это было в его силах, сопротивлялся заграничному походу и окончательному сокрушению Наполеона, он имел в виду нечто подобное, что произошло во время Крымской войны. Он предвидел, что Россия может оказаться в противоборстве с объединённой Европой. Это и случилось.

А ведь после Тильзита Наполеон предлагал Александру I нечто подобное разделу мира. Совместный поход русских и французов на Индию положил бы конец владычеству Англии на континенте.

Что же касается поражения России в Крымской войне, то для племянника Наполеона, Наполеона III, это был, безусловно, реванш. И французское общество эту победу воспринимало именно как реванш за поражение.

– Как вы считаете, высший генералитет Российской империи, особенно иностранцы, каких там было очень много, служил России или её императору?

– Это были разные люди. Барклай, без сомнения, был человеком, безусловно преданным России. Он фактически принёс себя в жертву. Он мог уступить давлению генералов, как-то лавировать, но он предпочёл служение России. Он говорил Ермолову, которому не очень-то и доверял как другу Багратиона, что в Бородинском сражении он искал смерти, видя в этом выход из сложившегося положения. Он командовал войсками верхом на коне в парадном мундире при всех орденах и в шляпе с плюмажем, являя собой идеальную мишень. А после сражения с горечью сказал Ермолову: "Я искал смерти в сражении, но не нашёл её".

Нессельроде же, к примеру, был классический дипломат-бюрократ, и, безусловно, интересы России он отстаивал как русский министр иностранных дел. Но главным, особенно в период царствования Николая I, для него всегда было мнение императора. Он был из числа министров, не склонных рисковать карьерой, отстаивая интересы России. Благу России он предпочитал личную карьеру.

Подавляющее же число русских генералов, в том числе и с немецкими фамилиями, были русскими патриотами, иначе о каких победах русского оружия можно было бы говорить?

– Совсем недавно наши донские казаки прошли путём генерала Платова и "вошли" в Париж, а на Елисейских полях к ним присоединились французские гвардейцы, которые символизировали побеждённую армию Наполеона[?]

– Французы, очевидно, отнеслись к этому событию с юмором. Они, надо сказать, трезво относятся к своей истории. Ведь не зря их национальным гимном до сих пор остаётся революционная "Марсельеза", что поразительно. Казалось бы, революция принесла Франции и французам неисчислимые беды[?] Они и сейчас говорят о своей революции с некоторой опаской, но и с уважением, считая, что Франция является тем, чем она сегодня является, в том числе и благодаря Великой французской революции.

Как мне кажется, нынешние французы не воспринимают Наполеоновские войны как унизительные поражения. Культ Наполеона существует во Франции до сих пор, но, как мне кажется, существует и понимание того, что Наполеон обошёлся Франции слишком дорого.

Да и нам не плохо бы помнить, что победа над Наполеоном - это не только "Едут, едут по Парижу наши казаки", но и неисчислимые жертвы, и запредельное напряжение народного духа и сил.

Беседу вёл Владимир КРОТОВ