Чтение онлайн

Вот что писали адвокаты в своём возражении на кассацию обвинения: «В своём представлении кассатор, игнорируя собранные по делу и исследованные в суде доказательства, продолжает настаивать на виновности Ефремовой Г.В., также утверждается, что выводы, сделанные судьёй районного суда г. Москвы Рябининой Л.Н., не соответствуют фактическим обстоятельствам дела...» Далее адвокаты подтвердили, что в судебном следствии все представленные доказательства были исследованы подробнейшим образом, что Ефремова осознанно не поворачивала оружие, а такое физическое явление, как отдача оружия, развернуло пистолет в сторону от стрелковой трассы.

Об этом говорили и все свидетели, присутствовавшие при трагедии, включая и инструктора Борискина. Последний на очной ставке с Ефремовой 20 мая 2011 г. на вопрос следователя: «Что, по вашему мнению, послужило причиной данного происшествия?», ответил: «В первую очередь случай. А требования техники безопасности ни с моей стороны, ни со стороны Ефремовой нарушены не были». Об этом же свидетельствует и вещественное доказательство – запись камеры видеонаблюдения. Это подтверждают и эксперты в своём заключении о возможности поворота рук Ефремовой влево в результате отдачи оружия. А это свидетельствует о явном казусе.

На протяжении всего уголовного преследования позиция защиты не только не менялась, но и получала всё более весомые доказательства невиновности Ефремовой Г.В., и в судебном следствии получила своё полное подтверждение. Сама длительность судебного следствия свидетельствует об объективном, полном исследовании материалов уголовного дела, результатом которого стал законный, обоснованный и справедливый оправдательный приговор. И решение повторного суда было однозначным: оставить приговор без изменения, а кассационное представление без удовлетворения.

Благодаря большой работе, ходатайствам и справкам, а их в подобных делах бывает поистине огромное количество, сторона защиты сумела выполнить своё предназначение, а именно нейтрализовать попытки обвинения навести тень на плетень и повернуть пресловутое «дышло» из поговорки, которое «как повернёшь, так и вышло». На этот раз адвокаты всё сделали правильно, сумев содействовать оправдательному приговору для обвиняемой в «деле об убитой подруге», как я назвал его для себя.

Совсем недавно мы с женой и сыном отдыхали в Крыму. В один из дней мы посетили знаменитый Ливадийский дворец, что недалеко от Ялты. В выставочном зале дворца я увидел уникальную экспозицию, названную «Таврика. Античность и Средневековье». На стендах были представлены находки из многих археологических экспедиций. И каково же было моё удивление, когда рядом с этими древними артефактами обнаружились фотографии, сделанные сравнительно недавно. На этих снимках – застывших мгновениях прошлого – я среди других археологов увидел знакомые лица двух женщин, стоявших на самом краю раскопа. Это были Галина Ефремова и Алла Воронихина.

Обе чему-то радо­стно улыбались, не подозревая, что очень скоро шальная пуля, выпущенная Ефремовой, оборвёт жизнь её пoдруги.

P.S.

Имена и фамилии действующих лиц по понятным причинам изменены.

Эми Чуа. Боевой гимн матери-тигрицы.
– М.: АСТ: CORPUS, 2013. – 288 с. – 4000 экз.

Эта книга угодила в книжный рынок США, как камень в стоялый пруд. Ещё бы: мать семей­ства – и не маргиналка какая-нибудь, а преподаватель Юридической школы Йельского университета, представительница верхне-среднего класса – признаётся в том, как поганой метлой выметала за порог своего дома большинство тех (уже никем и не оспариваемых) свобод, из которых складывается западная, либеральная модель воспитания.

Смотреть телевизор. Играть в компьютерные игры. Ночевать у друзей. Участвовать в школьной самодеятельности. Иметь соб­ственные предпочтения в занятиях. Всё это было запрещено маленьким дочерям Эми Чуа – Софии и Луизе. Вместо этого в два года они читали книги, а в четыре были усажены за пианино. Эми знала, что делает. Дочь китайских иммигрантов, она с раннего детства видела, как тяжко, усердно – и плодотворно! – работали её родители, чтобы выбиться в люди. Им это удалось, самой Эми пришлось уже легче – хотя она всегда знала: что бы ни случилось, она должна быть первой, она не имеет права обмануть ожидания родителей. Её дети росли уже в полном достатке – и Эми это пугало. Она боялась вырождения, угасания, которое наступает в отсутствие труда. В качестве каждодневных нагрузок для своих дочерей Чуа выбрала классическую музыку и математику. Трудись и почитай старших – таков китайский путь, и хотя муж Эми, отец её девочек – еврей, она не собиралась от него отступаться.

Вы говорите, свободный выбор? Эми смешно вас слушать. Она убеждена: если дать детям выбирать, чем они хотят заниматься, они выберут торчать в Интернете и поедать фастфуд. С каким презрением она пишет о "безвольных и снисходительных" западных родителях: «Я помню девочку по имени Обри, которую заставляли упражняться по минуте в день за каждый год её возраста. Ей было семь». София и Лулу занимались музыкой не менее чем по два часа в день, не делая перерыва даже в каникулы! Они никогда не получали подарков за упражнения – только за большие успехи. Таких успехов девочки добились уже к десяти годам. И в этом была огромная заслуга Эми.

Быть либеральным западным родителем легко. У вас – свои интересы, у детей – свои. Можно даже не пересекаться. Быть китайской мамой очень трудно. Во-первых, на Западе это «тайная практика». Китай­ская мама может наорать на своего ребёнка, оставить его без ужина, назвать дрянью. Ей приходится скрываться от окружающих: другие родители этого не одобрят. Во-вторых, совершенно не важно, интересно маме или нет то направление, которое она посчитала перспективным для своего ребёнка. Вы должны полностью вложиться в него. Эми Чуа, имеющая лишь начатки музыкального образования, с головой нырнула в мир композиций, инструментов, технических приёмов, всех и всяческих нюансов, которые важны для исполнительского мастерства. Пусть она не умеет играть на скрипке, но даже в отсутствие педагога она должна видеть и слышать, что её девочка делает не так. А когда её старшая дочь заняла второе место на соревновании по умножению, Эми неделю по вечерам стояла над ней с секундомером, пока София решала сотни примеров. И в следующий раз место было уже первым.

Кому это было нужно – матери или дочерям? Эми убеждена во втором. Уверенность в себе – о, это очень важно для китайского ребёнка. Но уверенность приходит только с успехом, причём безусловным. А до тех пор пока ты не первый, ты должен вести себя скромно. Дочери Эми Чуа были круглыми отличницами, говорили на нескольких языках (включая китайский) и играли во взрослых оркест­рах. Так было до тех пор, пока младшая не взбунтовалась[?]

Да, такое оказалось возможным. Мир Эми Чуа чуть не потерпел крах, и книга, которую она написала вместе со своей семьёй, – попытка осмыслить, как она, такая правильная мать, оказалась так близка к провалу. К счастью, ей удалось взять себя в руки и на сей раз дать дочери возможность выбрать. Лулу выбрала теннис. Тренер был потрясён её работоспособностью и упорством, о чём и сообщил маме, которая в это время предавалась меланхолии и мыслям о том, что из дочери всё равно уже не получится большая спортсменка. Но девочка, которую всю жизнь учили добиваться успеха, просто не могла вести себя иначе и в теннисе.

И знаете что? Теперь Эми Чуа погрузилась в теннисную жизнь. Она до мелочей изучает технику выдающихся теннисистов и пристально наблюдает за игрой своей дочери. Она отказалась от попыток контролировать её и подыскивать ей тренеров, но иногда даёт советы. «Лулу затыкает уши, мы ссоримся, но моё сообщение достигает цели, и я знаю, что она знает, что я права».

Нечасто на мемориальной доске прочитаешь поэтическую строку[?] Спасибо двум Михаилам - скульптору Дронову и архитектору Крихели, что они нашли на пространстве доски место для знакомых слов "Ты меня никогда не забудешь…" Установлена доска, как вы уже поняли, поэту Андрею Вознесенскому (его не стало три года назад), на знаменитой высотке на Котельнической набережной. Благодарности заслуживают сотрудники столичного Департамента культуры, которые не забыли и про 80-летие легендарного шестидесятника.