Чтение онлайн

Мариинский театр побаловал меломанов юбилейным концертом подлинной примадонны Ольги Бородиной с её уникальным меццо. А 4 октября состоялся бенефис одной из немногих носительниц мхатовской классической традиции на петербургской драматической сцене: Тамара Абросимова отметила 50-летие своей сценической карьеры замечательным моноспектаклем-долгожителем Театра имени В.Ф. Комиссаржевской «О жизни, смерти и любви». Это три истории о женских судьбах, рассказанные с поразительной силой чувства и столь редким ныне актёрским психологизмом.

В городе над хладными фин­скими водами открылся и традиционный фестиваль театров Восточной Европы «Балтийский дом» – под слоганом «Русские!» и спектаклем с таким же дерзким по нынешним временам названием. В программе фестиваля – литовская и фламандская интерпретации русской классики, а также знаменитая «Божественная комедия» Э. Някрошюса. Двадцать третий по счёту фестиваль продлится до 20 ноября.

Мария ФОМИНА

Теги: выставка , театр , концерт

В своём дневнике 1936 года жена Бориса Корнилова и мать его дочери - Ольга Берггольц написала: "Борька арестован. Арестован за жизнь. Не жалко". Мы можем только догадываться, какой ад она носила в душе.

Но в 1939-м она посвятила ему такие, как мне кажется, покаянные строки:

и плакать, и плакать, и плакать мы будем,

мы знаем с тобою о чём[?]

Да, они – поэты, они знали. Не знали другие. Когда Борис Корнилов уже не числился в списках живых, слухи о его чудесном спасении росли, как снежный ком.

Ему мстили за талант даже мёртвому: этак «через губу» глаголили, что от него осталась всего лишь песенка из кинофильма «Встречный».

Будто предвидя это и бросая вызов судьбе, совсем ещё молодой Борис Корнилов написал: «Я буду жить до старости, до славы». Не вышло. Не дожил он ни «до старости», ни «до славы». Он просто ушёл, чтобы остаться среди людей. И остался среди них навсегда.

И вот, пусть и с перерывом, уже более десяти лет в Санкт-Петербурге вручается литературная премия «НАВСТРЕЧУ ДНЯ!» имени Бориса Корнилова. Она была учреждена в 1997 году отделением СП России и ТОО «Грани». Этой премией отмечаются поэты, писатели и публицисты за литературные исследования и материалы, способствующие увековечению памяти поэта, а также авторы поэтических произведений, являющиеся продолжателями творческого наследия Бориса Корнилова.

Статус независимой премия обрела в 2009 году, а её финансовым гарантом стала некоммерческая организация «Литературный фонд «Дорога жизни», возглавляемая поэтом Дмитрием Мизгулиным.

2013 год – год 75-летия со дня убийства Бориса Корнилова. В день его гибели – 21 ноября – в Российской национальной библиотеке в Санкт-Петербурге традиционно соберутся почитатели творчества поэта. Они помнят.

Владимир КРОТОВ

Теги: Борис Корнилов , премия

Владимир Илюшин. Глиняный человек: повести и рассказы. После­словие А. Лобычева.
– Владивосток: Тихо­океанское издательство "Рубеж", 2012. – 512 с. – (Серия: Архипелаг ДВ). – 3000 экз.

Казалось бы, за свою 41-летнюю жизнь Владимир Илюшин успел многое. Родившись в 1960 году в селе Новоалександровка Амурской области и окончив здесь школу, он служил в армии на Камчатке, учился во Владивостоке, в Дальневосточном госуниверситете, окончил Литературный институт им. Горького, работал в типографии, геодезической экспедиции, газетах, был грузчиком, кочегаром, охранником, издал ещё в советское время три книги прозы, был удостоен Всероссийской литературной премии им. Шукшина и даже услышал самые добрые слова от Виктора Астафьева за свой последний опубликованный рассказ «Острова». И всё-таки неожиданная смерть (сердечный приступ) 11 апреля 2001 года на одной из улиц Хабаровска несправедлива и трагически преждевременна – это понимаешь теперь особенно остро, прочитав и перечитав его избранные повести и рассказы, составившие первую изданную после смерти книгу «Глиняный человек».

В 1979 году в Благовещенске, в Амурском отделении Хабаровского книжного издательства, готовился к выходу очередной выпуск литературного альманаха «Приамурье моё», и его заведующий М.Л. Гофман показал мне несколько листков из тетради, исписанных ровным чётким почерком, сказав: «Вот вчерашний школьник рассказ прислал. Очень приличный». Удивительно, но на рукописи почти не было характерной правки Марка Либеровича чёрными чернилами, только название рассказа было изменено на «Письмо».

Рассказ «Письмо» не вошёл в книгу «Глиняный человек», как и «Заячий пастух» – первая публикация Илюшина в альманахе «Литературный Владивосток» (1979): у составителей было из чего выбрать. Повести «Путина», «Первому встречному», «Выстрел», «Глиняный человек», «Трое суток д/б», десять рассказов – о каждом произведении можно сказать многое, ибо это настоящая проза. Особенно сочен язык, естественны диалоги, повествование льётся вольно и широко. Увы, так сегодня уже почти никто не пишет.

Вот последние строки рассказа «Острова», восхитившего Виктора Астафьева: «Корабль шёл мимо островов, и можно было разглядеть на вершинах остатки укреплений, доты, а может, это просто чудилось солдатским глазам. Стоящий у берега мичман с тонкими чёрными усиками что-то сказал своим, и, как по команде, одним движением, моряки сняли бескозырки с поющими на ветру ленточками, обнажив стриженые белёсые, пегие, чёрные затылки. Это было по какому-то своему ритуалу, но вслед за ними, в общей молчаливой заворожённости, вдруг стали снимать шапки и пилотки солдаты общевойсковых частей... Они стояли вдоль борта[?] вшивые девятнадцатилетние дети России перед её искорёженным, диким океанским краем, за которым на тысячи километров лежала вода, не признающая ни границ, ни человеческой памяти».

Перечитайте процитированное – и вы тоже окажетесь на краю русской земли, почувствуете её притяжение, а ещё в вас проснётся любовь к своей стране, к её истории. Должна проснуться!

В романе «Письма осени», в лирическом отступлении, Илюшин напрямую обращается к читателям, высказывая то, что ему в жизни важно и ценно. Вернее, кто. «Человек похож на копьё, брошенное в бесконечность, а за ним тянется вихрь голосов. Что кричат они вслед? Какие слова стынут в ртах?» На эти вопросы и отвечал дальневосточный прозаик, сам до боли рано ушедший в эту бесконечность.

Прошлой осенью, вновь побывав в Приамурье, я волей судьбы познакомился с Глебом – младшим братом Володи, и он сказал, что сохранились рукописи брата. Да, как известно, талантливые рукописи не горят и не пропадают, как никогда не исчезнет и настоящая русская литература, кто бы её ни хоронил. Так что, возможно, через какое-то время к читателям придут неизвест­ные доселе произведения Владимира Илюшина.